Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «russkie-romany»
— У меня к тебе выгодное предложение: два по цене одного.
Мальчик смотрит на меня так серьёзно, что не остаётся никаких сомнений, он идёт на сделку века.
— И что я приобретаю?
— Классного сына в моём лице, а в комплекте годный мужик в лице моего бати.
Всё-таки не выдерживаю и выпускаю рвущийся наружу смех. Смеюсь недолго. До тех пор, пока горячее дыхание не обжигает кожу шеи. Поворачиваю голову и попадаю в плен карих глаз, так похожих на глаза мальчика.
— Так что ответишь, Мира, берёшь нас?
***
Он наглый, упрямый и на десять лет моложе меня. У него есть сын, его точная копия. И они хотят меня в свою жизнь, несмотря на мои сопротивления.
Мальчик смотрит на меня так серьёзно, что не остаётся никаких сомнений, он идёт на сделку века.
— И что я приобретаю?
— Классного сына в моём лице, а в комплекте годный мужик в лице моего бати.
Всё-таки не выдерживаю и выпускаю рвущийся наружу смех. Смеюсь недолго. До тех пор, пока горячее дыхание не обжигает кожу шеи. Поворачиваю голову и попадаю в плен карих глаз, так похожих на глаза мальчика.
— Так что ответишь, Мира, берёшь нас?
***
Он наглый, упрямый и на десять лет моложе меня. У него есть сын, его точная копия. И они хотят меня в свою жизнь, несмотря на мои сопротивления.
Катя со страхом смотрела на большого мужчину в военной форме, который заполнял собой почти всю прихожую. Нет, он был не просто большим, а огромным, почти монументальным. Девушке показалось, что гость затылком гладит потолок, а спина у него широченная, как крыша у «Жигулей». Он медленно повернул голову, светло-голубые глаза пригвоздили ее к полу. Огромный, мощный, в зеленой форме, вылитый танк. Даже его движение головы напоминало поворот танковой башни, плавное, неторопливое, будто механическое.
Катя пялилась на мужчину широко распахнутыми глазами, а в голове почему-то мелькнула мысль: «Страшно, очень страшно, мы не знаем, что это такое, если бы мы знали, что это такое, но мы не знаем, что это такое».
Катя пялилась на мужчину широко распахнутыми глазами, а в голове почему-то мелькнула мысль: «Страшно, очень страшно, мы не знаем, что это такое, если бы мы знали, что это такое, но мы не знаем, что это такое».
– Карина… – голос Павла потянул ее имя, смакуя как конфету. – как же я соскучился. Целые сутки тебя не видел. Сегодня заночуем здесь.
– Паша, ну серьезно, сколько можно выкраивать на меня время?
– Мы же обсуждали, – его голос стал деловым. Тот тон, которым он вёл переговоры с инвесторами. – Продажа дома Лады почти в процессе. Документы у юриста. Как только уйдут деньги, я все прокручиваю через маму.
Я выпустила мышь, которую чуть не раздавила, пока слушала их планы, и пальцы сами сжались в кулаки.
– А если она упертая? – Карина, может, и была с ним “по - любви”, но и практичности ей не занимать. – Ну, начнет судиться, орать про "мой дом, мой сад".
– Лада? – он фыркнул. – Не смеши. Она ненавидит конфликты. Ей проще гордо и с достоинством уйти с одним рюкзаком и ребенком, чем вляпаться в грязную историю. Тем более я все подам как "мирное расставание".
***
Муж готовил развод за моей спиной. Но не учел главного. Меня!
– Паша, ну серьезно, сколько можно выкраивать на меня время?
– Мы же обсуждали, – его голос стал деловым. Тот тон, которым он вёл переговоры с инвесторами. – Продажа дома Лады почти в процессе. Документы у юриста. Как только уйдут деньги, я все прокручиваю через маму.
Я выпустила мышь, которую чуть не раздавила, пока слушала их планы, и пальцы сами сжались в кулаки.
– А если она упертая? – Карина, может, и была с ним “по - любви”, но и практичности ей не занимать. – Ну, начнет судиться, орать про "мой дом, мой сад".
– Лада? – он фыркнул. – Не смеши. Она ненавидит конфликты. Ей проще гордо и с достоинством уйти с одним рюкзаком и ребенком, чем вляпаться в грязную историю. Тем более я все подам как "мирное расставание".
***
Муж готовил развод за моей спиной. Но не учел главного. Меня!
Я застываю на месте, не веря ни слуху, ни зрению. Руки начинают трястись, а желудок резко скручивает в рвотном спазме.
Не-е-ет. Дима не мог так поступить с нами!
Всё-таки пересиливаю себя и прохожу в гостиную.
— Какого хрена тут происходит? — кричу я, пятясь назад. Дима в недоумении останавливается.
— Любимая? Что с тобой? — он пытается подняться с дивана, но Марина цепко хватает его за плечи, ногами помогая тянуть его на себя. — Любимая, ты почему так смотришь?
— Что со мной?! — выдыхаю я. — Ты мне изменяешь в нашей квартире, а ещё спрашиваешь, что со мной? — Дима останавливается и смотрит с недоумением.
