Книги по тегу «невинная героиня»: ""
Что судьба уготовила сиротской девчонке? Никто и предположить не мог, какую роль она сыграет для своего народа. Никому не нужная, она выживала сама по себе, пока тайна ее происхождения не привела ее к ним. Двоим. Вместе они должны преодолеть все препятствия и спасти свой народ.
Сбежав от домогательств коллеги на корпоративе, я попала в крепкие объятия босса. Ему невозможно противостоять, он сильный, властный, и я в него безнадёжно влюблена.
Оставшись неузнанной, я думала перелистнуть эту страницу, но властный красавчик не сдаётся.
И что мне делать теперь, когда он, как опытная ищейка, идёт по моему следу, надеясь найти и присвоить?
Оставшись неузнанной, я думала перелистнуть эту страницу, но властный красавчик не сдаётся.
И что мне делать теперь, когда он, как опытная ищейка, идёт по моему следу, надеясь найти и присвоить?
❤️ КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ❤️ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА
– У тебя два варианта, – говорит он ровно. – Первый: ты уходишь отсюда и разбираешься сама, находишь нужную сумму. Можешь даже поехать к Шраму, может, он тебя пощадит. А может и нет… Ну, ты поняла.
Я сжимаю зубы, чтобы они не стучали. А лицо Булата спокойное.
– Второй вариант, – продолжает он, и в его голосе появляется что-то новое. Что-то опасное. – Я решаю вопрос с долгом твого брата за минуту.
Я ловлю ртом воздух.
– Что… что вы хотите взамен?
Он наклоняет голову, и уголок его рта дергается… то ли усмешка, то ли оскал.
– Идешь работать ко мне личным помощником, – говорит он медленно и отчетливо. График двадцать четыре на семь. Ты рядом всегда. Полное подчинение. Скажу «сидеть» – сидишь. Скажу «молчать» – молчишь. Без «не могу», без «я устала». Ты полностью моя.
– Это… это рабство, – шепчу я.
– Это сделка, – отрезает он. – Ты становишься моей. Тебе ведь нужен твой брат.
– А если я откажусь?
Он беспечно пожимает плечами.
– Дверь отк
– У тебя два варианта, – говорит он ровно. – Первый: ты уходишь отсюда и разбираешься сама, находишь нужную сумму. Можешь даже поехать к Шраму, может, он тебя пощадит. А может и нет… Ну, ты поняла.
Я сжимаю зубы, чтобы они не стучали. А лицо Булата спокойное.
– Второй вариант, – продолжает он, и в его голосе появляется что-то новое. Что-то опасное. – Я решаю вопрос с долгом твого брата за минуту.
Я ловлю ртом воздух.
– Что… что вы хотите взамен?
Он наклоняет голову, и уголок его рта дергается… то ли усмешка, то ли оскал.
– Идешь работать ко мне личным помощником, – говорит он медленно и отчетливо. График двадцать четыре на семь. Ты рядом всегда. Полное подчинение. Скажу «сидеть» – сидишь. Скажу «молчать» – молчишь. Без «не могу», без «я устала». Ты полностью моя.
– Это… это рабство, – шепчу я.
– Это сделка, – отрезает он. – Ты становишься моей. Тебе ведь нужен твой брат.
– А если я откажусь?
Он беспечно пожимает плечами.
– Дверь отк
Отец расплатился мной за свои долги, отправив к самому опасному альфе континента.
Марсель Вальд ждал совсем другую, а получил меня — ту, от которой решили избавиться.
Он готов был растерзать меня на месте… но его волк внезапно признал во мне истинную. Теперь альфа ненавидит меня ещё сильнее, потому что избавиться от своей пары уже невозможно.
Марсель Вальд ждал совсем другую, а получил меня — ту, от которой решили избавиться.
Он готов был растерзать меня на месте… но его волк внезапно признал во мне истинную. Теперь альфа ненавидит меня ещё сильнее, потому что избавиться от своей пары уже невозможно.
Мне следовало закричать и бежать, сверкая пятками. Но то, как они смотрели, словно я была редким, восхитительным экземпляром, – приковало меня к месту.
Свободной рукой второй мужчина взял за подбородок, поднимая лицо, чтобы встретиться со мной взглядом.
– Ты дрожишь, – пробормотал он, проводя большим пальцем по моей нижней губе. – Тебе страшно?
– Д-да, – призналась я, тяжело дыша.
– Это хорошо, – первый усмехнулся мрачно. – От страха кровь стынет в жилах.
Свободной рукой второй мужчина взял за подбородок, поднимая лицо, чтобы встретиться со мной взглядом.
– Ты дрожишь, – пробормотал он, проводя большим пальцем по моей нижней губе. – Тебе страшно?
– Д-да, – призналась я, тяжело дыша.
– Это хорошо, – первый усмехнулся мрачно. – От страха кровь стынет в жилах.
