Книги по тегу «противостояние и притяжение»: ""
– Посмотри на себя, Лара! Ты никакая. Ссохлась вся, поблекла и вечно торчишь на работе. А я живой мужик, мне нужна настоящая женщина рядом, а не мумия.
Муж сказал, что уезжает с друзьями в поход, поцеловал меня на прощание.
А через несколько часов меня срочно отправляют оперировать пациента в элитный комплекс на берегу моря.
Там меня ждут две неожиданные встречи.
Первая – мой муж, развлекающийся с незнакомкой на шезлонге санатория.
Вторая – самоуверенный хирург, рассерженный, что меня прислали делать операцию вместо него.
В тот день я начинаю новую жизнь.
Реанимации прошлого не будет.
Муж сказал, что уезжает с друзьями в поход, поцеловал меня на прощание.
А через несколько часов меня срочно отправляют оперировать пациента в элитный комплекс на берегу моря.
Там меня ждут две неожиданные встречи.
Первая – мой муж, развлекающийся с незнакомкой на шезлонге санатория.
Вторая – самоуверенный хирург, рассерженный, что меня прислали делать операцию вместо него.
В тот день я начинаю новую жизнь.
Реанимации прошлого не будет.
— Никто не должен знать, что между нами было. Если не хочешь проблем, — его голос холоден, как сталь.
— Ты… угрожаешь мне?
— Предупреждаю, — бросает он. — Я получил свое. На этом всё. У тебя — своя жизнь. У меня — своя.
Он — брат подруги.
Сильный, влиятельный, безжалостный.
Он стал моим первым мужчиной… и самым жестоким уроком.
Я думала, что всё кончено. Но он вернулся.
Чтобы снова заставить меня принадлежать ему.
И если тогда я молчала, то теперь — он пожалеет, что научил меня сопротивляться.
— Ты… угрожаешь мне?
— Предупреждаю, — бросает он. — Я получил свое. На этом всё. У тебя — своя жизнь. У меня — своя.
Он — брат подруги.
Сильный, влиятельный, безжалостный.
Он стал моим первым мужчиной… и самым жестоким уроком.
Я думала, что всё кончено. Но он вернулся.
Чтобы снова заставить меня принадлежать ему.
И если тогда я молчала, то теперь — он пожалеет, что научил меня сопротивляться.
Меня выдают за бандита, а я прыгаю из окна прямо в кусты сирени. Знакомьтесь: моя новая жизнь.
Внизу — десять человек мафии и отчим-предатель. А ещё он. Стоит чуть поодаль в идеальном смокинге и смотрит так, будто я — мусор под его лакированной туфлей. Ледяное презрение. Чистое, концентрированное.
— Я предлагаю сделку, — говорит он позже, запершись со мной в комнате. — Фиктивный брак.
— Ты с дуба рухнул?
Он усмехается. Впервые. Хищно, заинтересованно.
— Это ты рухнула. С окна. Прямо ко мне в руки. Посмотрим, чья возьмёт.
Константин Корсаков — лучший кардиохирург страны, ледяной Дракула в дорогом костюме. Он купил меня у отчима, как вещь. Запер в золотой клетке. Решил, что может командовать.
Но он не знает одного: меня не сломать.
И даже если его губы на моей шее жгут больнее огня, а сердце колотится где-то в пятках — я не сдамся. Пусть этот напыщенный индюк в смокинге думает, что победил. Посмотрим, кто кого приручит, Дракула.
Внизу — десять человек мафии и отчим-предатель. А ещё он. Стоит чуть поодаль в идеальном смокинге и смотрит так, будто я — мусор под его лакированной туфлей. Ледяное презрение. Чистое, концентрированное.
— Я предлагаю сделку, — говорит он позже, запершись со мной в комнате. — Фиктивный брак.
— Ты с дуба рухнул?
Он усмехается. Впервые. Хищно, заинтересованно.
— Это ты рухнула. С окна. Прямо ко мне в руки. Посмотрим, чья возьмёт.
Константин Корсаков — лучший кардиохирург страны, ледяной Дракула в дорогом костюме. Он купил меня у отчима, как вещь. Запер в золотой клетке. Решил, что может командовать.
Но он не знает одного: меня не сломать.
И даже если его губы на моей шее жгут больнее огня, а сердце колотится где-то в пятках — я не сдамся. Пусть этот напыщенный индюк в смокинге думает, что победил. Посмотрим, кто кого приручит, Дракула.
Вижу цель — не вижу препятствий.
Даже если эта цель — наглый военный, несправедливо уволивший мужа лучшей подруги.
Сегодня утром он вышвырнул Никиту за опоздание на час. А ведь у них четверо детей, и старшая как раз вывихнула руку. Но этому павлину в погонах… плевать.
В горчичной блузке и юбке-карандаш, которая даже не трещит по швам на моих пышных боках, я лечу на таран к высокому начальству. Тычу пальцем в его каменную грудь. Толкаю, бью, заставляю пятиться.
А в следующую секунду с грохотом падает огромное стекло туда, где мы только что стояли.
Он закрывает меня собой от осколков. Прижимает к стене. Смотрит в упор и шепчет:
«Ты спасла мне жизнь, воинственная незнакомка».
А я, вместо благодарности, с милой улыбкой желаю ему сдохнуть!
