Книги по тегу «нежная героиня»: ""
Спасти семью ценой брака по расчету — казалось, это единственный выход. Пока я не столкнулась с ним. Сын моего жениха. Тот, чей взгляд видел меня насквозь, чей голос сводил с ума, чьи прикосновения были под запретом. Мы переступили черту, зная, что обратного пути нет. Что сильнее: долг перед тем, кому я дала слово, или страсть, ради которой мы готовы на все? И что останется, когда пыль от рухнувшего мира уляжется?
— Твой запах… сводит с ума, — выдыхает он хрипло, прижимая меня к столу в пустом кабинете.
Она не может дышать в его присутствии. Он не может перестать на неё смотреть. Преподаватель и студентка — между ними только правила, которые сгорают дотла в одной случайной встрече. Тайные ночи, жаркие поцелуи, ложь себе и всем вокруг.
У этой любви нет будущего...
Она не может дышать в его присутствии. Он не может перестать на неё смотреть. Преподаватель и студентка — между ними только правила, которые сгорают дотла в одной случайной встрече. Тайные ночи, жаркие поцелуи, ложь себе и всем вокруг.
У этой любви нет будущего...
Лену «спас» от жениха-абьюзера круиз на яхте в компании мажоров, которые приняли её за обслугу. Но вместо коктейлей и отдыха — чистка картошки и мытьё полов под руководством мужчины в чёрном.
Сергей, бывший военный, зарабатывает тем, что организует трэш-вечеринки. Главная его цель в этом заказе: научить «золотую молодёжь» жизнь любить.
Но всё пошло не по плану: незапланированные стриптиз и драки, человек за бортом и роды на палубе.
Во что же выльется этот трехдневный хаос для них двоих?
Сергей, бывший военный, зарабатывает тем, что организует трэш-вечеринки. Главная его цель в этом заказе: научить «золотую молодёжь» жизнь любить.
Но всё пошло не по плану: незапланированные стриптиз и драки, человек за бортом и роды на палубе.
Во что же выльется этот трехдневный хаос для них двоих?
— Смотрите-ка, а кусочек-то ещё тепленький… Добро пожаловать домой, стейк.
Она выжила в авиакатастрофе. Оказалась одна в джунглях без связи, без надежды. А когда на берег вышли люди — подумала, что это спасение…
Она выжила в авиакатастрофе. Оказалась одна в джунглях без связи, без надежды. А когда на берег вышли люди — подумала, что это спасение…
— Да как ты смеешь? — я вскочила, едва не опрокинув стол. — После всего, что между нами было!
— Ксюша, успокойся, люди смотрят.
— Пусть смотрят! — закричала я во все горло. — Пусть смотрят! Пусть видят, что я для тебя просто игрушка!
— Ксюша… — Марк потянулся, чтобы взять меня за запястье, но я вырвала руку. — Все совсем не так, прошу тебя, давай сбавим тон…
— Сам сбавляй! Зачем ты вообще закрутил со мной, если собирался бросить?
— Я не…
— Попользоваться и бросить! Конечно, я-то, дура наивная, думала, нравлюсь тебе! Предатель!
Я вскочила, подхватив куртку и сумочку, и побежала, едва не сбив с ног официанта с моим апельсиновым чаем на подходе.
А ведь я так и не сказала ему, что беременна. И мой экс-босс этого не узнает никогда!
— Ксюша, успокойся, люди смотрят.
— Пусть смотрят! — закричала я во все горло. — Пусть смотрят! Пусть видят, что я для тебя просто игрушка!
— Ксюша… — Марк потянулся, чтобы взять меня за запястье, но я вырвала руку. — Все совсем не так, прошу тебя, давай сбавим тон…
— Сам сбавляй! Зачем ты вообще закрутил со мной, если собирался бросить?
— Я не…
— Попользоваться и бросить! Конечно, я-то, дура наивная, думала, нравлюсь тебе! Предатель!
Я вскочила, подхватив куртку и сумочку, и побежала, едва не сбив с ног официанта с моим апельсиновым чаем на подходе.
А ведь я так и не сказала ему, что беременна. И мой экс-босс этого не узнает никогда!
— Я больше так не могу. Я задыхаюсь, — тихо сказал мой муж моей родной сестре. — Я не люблю её. Нас связывает только дочь. А рядом с тобой я чувствую себя живым.
Я стояла за дверью номера, боясь пошевелиться.
— Тогда скажи ей правду, — ответила моя сестра. — Мы давно любим друг друга.
