Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»

- Виктория Сергеевна, я беременна...
На пороге моего кабинета гинеколога стоит молодая Марина, жена моего сына.
Я тут же обнимаю невестку и радуюсь за неё, и за своего сына.
- Поздравляю, Марин, это шикарная новость! Дима уже знает?
Девушка опускает взгляд и тихо говорит.
- Это ребёнок не от Димы...
Внутри меня всё переворачивается.
- А от кого, Марин?
- От вашего мужа, Виктория Сергеевна, от полковника Мешавкина...

— Нина. – Мужчина в маске хорошенько меня встряхивает, и глаза распахиваются сами.
— А?!
— Надо уходить. Скоро заметят и будет погоня. – Его карие глаза так красивы в этих прорезях. – Нина, твою мать! – Он хватает меня за плечи снова, и я прихожу в себя окончательно.
— Все! Я здесь. – Что это со мной?! Мне бежать бы без оглядки, а я туплю по страшному!
— Идти, говорю, можешь? Или на руках нести?
— А можно? – Дорога предстоит по гористой местности, а это тяжело. Хорошо, что в кроссовках, а не в домашних тапочках.
— Нет! – Отрезает мои мечты прокатиться с ветерком.
— Тогда могу. — Фыркаю и отхожу, неуверенной походкой.
— Не туда! – Мужчина закатывает глаза и разворачивается в противоположную сторону. Черт!

— Теперь ты моя должница, принцесска, — бросает он, даже не глядя в мою сторону. — Я возьму плату так, как посчитаю нужным.
Марк Байсаров — мой сводный брат.
Высокомерный. Жестокий. Опасный.
Он всегда был моим личным адом. И когда я случайно влипаю в историю в подпольном клубе, где проходят бои без правил, он появляется, чтобы «спасти» меня. Забирая меня как трофей.
— Отпусти, — шепчу я, когда он прижимает меня к стене.
— А что если нет? Ты согласилась на мою помощь, теперь будешь делать то, что я скажу.

— Эй, малой, ты что творишь?
Пацанёнок лет пяти, сидя на моём капоте, натирает его губкой.
— Мою вашу машину, — важно поднимает голову. А у самого глаза как у оборзевшего енота, который только что обчистил мусорный бак. — Кстати, с вас пятьсот рублей. Осталось чуть-чуть.
Достает из кармана что-то белое…
— А это ещё что такое?
— Прокладка. Не видели рекламу по телевизору? Она лучше всего впитывает влагу и не оставляет следов.
— Так, понятно, — опускаю руку в карман в поисках налички. — Держи, работник месяца, — протягиваю ему тысячную купюру. — Этого хватит, чтобы купить новые материалы для работы.
Пацан смотрит на купюру, потом на мои руки.
— Почему у вас нет кольца на пальце?
Борзой, однако.
Бизнес-план у него чёткий: сначала машину помыть, потом всучить сопутствующий товар.
— Ты хочешь продать мне ещё и кольцо?
— Нет… Просто хочу познакомить со своей мамой. Нам как раз нужен папа.

— Что-о-о? — в мой сон ворвался визгливый голос Светы. — Нет! Ты не можешь войти! Эй!
«Ну, твою дивизию, семь утра. Что там ещё случилось?»
Но на пороге — пацан со свидетельством о рождении, моей старой фоткой и учебником физики для малышей.
— Позвольте представиться, — важно заявляет он. — Невельский Михаил Гордеевич. Ваш биологический сын. Мама в коме, и я пока поживу у вас, папа.
Я бывший майор, владелец охранного агентства. У меня дом в элитном посёлке, хромота после ранения и девушка Света, которая уже придумала себе наше свадебное путешествие. Детей у меня нет и не было.
Света в бешенстве собирает чемоданы, уверяя, что я попался на крючок мошенникам. А пацан просит ключ на шестнадцать, чтобы разобрать фильтр, и рассуждает о рэлеевском рассеянии.
Клянусь, я хотел вызвать опеку. Но этот маленький гений спросил:
— Вы же не отправите меня в детдом, папа?
И я понял, ДНК-тест уже не важен. Свой — не свой — остаётся. Осталось выяснить, где его мать?

