Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «russkie-romany»
– Мы были с тобой вместе, Катя. Но любви не было. Наш брак был ошибкой, — сказал муж. — С самого начала.
— Но у нас есть сын, — выдохнула. — У нас Стёпа.
Муж замолчал.
Опустил глаза.
И в этой паузе я поняла всё.
— Наш сын, — сказал Лева медленно, — тоже ошибка. Я не хочу больше жить с нелюбимой женщиной. Я хочу жить по-настоящему. Ты — просто была удобной, Катя. Ты дура, если поверила, что такой мужчина, как я, всерьез хотел быть с тобой. Ты никчемная. В отличие от твоей подруги.
Пятнадцать лет я была для него удобной.
И никчемной.
Я застала его с лучшей подругой прямо в нашу годовщину.
А на следующий день он привез ее в нашу квартиру и держал нас с сыном на лестнице, не пуская домой.
Он убил нашу семью.
И за это поплатится.
— Но у нас есть сын, — выдохнула. — У нас Стёпа.
Муж замолчал.
Опустил глаза.
И в этой паузе я поняла всё.
— Наш сын, — сказал Лева медленно, — тоже ошибка. Я не хочу больше жить с нелюбимой женщиной. Я хочу жить по-настоящему. Ты — просто была удобной, Катя. Ты дура, если поверила, что такой мужчина, как я, всерьез хотел быть с тобой. Ты никчемная. В отличие от твоей подруги.
Пятнадцать лет я была для него удобной.
И никчемной.
Я застала его с лучшей подругой прямо в нашу годовщину.
А на следующий день он привез ее в нашу квартиру и держал нас с сыном на лестнице, не пуская домой.
Он убил нашу семью.
И за это поплатится.
В жизни простой девушки Сони всё меняется в один миг — случайная встреча с влиятельным бизнесменом открывает перед ней двери в мир роскоши и блеска. Он готов подарить ей всё: дорогие наряды, роскошные автомобили, путешествия и исполнение любых желаний. Но за этой блестящей картинкой скрывается настоящая ловушка, выбраться из которой будет непросто.
Оказавшись в мире, где правят деньги и власть, она сталкивается с жестокой реальностью. Ей предстоит сделать непростой выбор: стать очередной игрушкой в руках богатого покровителя или сохранить свою независимость и достоинство. Сможет ли она устоять перед соблазном лёгкой жизни? Найдёт ли в себе силы противостоять искушению? И что важнее — материальное благополучие или право быть собой?
История о том, что настоящая любовь не измеряется деньгами, а счастье невозможно купить за любые богатства.
Погрузитесь в мир страстей, и сложных моральных выборов, где грань между мечтой и реальностью оказывается тоньше, чем кажется на первый взгляд.
Оказавшись в мире, где правят деньги и власть, она сталкивается с жестокой реальностью. Ей предстоит сделать непростой выбор: стать очередной игрушкой в руках богатого покровителя или сохранить свою независимость и достоинство. Сможет ли она устоять перед соблазном лёгкой жизни? Найдёт ли в себе силы противостоять искушению? И что важнее — материальное благополучие или право быть собой?
История о том, что настоящая любовь не измеряется деньгами, а счастье невозможно купить за любые богатства.
Погрузитесь в мир страстей, и сложных моральных выборов, где грань между мечтой и реальностью оказывается тоньше, чем кажется на первый взгляд.
Я с дочкой осталась без жилья. Без работы. С температурой. И огромным кредитом на машину, на которой уехал предатель со своей начальницей. И в таком состоянии управляющий рестораном выгоняет меня с подработки. Вместе с дочкой. Прямо под дождь в легких платьях.
Перед тем, как потерять сознание от высокой температуры, слышу мужской голос. Смутно знакомый.
– Держитесь!
И чьи-то сильные мужские руки ловят меня.
– Пожалуйста, помогите маме! – голос дочки звучит, как в тумане. – Я буду себя хорошо вести!
Перед тем, как потерять сознание от высокой температуры, слышу мужской голос. Смутно знакомый.
– Держитесь!
И чьи-то сильные мужские руки ловят меня.
– Пожалуйста, помогите маме! – голос дочки звучит, как в тумане. – Я буду себя хорошо вести!
Отец продал меня. Пять миллионов долга, криминальный авторитет Заур Гариев и его младший брат Марат, который уже смотрит на меня как на игрушку. Я пришла просить отсрочку, но вместо этого попала в клетку.
— Какая взрослая девушка к нам пришла. Одна, без папы. Смелая.
