Книги по тегу «богатый парень простая девушка»: ""
— Я знаю о твоей сестре и о том, что тебе нужны деньги, — с самоуверенной усмешкой говорит Мирон.
— Откуда?
— Это неважно. Я могу дать тебе деньги на операцию.
— И что взамен? — сжимаю кулаки, зная, что ответ мне не понравится.
— Твоя невинность.
— Ты… ты чудовище. Зачем всё это было?
— В этом мире за всё нужно платить, милая. И иногда цена бывает очень высока. Подумай хорошенько над моим предложением.
*****
По ночам я танцую в клубе, чтобы накопить денег на операцию младшей сестры. Мирон Игнатов — мажор, не знающий отказа, привыкший брат от жизни всё. За его внезапным вниманием ко мне скрывается спор с друзьями. И ставка спора высока — моя невинность.
— Откуда?
— Это неважно. Я могу дать тебе деньги на операцию.
— И что взамен? — сжимаю кулаки, зная, что ответ мне не понравится.
— Твоя невинность.
— Ты… ты чудовище. Зачем всё это было?
— В этом мире за всё нужно платить, милая. И иногда цена бывает очень высока. Подумай хорошенько над моим предложением.
*****
По ночам я танцую в клубе, чтобы накопить денег на операцию младшей сестры. Мирон Игнатов — мажор, не знающий отказа, привыкший брат от жизни всё. За его внезапным вниманием ко мне скрывается спор с друзьями. И ставка спора высока — моя невинность.
Крутая машина подрезает и резко останавливается. Меня орошает из лужи, и белая форменная блузка покрывается грязными брызгами.
— Садись, Колибри!
— Нет. Я не могу. И не буду!
Взгляд льдистых глаз Греха стягивает на моей шее тонкую удавку.
Хочу убежать, но меня успевает окружить его верная стая.
— Ты вступила в игру, Колибри, из которой уже не выбраться. Невредимой…
Пячусь. Спиной натыкаюсь на стену по имени Тео, и моего носа и губ касается что-то влажное, неприятно пахнущее снотворным.
Вырываюсь. Мои крики заглушает тряпка. Перед глазами все расплывается. Падаю. Последнее, что слышу:
— В багажник ее. Нечего этой грязью пачкать новый салон.
Жестокая игра, где еще не было ни одного раунда, началась.
— Садись, Колибри!
— Нет. Я не могу. И не буду!
Взгляд льдистых глаз Греха стягивает на моей шее тонкую удавку.
Хочу убежать, но меня успевает окружить его верная стая.
— Ты вступила в игру, Колибри, из которой уже не выбраться. Невредимой…
Пячусь. Спиной натыкаюсь на стену по имени Тео, и моего носа и губ касается что-то влажное, неприятно пахнущее снотворным.
Вырываюсь. Мои крики заглушает тряпка. Перед глазами все расплывается. Падаю. Последнее, что слышу:
— В багажник ее. Нечего этой грязью пачкать новый салон.
Жестокая игра, где еще не было ни одного раунда, началась.
— Прекрати, — твёрдо сказала я, поднимая на Данила хмурый взгляд.
Он лишь усмехнулся, чуть качнулся в сторону — и снова преградил мне путь.
Я сжала губы, сделала шаг влево — он повторил движение. Ещё попытка — тот же результат. Внутри закипала злость, смешанная с чем‑то ещё, от чего по спине бежали мурашки.
— Данил, хватит! — я повысила голос, но он лишь приподнял бровь, явно наслаждаясь ситуацией.
— А что «хватит»? — он сделал шаг ближе, сокращая и без того небольшое расстояние между нами. — Ты так забавно злишься. Прямо как котёнок, который хочет выпустить коготки, но боится.
— Не сравнивай меня с котёнком, — прошипела я, отступая назад, пока не упёрлась ногами в край стеклянного столика.
Он лишь усмехнулся, чуть качнулся в сторону — и снова преградил мне путь.
Я сжала губы, сделала шаг влево — он повторил движение. Ещё попытка — тот же результат. Внутри закипала злость, смешанная с чем‑то ещё, от чего по спине бежали мурашки.
— Данил, хватит! — я повысила голос, но он лишь приподнял бровь, явно наслаждаясь ситуацией.