Меня зовут Эос. Так назвала меня моя мама, когда первый робкий медовый луч озарил огромную комнату. На большой кровати измученная родами мама нежно прижимала меня к груди, смотря ласковым взглядом на мое сморщенное личико, я протяжно заверещала, словно оповещая землю о своем появлении. Небо плавно начало менять свои оттенки с мрачно темного на нежно розовые и оранжевые, укрывая невесомой шалью комнату и наши с мамой лица. «Тебя будут звать Эос» - как заклинание прошептала мама, поглаживая мою щеку, - «Как богиню рассвета…»
Я с детства знала, что принадлежу к могущественному роду. Когда-то давным-давно мир разделился на вибрации. Наш род относился к фиолетовой вибрации-самой высшей на Земле, далее шли синие, голубые, зеленые, желтые, оранжевые и красные. О красных энергиях я слышала так много, и чаще плохого, чем хорошего. Они представлялись мне первобытными дикарями, грубиянами, истребляющими животных и истощающие недра земли.
Я с детства знала, что принадлежу к могущественному роду. Когда-то давным-давно мир разделился на вибрации. Наш род относился к фиолетовой вибрации-самой высшей на Земле, далее шли синие, голубые, зеленые, желтые, оранжевые и красные. О красных энергиях я слышала так много, и чаще плохого, чем хорошего. Они представлялись мне первобытными дикарями, грубиянами, истребляющими животных и истощающие недра земли.
Все косы твои все бантики все прядь золотых волос ... Поет мне Димка голосом Круга, а я визжу прыгая на него!!! Год его не видела, но мою радость явно не разделяет проходящий мимо мой препод по философии...
За тонированными стёклами машины совершенно не видно сидящих в ней людей. Зато мне всё прекрасно видно. Видно, как двое могильщиков засыпают яму.
Мне даже чудится, будто я слышу, как та ударяется о крышку гроба. Кровь в жилах вскипает и бурным потоком разносится по всему телу, отдавая пульсацией в висках.
Друзья и враги расходятся.
Остаётся один человек: тонкая фигурка в чёрном бомбазиновом платье – лицо закрыто тёмной вуалью, ни глаз не видно, ни губ. И всё равно я её узнаю.
«Ну, здравствуй, милая. Три года не виделись».
Три грёбаных года…
Я подыхал.
#умереть, чтобы жить
#встреча через время
Мне даже чудится, будто я слышу, как та ударяется о крышку гроба. Кровь в жилах вскипает и бурным потоком разносится по всему телу, отдавая пульсацией в висках.
Друзья и враги расходятся.
Остаётся один человек: тонкая фигурка в чёрном бомбазиновом платье – лицо закрыто тёмной вуалью, ни глаз не видно, ни губ. И всё равно я её узнаю.
«Ну, здравствуй, милая. Три года не виделись».
Три грёбаных года…
Я подыхал.
#умереть, чтобы жить
#встреча через время
— Пап, ну пусть она поживёт у нас неделю, этот псих Марат обещал её убить!
Голос Кати звенит на всю гостиную. Я стою в дверях, вжимаю пальцы в лямку рюкзака и молюсь, чтобы пол подо мной не провалился. Синяк под глазом пульсирует, губа саднит.
Мужчина в кресле даже не смотрит на дочь. Он смотрит на меня. Лениво, с ног до головы, будто я вещь на оценку.
— И ради этого прыщавого подростка ты мне ломаешь вечер? — голос низкий, вкрадчивый. — Она похожа на побитую кошку с помойки.
У меня внутри всё закипает. Я не позволю себя унижать. Да и прыщей у меня нет!
— А вы похожи на старого индюка, который слишком много сидит на ботоксе.
Катя замирает. Вот ведь ляпнула…
Мужчина молчит секунду. Потом улыбается. Остро так, опасно.
— Забавно. Ладно, три дня. Даю ровно три дня. Потом — ищи другое убежище.
Голос Кати звенит на всю гостиную. Я стою в дверях, вжимаю пальцы в лямку рюкзака и молюсь, чтобы пол подо мной не провалился. Синяк под глазом пульсирует, губа саднит.
Мужчина в кресле даже не смотрит на дочь. Он смотрит на меня. Лениво, с ног до головы, будто я вещь на оценку.
— И ради этого прыщавого подростка ты мне ломаешь вечер? — голос низкий, вкрадчивый. — Она похожа на побитую кошку с помойки.
У меня внутри всё закипает. Я не позволю себя унижать. Да и прыщей у меня нет!
— А вы похожи на старого индюка, который слишком много сидит на ботоксе.
Катя замирает. Вот ведь ляпнула…
Мужчина молчит секунду. Потом улыбается. Остро так, опасно.
— Забавно. Ладно, три дня. Даю ровно три дня. Потом — ищи другое убежище.
Для шейха Намира Хамрат аль-Нура его помощница Ольга Соколова — бесценный сотрудник. Но только сам Намир знает, что за безупречным деловым костюмом Ольги он давно видит женщину, которую отчаянно хочет подчинить себе.Ольга привыкла видеть в нем лишь строгого начальника и ослепительного миллиардера. Она даже не подозревает, какая буря зреет за его ледяным спокойствием.Совместная поездка в закрытый мир его родной страны заставит их сорвать маски и по-новому взглянуть друг на друга. Но готова ли обычная русская девушка к правилам игры, которые устанавливает восточный мужчина?
Выберите полку для книги