— Оставь девчонку. У нее неделя.
Заур даже не поднимает головы, но одно его слово заставляет брата убрать руки. Мне дают семь дней, чтобы найти невозможное. Только почему, когда этот ледяной человек считает меня ребенком, у меня внутри всё переворачивается? И почему я чувствую: эта неделя изменит всё — и его лед, и мою жизнь.
— Какая взрослая девушка к нам пришла. Одна, без папы. Смелая.
— Оставь девчонку. У нее неделя.
Заур даже не поднимает головы, но одно его слово заставляет брата убрать руки. Мне дают семь дней, чтобы найти невозможное. Только почему, когда этот ледяной человек считает меня ребенком, у меня внутри всё переворачивается? И почему я чувствую: эта неделя изменит всё — и его лед, и мою жизнь.
— Прости меня, — сказал он хрипло. — Я виноват. Я очень виноват перед тобой… Я готов сделать что угодно, абсолютно все, чтобы вернуть те тридцать секунд, только не уходи вот так…
— Ты уже сделал всё, — проговорила я, чувствуя противный тошнотворный ком. — И хорошее… и самое плохое… Мне больше нечего тебе отдать…
__________________
Одна ошибка, стала нсчалом того, что нельзя исправить.
Она была слишком доверчива, а он слишком самоуверен что все под контролем.
Ставка на любовь. Игра без правил. Первая любовь, которая оставляет шрамы.
— Ты уже сделал всё, — проговорила я, чувствуя противный тошнотворный ком. — И хорошее… и самое плохое… Мне больше нечего тебе отдать…
__________________
Одна ошибка, стала нсчалом того, что нельзя исправить.
Она была слишком доверчива, а он слишком самоуверен что все под контролем.
Ставка на любовь. Игра без правил. Первая любовь, которая оставляет шрамы.
— Вер, только не злись, ладно? Всё объяснимо, — криво усмехается муж, будто не он только что страстно целовался с моей сестрой.
— Может, пришла пора рассказать ей о нас? — в голосе Ангелины появляется ленивое довольство.
— Что значит — о нас? — перевожу взгляд на мужа, и Сёма выпучивает глаза.
— Замолчи, Геля! Ты что несёшь?! — шипит он.
— Что, струсил, да? Боишься признаться, что больше не любишь свою жену?
— А ты… — у меня дрожит голос. — Ты как могла так со мной поступить?
Геля вздыхает, будто устала от моего непонимания.
— Не смотри на меня так. Твой муж сам ко мне полез. Я что, виновата? Ты же знаешь, передо мной сложно устоять. Не то, что ты. У тебя в голове одна каша, да памперсы. Только и мысли все о ребёнке… Вер, ты просто стала скучной.
***
Пока я ращу нашего маленького сына, не сплю ночами и валюсь с ног от усталости, мой муж времени даром не теряет. Он решает разнообразить свою серую скучную жизнь — завести интрижку с моей родной сестрой.
— Может, пришла пора рассказать ей о нас? — в голосе Ангелины появляется ленивое довольство.
— Что значит — о нас? — перевожу взгляд на мужа, и Сёма выпучивает глаза.
— Замолчи, Геля! Ты что несёшь?! — шипит он.
— Что, струсил, да? Боишься признаться, что больше не любишь свою жену?
— А ты… — у меня дрожит голос. — Ты как могла так со мной поступить?
Геля вздыхает, будто устала от моего непонимания.
— Не смотри на меня так. Твой муж сам ко мне полез. Я что, виновата? Ты же знаешь, передо мной сложно устоять. Не то, что ты. У тебя в голове одна каша, да памперсы. Только и мысли все о ребёнке… Вер, ты просто стала скучной.
***
Пока я ращу нашего маленького сына, не сплю ночами и валюсь с ног от усталости, мой муж времени даром не теряет. Он решает разнообразить свою серую скучную жизнь — завести интрижку с моей родной сестрой.
Паркуюсь и хочу уже выскочить из машины, как меня останавливает картина маслом: из дорогой машины выходит женщина, которая час назад рыдала в моем офисе, умоляя помочь ей развестись, и бежит к Максиму.
Сердце делает аккуратный тревожный рывок, но я заставляю его успокоиться.
Ведь объяснений происходящему может быть с десяток.
Но когда мой муж обнимает ее за талию, чмокает в силиконовые губы и хлопает по заднице, крыть уже нечем…
Сердце делает аккуратный тревожный рывок, но я заставляю его успокоиться.