– Товарищ генерал, а вы как больше любите? – женский голос бьёт по ушам.
Этот голос я узнаю из тысячи, ведь он принадлежит той, которую я любила всем сердцем. Моей родной племяннице. Единственной дочери моей покойной старшей сестры. Девушке, которой я заменила мать…
Толкаю дверь и перешагиваю через порог.
Моя племянница сидит на коленях моего жениха.
– Я вам не помешала?! – произношу твёрдо.
Виктор резко оборачивается и смотрит на меня диким взглядом. Лицо мерзавки искажается в довольной улыбке.
– Я заботилась о тебе, как о родной дочери! Последнее была готова отдать! И это твоя благодарность? – срываюсь я на бессовестную девку.
Я делала всё возможное, только бы сирота не чувствовала себя ущемлённой и никому не нужной. Я заботилась о ней, давала ей всё самое лучшее. И вот что я получила взамен…

— Ты вспылишь, хлопнешь дверью, поживёшь пару дней у подруги — а потом вернёшься. Потому что ты моя жена. Куда ты пойдёшь? К кому? Кто посмотрит на тебя так, как смотрю я?
И тут — странное дело — мне перестаёт быть больно.
— В этом вся твоя беда, Дамир. Ты правда веришь, что это ты меня сделал. Не ты. Это я однажды имела глупость в тебя влюбиться. Чувствуешь разницу?
— В кабинет. Сейчас. Я не повторяю дважды.
— А вот теперь — нет. Командуй своими ординаторами, Гордеев. Тебе я больше не подчиняюсь. Ни у стола, ни в постели, нигде.
Я иду к лифту. Не оборачиваться.
— Стой. Зачем ты приехала?
Конверт жжёт ладонь. Снимок. Целая вселенная, о которой он только что потерял право знать.
«Я беременна, — могла бы сказать я. — Чудом, которого, как мне обещали, не будет».
Нет. Этот ребёнок будет желанным. А желать его буду я одна.
— Ни за чем, — говорю я. — Я приехала ни за чем.
***

Он кивает на папку. Внутри – подписанный договор купли-продажи земли, на которой стоит мой приют. Продавец – наша с Олегом общая компания. Но главное удивление – моя подпись, которую я не ставила.
– Ты продал мой приют? – я все еще не верю.
Он сообщает это с таким диким, радостным оскалом, словно принес мне билеты на Мальдивы.
– Ты испортила мне столько нервов, Надя! – шипит Олег мне в лицо. – Я устал слушать про этих твоих дохлых кошек, вкладываться в эту дыру! А Кристина…
– Вы вместе… – выдыхаю я. – Вы... все это спланировали?
Он подбирает слова, но его ухмылка становится еще шире. Он не оправдывается. Он гордится собой.
– Она понимает меня. Она женщина, которая ценит успех и то, что я для нее делаю.
Он не просто продал приют. Он продал меня. Нашу жизнь. Нашу историю. Ради денег и этой... дряни.
– Бульдозеры приедут уже завтра утром.
– Бульдозеры? – эхом повторяю я. – Олег, ты с ума сошел? Там же животные! Живые существа! Их некуда девать!

Никогда не спорьте со своим боссом. Особенно если он кавказец с замашками тирана, который внезапно унаследовал худший отель на побережье, а вы внезапно стали его подчинённой.
Я приехала сюда отдыхать, но Тимур Давидович решил иначе, приняв меня за сбежавшего администратора своей гостиницы.

"— А вот и вы, — зловеще тянет злой кавказец, возвышаясь за стойкой.
— А вот и я, — бодро отзываюсь, но уже чувствую подвох.
— И что? — он складывает руки на груди.
— И всё, — хлопаю я ресницами, ожидая ключи от номера.
Он долго режет меня тяжелым взглядом, а потом вдруг ухмыляется:
— Поздравляю, вы приняты!
— Отлично! — на автомате киваю я, а потом до меня доходит: — ЧТО?!"

Родители поставили мне ультиматум: или я женюсь на страшиле, которую выбрали на Кавказе они, или привожу им свою столичную жену.
Срок неделя!
Вот только жены у меня нет и не предвидится. Думаете, я не решу этот вопрос? Вы плохо меня знаете.
Я могу влезть без мыла даже в ж... В женитьбу, да. Только о том, что я буду делать со своими родителями, арендованной женой и ее взбешенным братом – своим сослуживцем после всего этого, я сразу как-то не подумал...