Книги по тегу «властный босс»: ""
— Я не заслуживаю этого. Всего этого. Вас.
— Кто тебе сказал?
— Он. Каждый день. Годами.
— Он ошибался. И ты знаешь это. Иначе зачем ты всё ещё здесь?
— Я не знаю... Я боюсь, что проснусь, и вас не будет.
— А если мы будем? Каждое утро. Каждый вечер. Каждую ночь. Ты готова к этому?
— Я хочу. Но внутри всё сжимается от страха.
— Пусть сжимается. Мы разожмём. Медленно. Без спешки. Без прикосновений, если ты не готова.
— А если я готова, но не говорю?
— Тогда мы прочитаем это в твоих глазах. И в том, как ты задерживаешь дыхание, когда мы проходим мимо.
— Кто тебе сказал?
— Он. Каждый день. Годами.
— Он ошибался. И ты знаешь это. Иначе зачем ты всё ещё здесь?
— Я не знаю... Я боюсь, что проснусь, и вас не будет.
— А если мы будем? Каждое утро. Каждый вечер. Каждую ночь. Ты готова к этому?
— Я хочу. Но внутри всё сжимается от страха.
— Пусть сжимается. Мы разожмём. Медленно. Без спешки. Без прикосновений, если ты не готова.
— А если я готова, но не говорю?
— Тогда мы прочитаем это в твоих глазах. И в том, как ты задерживаешь дыхание, когда мы проходим мимо.
Просыпаюсь и чувствую, что … поперёк меня лежит нога. Кошусь взглядом — нога волосатая, мускулистая, мужская.
Морозов!
А чья ещё нога может быть?! Конечно, моего босса! Мы же одни на этом тропическом острове!
— Вы что себе позволяете?! — хриплю я и пытаюсь выползти из-под довольно тяжёлой конечности.
Морозов лениво переворачивается на спину и трёт глаза рукой. Сама безмятежность!
— Ты всем своим мужикам с утра мозг выносишь? — после сна голос босса звучит ещё более низко.
— Вы не мой мужик! — возмущаюсь я обвинению.
— А он у тебя вообще был? — спокойно спрашивает Морозов и внимательно на меня смотрит из-под ладони. — Слишком уж ты нервная.
Морозов!
А чья ещё нога может быть?! Конечно, моего босса! Мы же одни на этом тропическом острове!
— Вы что себе позволяете?! — хриплю я и пытаюсь выползти из-под довольно тяжёлой конечности.
Морозов лениво переворачивается на спину и трёт глаза рукой. Сама безмятежность!
— Ты всем своим мужикам с утра мозг выносишь? — после сна голос босса звучит ещё более низко.
— Вы не мой мужик! — возмущаюсь я обвинению.
— А он у тебя вообще был? — спокойно спрашивает Морозов и внимательно на меня смотрит из-под ладони. — Слишком уж ты нервная.
Мы летели смотреть остров для нового отеля, но наш маленький самолет рухнул в море. Мы втроем выжили, а пилот погиб — и мы оказались на необитаемом клочке земли, где нет ничего, кроме песка, пальм и нас троих. Каждый раз, когда страх подступает к горлу, они прижимают меня к себе, и мир перестает существовать. Теперь я молю не о спасении, а о том, чтобы этот рай на острове никогда не закончился.
🔥 Строго 18+ ! Открывать с особой осторожностью... 🔥
🔥 Строго 18+ ! Открывать с особой осторожностью... 🔥
Чтобы спасти дочь Дамира Волкова от скандала, я сказала журналистам, что беременна от него.
Я думала, это ложь.
Но через несколько дней анализ показал: ребёнок настоящий.
Теперь властный босс хочет защитить меня, его бывшая жена пытается уничтожить, а прошлое моей семьи связано с его фамилией.
Он почти поверил, что я не продаюсь.
А теперь должен доказать, что выбирает не репутацию, не деньги и не сделку.
А меня. И нашего ребёнка.
Я думала, это ложь.
Но через несколько дней анализ показал: ребёнок настоящий.
Теперь властный босс хочет защитить меня, его бывшая жена пытается уничтожить, а прошлое моей семьи связано с его фамилией.
Он почти поверил, что я не продаюсь.
А теперь должен доказать, что выбирает не репутацию, не деньги и не сделку.
А меня. И нашего ребёнка.
Моя мечта открыть свой ресторан в Дубае обернулась катастрофой. Партнеры забрали все деньги и сбежали, оставив меня с огромным долгом. Теперь мне отчаянно нужна работа. Любая.
И я нанимаюсь в «Тадж аль-Таам» — самый пафосный ресторан города.
Его владелец, Амир Аль-Фахр — холодный, безжалостный тиран. Он даже не стал слушать мои оправдания и указал на дверь. Но внезапная диверсия на кухне перед важнейшим банкетом не оставила ему выбора. Ему нужны рабочие руки, а мне — деньги.
Меня уже предали однажды. Смогу ли я выжить, когда это сделает мужчина, которому я начала отдавать свое сердце?
И я нанимаюсь в «Тадж аль-Таам» — самый пафосный ресторан города.
Его владелец, Амир Аль-Фахр — холодный, безжалостный тиран. Он даже не стал слушать мои оправдания и указал на дверь. Но внезапная диверсия на кухне перед важнейшим банкетом не оставила ему выбора. Ему нужны рабочие руки, а мне — деньги.
Меня уже предали однажды. Смогу ли я выжить, когда это сделает мужчина, которому я начала отдавать свое сердце?