— А что «хватит»? — он сделал шаг ближе, сокращая и без того небольшое расстояние между нами. — Ты так забавно злишься. Прямо как котёнок, который хочет выпустить коготки, но боится.
— Не сравнивай меня с котёнком, — прошипела я, отступая назад, пока не упёрлась ногами в край стеклянного столика.
Он — её главный кошмар в университете.
Она — единственная, кто не падает к его ногам.
Их оружие — сарказм. Их поле боя — лекции.
Но когда дверь библиотеки захлопывается, запирая их наедине до утра, правила игры меняются. Смогут ли два непримиримых врага пережить ночь без взаимных уколов? Или они поймут, что это их главная битва — с собственными чувствами?
Она — единственная, кто не падает к его ногам.
Их оружие — сарказм. Их поле боя — лекции.
Но когда дверь библиотеки захлопывается, запирая их наедине до утра, правила игры меняются. Смогут ли два непримиримых врага пережить ночь без взаимных уколов? Или они поймут, что это их главная битва — с собственными чувствами?
Она боялась говорить. Боялась доверять. Боялась будущего.
Но теперь Полина — психолог, помогающий тем, кто пережил то же, что и она. Рядом — Артём, чья поддержка стала её опорой. Впереди — новая жизнь, построенная не на страхе, а на надежде.
История о силе, исцелении и любви, которая помогает начать всё сначала.
Но теперь Полина — психолог, помогающий тем, кто пережил то же, что и она. Рядом — Артём, чья поддержка стала её опорой. Впереди — новая жизнь, построенная не на страхе, а на надежде.
История о силе, исцелении и любви, которая помогает начать всё сначала.
— Что делать будем, а? — мажор делает шаг вперёд, и я невольно отступаю на полшага. — Откуда ты взялась? Халявной клубнички захотелось? А ты знаешь, что воровать нехорошо?
— Эта земля раньше принадлежала моей бабушке! — резко выпаливаю я. — А твои родители её забрали незаконно! Так что ничего я не крала!
Но этот гад лишь самодовольно усмехается.
— Полиции будешь объяснять, чья эта земля и кто у кого что украл.
— Что? П-полиция? — мой голос срывается на писк.
— Ну да, — будничным тоном отвечает мажор, пожимая плечами. — А что я ещё должен был сделать? Любой другой на моем месте поступил бы также.
— Кстати, они уже едут, — злорадно улыбается нахал под звук раздающихся сирен.
В один вечер попытка восстановить справедливость и помочь больной бабушке обернулась полицейским участком. Всё благодаря этому наглому мажору, которого я возненавидела с первой секунды. Но как бы дико это ни звучало — только он может решить все мои проблемы.
— Эта земля раньше принадлежала моей бабушке! — резко выпаливаю я. — А твои родители её забрали незаконно! Так что ничего я не крала!
Но этот гад лишь самодовольно усмехается.
— Полиции будешь объяснять, чья эта земля и кто у кого что украл.
— Что? П-полиция? — мой голос срывается на писк.
— Ну да, — будничным тоном отвечает мажор, пожимая плечами. — А что я ещё должен был сделать? Любой другой на моем месте поступил бы также.
— Кстати, они уже едут, — злорадно улыбается нахал под звук раздающихся сирен.
В один вечер попытка восстановить справедливость и помочь больной бабушке обернулась полицейским участком. Всё благодаря этому наглому мажору, которого я возненавидела с первой секунды. Но как бы дико это ни звучало — только он может решить все мои проблемы.
Мысли мои резко свернули в ином направлении, решительно иду к красотке.
Тело отзывается на эти фантазии быстрее, чем хотелось бы. А девчонка даже ещё меня не заметила.
Приближаюсь бесшумно, пока сотрудница, прикусив свою чувственную губку, дотягивается до желанной груши. Ветки вздрагивают, и меня орошает каплями дождя. Незнакомка, наконец, замечает мое присутствие боковым зрением, вздрагивает испуганно, теряет равновесие.
А дальше, как в глупых женских фильмах: она падает с лесенки, а я уверенно подставляю руки и ловлю девчонку, намеренно сильно прижав к себе. Эта сладкая грушка пахнет головокружительно. Тело её — загорелое, крепкое, тёплое, прижатое ко мне, — оказывается ещё куда более желанным, чем со стороны.