Ведь объяснений происходящему может быть с десяток.
Но когда мой муж обнимает ее за талию, чмокает в силиконовые губы и хлопает по заднице, крыть уже нечем…
Мой лимит на мужчин — две недели. С Германом Волковым я допустила ошибку, затянув игру до месяца, и поплатилась за это запиской на подушке:
«7/10. Поработай над техникой».
Он — идеальный «золотой ретривер» с милой улыбкой и списком добрых дел, которого я поклялась уничтожить. Я планировала месть, смакуя каждый его шаг, но не заметила, как сама превратилась в добычу.
За фасадом святоши скрывался хищник, который выслеживал меня три года. Теперь ключи выброшены в окно, дверь заперта изнутри, а мой «ретривер» скалит зубы, давая понять: охота только начинается.
«7/10. Поработай над техникой».
Он — идеальный «золотой ретривер» с милой улыбкой и списком добрых дел, которого я поклялась уничтожить. Я планировала месть, смакуя каждый его шаг, но не заметила, как сама превратилась в добычу.
За фасадом святоши скрывался хищник, который выслеживал меня три года. Теперь ключи выброшены в окно, дверь заперта изнутри, а мой «ретривер» скалит зубы, давая понять: охота только начинается.
❗️СКИДКА❗️ ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❗️
— Так кто такая Марина? — спрашиваю дрожащим голосом.
— Коллега моя, я не раз говорил уже, -— муж отвечает максимально нейтрально.
— Коллега пишет тебе: «Скажи своей, что задержишься ещё на сутки»?
— Ты в мой телефон залезла ?
— Карлагин, ты мне изменяешь?
— Не ори.
— Тогда отвечай. Простой вопрос и я хочу получить ответ на него, Артём.
— А если да? Что ты сделаешь?
— Господи…
— Вот только не надо этого всего, тошнит уже. У нас давно всё плохо.
— У нас? Или у тебя?
— У меня хотя бы хватило смелости жить как хочу.
Я держала в руке телефон, а у самой было чувство, будто вся моя жизнь вспыхнула и сгорела за одну секунду.
Но тогда я ещё не знала, что это сообщение было далеко не самым страшным. И я не уверена сможем ли мы пережить это...
— Так кто такая Марина? — спрашиваю дрожащим голосом.
— Коллега моя, я не раз говорил уже, -— муж отвечает максимально нейтрально.
— Коллега пишет тебе: «Скажи своей, что задержишься ещё на сутки»?
— Ты в мой телефон залезла ?
— Карлагин, ты мне изменяешь?
— Не ори.
— Тогда отвечай. Простой вопрос и я хочу получить ответ на него, Артём.
— А если да? Что ты сделаешь?
— Господи…
— Вот только не надо этого всего, тошнит уже. У нас давно всё плохо.
— У нас? Или у тебя?
— У меня хотя бы хватило смелости жить как хочу.
Я держала в руке телефон, а у самой было чувство, будто вся моя жизнь вспыхнула и сгорела за одну секунду.
Но тогда я ещё не знала, что это сообщение было далеко не самым страшным. И я не уверена сможем ли мы пережить это...
— Слушай меня, тварь, — сказал он тихо, почти ласково. — Ты никто. Ты бухгалтер, которого я могу вышвырнуть на улицу сегодня же. И никто тебя не возьмет после того, как я скажу, что ты воровка.
— Я ничего не крала, — прошептала я.
— А я скажу, что крала. И поверят мне. Ты поняла? — он схватил меня за подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Ты ничего не получишь. Ни копейки. Ни признания. И если ты родишь этого ребенка, я разрушу твою жизнь так, что ты пожалеешь, что родилась на свет.
— Мне ничего не нужно, — повторила я, чувствуя, как слезы душат. — Просто…
— Проваливай, — он отпустил меня, брезгливо вытер руку о салфетку. — Проваливай, пока я не вызвал охрану.
— Я ничего не крала, — прошептала я.
— А я скажу, что крала. И поверят мне. Ты поняла? — он схватил меня за подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Ты ничего не получишь. Ни копейки. Ни признания. И если ты родишь этого ребенка, я разрушу твою жизнь так, что ты пожалеешь, что родилась на свет.
— Мне ничего не нужно, — повторила я, чувствуя, как слезы душат. — Просто…
— Проваливай, — он отпустил меня, брезгливо вытер руку о салфетку. — Проваливай, пока я не вызвал охрану.
Русские романы
Выберите полку для книги