— Ты о чём, Настя? Какая измена? Ты же сама дала сегодня добро на то, чтобы мы поменялись партнёрами!
Не-е-ет. Дима не мог так поступить с нами!
Всё-таки пересиливаю себя и прохожу в гостиную.
— Какого хрена тут происходит? — кричу я, пятясь назад. Дима в недоумении останавливается.
— Любимая? Что с тобой? — он пытается подняться с дивана, но Марина цепко хватает его за плечи, ногами помогая тянуть его на себя. — Любимая, ты почему так смотришь?
— Что со мной?! — выдыхаю я. — Ты мне изменяешь в нашей квартире, а ещё спрашиваешь, что со мной? — Дима останавливается и смотрит с недоумением.
— Ты о чём, Настя? Какая измена? Ты же сама дала сегодня добро на то, чтобы мы поменялись партнёрами!
— Кстати, — Марко придвинулся ближе, — целовалась ли ты за эти пять лет с кем-то еще?
— Это не твое дело, — я окатила его ледяным взглядом.
— Значит, нет, — ухмыльнулся он. — Я так и остался твоим единственным.
Его губы снова коснулись моей щеки, оставляя мягкий поцелуй. Для фотографий. Для родителей. Марко продолжал играть. А в моей груди снова полыхал пожар так и не забытых чувств. Все тело отзывалось и трепетало, как будто все это не было фикцией.
Мне нужен был фиктивный муж, чтобы улететь в Италию. Но я не знала, что улетая, увезу нечто большее, под сердцем.
— Это не твое дело, — я окатила его ледяным взглядом.
— Значит, нет, — ухмыльнулся он. — Я так и остался твоим единственным.
Его губы снова коснулись моей щеки, оставляя мягкий поцелуй. Для фотографий. Для родителей. Марко продолжал играть. А в моей груди снова полыхал пожар так и не забытых чувств. Все тело отзывалось и трепетало, как будто все это не было фикцией.
Мне нужен был фиктивный муж, чтобы улететь в Италию. Но я не знала, что улетая, увезу нечто большее, под сердцем.
ЗАВЕРШЕНО
– Ты переспал со своей бывшей женой? – спрашиваю, держа в руке его телефон.
– Ничего не было, ты всё не так поняла, – спокойно отмахивается любимый.
На экране всё ещё горит сообщение от его бывшей пассии:
«Я знаю, что ты сейчас у неё, но мы не можем делать вид, что ничего не было. Я не жалею. Вчера с тобой впервые нормально поспала».
– Ты меня за дура держишь? После этого ты правда думаешь, что я поверю в твою верность?!
***
Мы жили «как семья» – общий дом, ипотека, ремонт, мои деньги, его фамилия без штампа. Пока я не узнала, что в доме напротив живëт его бывшая жена и ребëнок….
– Ты переспал со своей бывшей женой? – спрашиваю, держа в руке его телефон.
– Ничего не было, ты всё не так поняла, – спокойно отмахивается любимый.
На экране всё ещё горит сообщение от его бывшей пассии:
«Я знаю, что ты сейчас у неё, но мы не можем делать вид, что ничего не было. Я не жалею. Вчера с тобой впервые нормально поспала».
– Ты меня за дура держишь? После этого ты правда думаешь, что я поверю в твою верность?!
***
Мы жили «как семья» – общий дом, ипотека, ремонт, мои деньги, его фамилия без штампа. Пока я не узнала, что в доме напротив живëт его бывшая жена и ребëнок….
Хорошая девочка влюбляется в плохого парня, всё достаточно тривиально, не так ли?
Но он знает об их общем печальном прошлом, и открыл на неё охоту.
Но он знает об их общем печальном прошлом, и открыл на неё охоту.
— Лина, ты мне давно не нужна. Посмотри на себя… кому ты такая вообще?
— Не тебе решать. Я ухожу. И заберу у тебя всё. Включая себя.
Я застала мужа с секретаршей в нашей спальне прямо перед Новым годом.
Он не оправдывался — он унижал. Говорил, что мне «поздно меняться», что я располнела, постарела, стала никому не нужной.
Но одна фраза изменила всё: «Ты никто без меня.»
— Не тебе решать. Я ухожу. И заберу у тебя всё. Включая себя.
Я застала мужа с секретаршей в нашей спальне прямо перед Новым годом.
Он не оправдывался — он унижал. Говорил, что мне «поздно меняться», что я располнела, постарела, стала никому не нужной.
Но одна фраза изменила всё: «Ты никто без меня.»
Планы на Новый год: горы, друзья, забвение. Реальность: горы, лавина, избушка и бывший. Судьба явно пересмотрела сериалов про рождественские чудеса. Теперь у нас есть уютный вечер тет-а-тет при свечах и полная свобода наговорить друг другу всего, на что не хватило духу три года назад.
Когда обстоятельства загнали меня в угол, единственным выходом стала работа на человека, которого я знала с детства и считала своим личным врагом. Но в этом офисном террариуме всё не то, чем кажется. И, кажется, пришло время сделать выбор: спасать себя или рискнуть всем ради того, кого я привыкла ненавидеть.
Русские романы
Выберите полку для книги