— Не сейчас. Она болеет. Иди лучше ко мне… Когда ты передо мной, я не могу спокойно думать.
Послышался звук поцелуя.
— Я устала быть твоим тайным убежищем. Скажи ей, что мы вместе уже два года. Что мы спим, пока она ждет тебя к ужину.
— Я всё скажу ей, когда мы приедем домой с отпуска, — твердо отвечает он.
Я медленно отступаю от двери. Два года. Он изменял мне… с моей младшей сестрой.
Возвращаюсь в номер к спящей дочери. Начинаю собирать его чемодан. Пока он за стеной с моей сестрой, думая, что я сплю.
Но чуть позже я узнаю самое страшное, чего даже не подозревала, даже не догадывалась, на что способны самые близкие.
Я стояла за дверью номера, боясь пошевелиться.
— Тогда скажи ей правду, — ответила моя сестра. — Мы давно любим друг друга.
— Не сейчас. Она болеет. Иди лучше ко мне… Когда ты передо мной, я не могу спокойно думать.
Послышался звук поцелуя.
— Я устала быть твоим тайным убежищем. Скажи ей, что мы вместе уже два года. Что мы спим, пока она ждет тебя к ужину.
— Я всё скажу ей, когда мы приедем домой с отпуска, — твердо отвечает он.
Я медленно отступаю от двери. Два года. Он изменял мне… с моей младшей сестрой.
Возвращаюсь в номер к спящей дочери. Начинаю собирать его чемодан. Пока он за стеной с моей сестрой, думая, что я сплю.
Но чуть позже я узнаю самое страшное, чего даже не подозревала, даже не догадывалась, на что способны самые близкие.
— Ты знаешь, кто я?
— Вампир.
— И ты не боишься?
— Я боюсь только одного — снова стать скучной и правильной. Сделай меня своей.
— Ты не представляешь, на что соглашаешься.
— А ты не представляешь, как давно я ждала, чтобы кто‑то разбудил во мне тьму.
— Вампир.
— И ты не боишься?
— Я боюсь только одного — снова стать скучной и правильной. Сделай меня своей.
— Ты не представляешь, на что соглашаешься.
— А ты не представляешь, как давно я ждала, чтобы кто‑то разбудил во мне тьму.
Кабинет мужа в конце коридора, немного в стороне от остальных. Дверь прикрыта, под ней полоска света.
Останавливаюсь перед дверью. Сердце колотится. Стою и не решаюсь войти, и не могу уйти.
И тут слышу…
Сначала неразборчиво, потом отчетливее. Женский голос, высокий, задыхающийся:
— Ох, как хорошо...
И его голос. Серёжкин. Такой знакомый. С придыханием:
— Сейчас будет ещё лучше.
Останавливаюсь перед дверью. Сердце колотится. Стою и не решаюсь войти, и не могу уйти.
И тут слышу…
Сначала неразборчиво, потом отчетливее. Женский голос, высокий, задыхающийся:
— Ох, как хорошо...
И его голос. Серёжкин. Такой знакомый. С придыханием:
— Сейчас будет ещё лучше.
Жизнь перестаёт быть томной, когда в неё врывается мужчина из далёкого прошлого. Он наглый, красивый и самоуверенный. Его интерес к её скромной персоне, с одной стороны, импонирует, а с другой — пугает: не хочется после столь же внезапного ухода снова остаться одной — со стервозной кошкой и разбитым сердцем впридачу.
Тессе приходится жить среди людей, скрывая свою истинную суть и опасный дар, ведь от этого зависит не только ее собственная жизнь. Она во что бы то ни стало должна уберечь свое сокровище, которое прячет среди раскаленных скал Горнила.
Ей нельзя никому верить, а глупое сердце дрожит, едва слышит голос Безумного барда, забредшего в поселение. И так хочется немного счастья. Но охотник уже идет по следу. Появляется, едва люди начинают говорить о драконе. О ней.
Тесса знает, когда-нибудь им придется встретиться лицом к лицу, но еще не сейчас. Еще есть время.
Пой, моя нежность
Ей нельзя никому верить, а глупое сердце дрожит, едва слышит голос Безумного барда, забредшего в поселение. И так хочется немного счастья. Но охотник уже идет по следу. Появляется, едва люди начинают говорить о драконе. О ней.
Тесса знает, когда-нибудь им придется встретиться лицом к лицу, но еще не сейчас. Еще есть время.
Пой, моя нежность
Выберите полку для книги