Тело отзывается на эти фантазии быстрее, чем хотелось бы. А девчонка даже ещё меня не заметила.
Приближаюсь бесшумно, пока сотрудница, прикусив свою чувственную губку, дотягивается до желанной груши. Ветки вздрагивают, и меня орошает каплями дождя. Незнакомка, наконец, замечает мое присутствие боковым зрением, вздрагивает испуганно, теряет равновесие.
А дальше, как в глупых женских фильмах: она падает с лесенки, а я уверенно подставляю руки и ловлю девчонку, намеренно сильно прижав к себе. Эта сладкая грушка пахнет головокружительно. Тело её — загорелое, крепкое, тёплое, прижатое ко мне, — оказывается ещё куда более желанным, чем со стороны.
Я никогда так отчаянно не мечтала сбежать из этой деревни, как этим душным летом. Всему виной столичный мажор, сосланный в нашу глушь восстанавливать дом прабабушки.
Мы не должны были пересечься. Но с его приездом всё пошло наперекосяк. Теперь мне предстоит узнать правду о семье, прошлом и самой себе. И устоять перед дикой тягой к парню, который разрушает мой мир до основания.
Мы не должны были пересечься. Но с его приездом всё пошло наперекосяк. Теперь мне предстоит узнать правду о семье, прошлом и самой себе. И устоять перед дикой тягой к парню, который разрушает мой мир до основания.
Я - студентка третьего курса. Увы, я не обладаю идеальными формами, и есть в универе парочка, которая постоянно насмехается надо мной - это местный мажор Тарас Белецкий и его подружка Софочка.
Но однажды для меня настает очень удобный момент, чтобы отомстить за издевательства... И я не упущу своего шанса!
Белецкий получит по полной программе!
Но однажды для меня настает очень удобный момент, чтобы отомстить за издевательства... И я не упущу своего шанса!
Белецкий получит по полной программе!
– Я не подкрадывался, – возразил ей.
– Ага, не подкрадывался, не обнимал, чисто ангелок, – красавица покачала головой.
– Хорошо, я отпущу тебя, но от края отойди.
– Договорились, – я разжал руки, а она отступила в сторону.
– Раз уж ты потревожил мой покой, то предлагаю вместе послушать ветер, – она снова повернулась к морю и прикрыла глаза, – слышишь? Он рассказывает истории. Он их знает огромное множество.
Я послушно стал рядом и закрыл глаза. Морской свежий бриз нес с моря свежесть и умиротворение. То, что мне нужно.
– Скоро будет дождь, смотри, не промокни, – голос девушки неожиданно раздался далеко. Она уже начала спускаться по тропинке вниз. – Видишь, ту тучу несет прямо на нас, – она показала пальчиком в сторону моря. Там действительно висела черная туча, которая вроде бы не двигалась.
– Уверена? – спросил с сомнением.
– Ветер бывает непостоянным! – девушка продолжила спускаться и почти скрылась из виду, а я только сообразил, что не узнал ни ее имени, ни как найти ее.
– Ага, не подкрадывался, не обнимал, чисто ангелок, – красавица покачала головой.
– Хорошо, я отпущу тебя, но от края отойди.
– Договорились, – я разжал руки, а она отступила в сторону.
– Раз уж ты потревожил мой покой, то предлагаю вместе послушать ветер, – она снова повернулась к морю и прикрыла глаза, – слышишь? Он рассказывает истории. Он их знает огромное множество.
Я послушно стал рядом и закрыл глаза. Морской свежий бриз нес с моря свежесть и умиротворение. То, что мне нужно.
– Скоро будет дождь, смотри, не промокни, – голос девушки неожиданно раздался далеко. Она уже начала спускаться по тропинке вниз. – Видишь, ту тучу несет прямо на нас, – она показала пальчиком в сторону моря. Там действительно висела черная туча, которая вроде бы не двигалась.
– Уверена? – спросил с сомнением.
– Ветер бывает непостоянным! – девушка продолжила спускаться и почти скрылась из виду, а я только сообразил, что не узнал ни ее имени, ни как найти ее.
Выберите полку для книги