Два месяца я работала на Филиппа Лунёва, стараясь не смотреть в глаза, не краснеть от его пошлых шуток и игнорировать сплетни коллег о нашем «романе».
Всё изменилось, когда Фил решил, что мой день рождения лучший повод сбросить маски.
Один черный матовый пакет. Одна красная лента. И содержимое, которое заставило меня влететь в его кабинет с требованием немедленного скандала.
Но Фил не из тех, кто отступает перед истериками. Он из тех, кто превращает гнев в страсть, а «правильных» девочек — в своих личных трофеев.
— Отмени своего Витю, Настя. Если ты не наденешь это сегодня вечером, я лично проверю, чем ты занимаешься по ночам.
Теперь у меня есть выбор: остаться верной своему скучному, но надежному парню или позволить боссу-тирану разрушить всё, что мне дорого. Но проблема в том, что когда Фил смотрит на меня своими темными глазами, я забываю, как дышать.
Всё изменилось, когда Фил решил, что мой день рождения лучший повод сбросить маски.
Один черный матовый пакет. Одна красная лента. И содержимое, которое заставило меня влететь в его кабинет с требованием немедленного скандала.
Но Фил не из тех, кто отступает перед истериками. Он из тех, кто превращает гнев в страсть, а «правильных» девочек — в своих личных трофеев.
— Отмени своего Витю, Настя. Если ты не наденешь это сегодня вечером, я лично проверю, чем ты занимаешься по ночам.
Теперь у меня есть выбор: остаться верной своему скучному, но надежному парню или позволить боссу-тирану разрушить всё, что мне дорого. Но проблема в том, что когда Фил смотрит на меня своими темными глазами, я забываю, как дышать.
Я — Соня Зефирова.
Бухгалтер с формами «тридцать три икса» и хронической привычкой краснеть в неподходящие моменты.
Я устроилась в компанию мечты, а получила двух начальников, которые смотрят на меня как на десерт.
Один — лёд и сталь, второй — жар и улыбка хищника.
Между ними я — как зефир в раскалённом тостере.
Я думала, работа — это про цифры. А оказалось, про желание.
И выбор, который мне предстоит сделать.
Бухгалтер с формами «тридцать три икса» и хронической привычкой краснеть в неподходящие моменты.
Я устроилась в компанию мечты, а получила двух начальников, которые смотрят на меня как на десерт.
Один — лёд и сталь, второй — жар и улыбка хищника.
Между ними я — как зефир в раскалённом тостере.
Я думала, работа — это про цифры. А оказалось, про желание.
И выбор, который мне предстоит сделать.
Двадцать лет я была женой генерала.
Я умела ждать его с ночных совещаний. Умела улыбаться рядом с людьми, которые боялись произнести лишнее слово при моем муже. Умела быть достойной, спокойной, правильной.
Пока в день своего сорокалетия не нашла ключи от чужой квартиры.
Квартиры, где мой муж, генерал Демид Ставров, скрывал молодую беременную женщину.
Он не стал оправдываться. Не сказал правду. Только произнес:
— Ясения, сейчас не время.
Не время для моей боли. Не время для объяснений. Не время для жены, которая двадцать лет была рядом.
Тогда я сняла кольцо и подала на развод.
Но оказалось, измена — только начало. За чужой квартирой, беременной женщиной и моей поддельной подписью в документах фонда скрывается смерть человека, опасные деньги и предательство, которое Демид слишком долго пытался закрыть молчанием.
Он говорит, что не изменял мне телом.
Я умела ждать его с ночных совещаний. Умела улыбаться рядом с людьми, которые боялись произнести лишнее слово при моем муже. Умела быть достойной, спокойной, правильной.
Пока в день своего сорокалетия не нашла ключи от чужой квартиры.
Квартиры, где мой муж, генерал Демид Ставров, скрывал молодую беременную женщину.
Он не стал оправдываться. Не сказал правду. Только произнес:
— Ясения, сейчас не время.
Не время для моей боли. Не время для объяснений. Не время для жены, которая двадцать лет была рядом.
Тогда я сняла кольцо и подала на развод.
Но оказалось, измена — только начало. За чужой квартирой, беременной женщиной и моей поддельной подписью в документах фонда скрывается смерть человека, опасные деньги и предательство, которое Демид слишком долго пытался закрыть молчанием.
Он говорит, что не изменял мне телом.
Меня зовут Полина, и у меня было всё: идеальный брак, блестящая карьера, страстный муж. Но внутри меня давно зрел голод, который не мог утолить муж. Когда в нашей фирме появились два молодых владельца-мажора, я поняла, что моя жизнь разделилась на «до» и «после».
— Вы меня заинтересовали. И я не привык отступать, когда хочу чего-то.
Я сделала шаг назад и упёрлась спиной в перила. Он приблизился ещё, и я видела каждую его ресницу, каждую морщинку у глаз. Его рука поднялась к моему лицу, и он кончиками пальцев провёл по щеке, убирая выбившуюся прядь. Я вздрогнула от этого прикосновения, как от электрического разряда.
Я сделала шаг назад и упёрлась спиной в перила. Он приблизился ещё, и я видела каждую его ресницу, каждую морщинку у глаз. Его рука поднялась к моему лицу, и он кончиками пальцев провёл по щеке, убирая выбившуюся прядь. Я вздрогнула от этого прикосновения, как от электрического разряда.
Выберите полку для книги