Даже если эта цель — наглый военный, несправедливо уволивший мужа лучшей подруги.
Сегодня утром он вышвырнул Никиту за опоздание на час. А ведь у них четверо детей, и старшая как раз вывихнула руку. Но этому павлину в погонах… плевать.
В горчичной блузке и юбке-карандаш, которая даже не трещит по швам на моих пышных боках, я лечу на таран к высокому начальству. Тычу пальцем в его каменную грудь. Толкаю, бью, заставляю пятиться.
А в следующую секунду с грохотом падает огромное стекло туда, где мы только что стояли.
Он закрывает меня собой от осколков. Прижимает к стене. Смотрит в упор и шепчет:
«Ты спасла мне жизнь, воинственная незнакомка».
А я, вместо благодарности, с милой улыбкой желаю ему сдохнуть!
- Здрасьте… - огромными глазами взираю на здоровущего мужика с яйцами в руках.
С обычными. Куриными в смысле. Но до странного большими. Тут даже не С0…
А он смотрит так, будто бы я ему всю жизнь испортила, хотя я его вообще первый раз вижу! И к слову, вижу довольно хорошо… Благодаря тому, что из одежды на нём только одно полотенце, обёрнутое вокруг бёдер...
- Меня услуги не интересуют, - его голос гремит, а в глазах читается презрение, когда проходится тяжёлым взглядом по моему вечернему платью и накинутой поверх шубке…
Я тут же вспыхиваю, осознавая, за кого он меня принял.
- Вообще-то я не к вам! – рявкаю, приподняв подбородок. – Где Янка?
Эксгибиционист хмурится.
- Так, пышка, тут никаких Янок нет, так что давай, на выход, - поджимает губы раздражённо.
- А можно я проверю? – выдаю от холода и шока. Потому что кажется то, что у него под полотенцем, приходит в движение…
- Ну нет конечно! А ты как думала, алкоголичка?
- Ктооо?! – оскорбляюсь я. – Сам вы…- только тут до меня и
С обычными. Куриными в смысле. Но до странного большими. Тут даже не С0…
А он смотрит так, будто бы я ему всю жизнь испортила, хотя я его вообще первый раз вижу! И к слову, вижу довольно хорошо… Благодаря тому, что из одежды на нём только одно полотенце, обёрнутое вокруг бёдер...
- Меня услуги не интересуют, - его голос гремит, а в глазах читается презрение, когда проходится тяжёлым взглядом по моему вечернему платью и накинутой поверх шубке…
Я тут же вспыхиваю, осознавая, за кого он меня принял.
- Вообще-то я не к вам! – рявкаю, приподняв подбородок. – Где Янка?
Эксгибиционист хмурится.
- Так, пышка, тут никаких Янок нет, так что давай, на выход, - поджимает губы раздражённо.
- А можно я проверю? – выдаю от холода и шока. Потому что кажется то, что у него под полотенцем, приходит в движение…
- Ну нет конечно! А ты как думала, алкоголичка?
- Ктооо?! – оскорбляюсь я. – Сам вы…- только тут до меня и
Новый год в кругу родных обещает стать настоящим кошмаром: моя двоюродная сестра выходит замуж за моего бывшего.
В свои тридцать пять остаться единственной одинокой на этом празднике жизни — выше моих сил. И я решаюсь на авантюру: нанимаю мужчину в агентстве эскорт-услуг, который сыграет роль моего статусного жениха.
Но с самого начала всё идёт не так.
Вместо взрослого солидного мужчины на встречу приезжает дерзкий, невыносимо самоуверенный парень… лет на десять меня моложе. А самое ужасное, что отменять всё — уже не вариант!
В свои тридцать пять остаться единственной одинокой на этом празднике жизни — выше моих сил. И я решаюсь на авантюру: нанимаю мужчину в агентстве эскорт-услуг, который сыграет роль моего статусного жениха.
Но с самого начала всё идёт не так.
Вместо взрослого солидного мужчины на встречу приезжает дерзкий, невыносимо самоуверенный парень… лет на десять меня моложе. А самое ужасное, что отменять всё — уже не вариант!
– Что ты здесь делаешь? – дрожащим голосом спрашиваю, понимая, кто сидит в темноте.
На лице Эмиля рисуется оскал, подсвечиваемый лишь угольком. Оттого он ещё более жуткий.
– Мне надо отвечать на этот вопрос или сама догадаешься? – выдыхая дым, бросает в ответ.
А затем как-то слишком резко соскакивает с подоконника и плавной походкой хищника приближается ко мне.
Пячусь назад, надеясь успеть дойти до двери, но натыкаюсь спиной на стену и тут же замираю.
– А вот что ты здесь делаешь, Пчёлка?
– Мы с Трофимом пришли забрать задания… – бормочу в надежде, что его остановит мой парень за дверью.
Но Доминину, похоже, плевать: одна его рука упирается в стену у моей головы, пока пальцы второй медленно проводят по моей коже на ноге, вызывая толпу мурашек.
– Что ты себе позволяешь? – шиплю на него.
Но не успеваю ничего добавить, потому что ладонь резко перемещается с бедра на мой рот, а у уха раздаётся хриплый шёпот:
– Тише, Пчёлка. Ты ведь не хочешь, чтобы твой пай-мальчик нас услышал?
На лице Эмиля рисуется оскал, подсвечиваемый лишь угольком. Оттого он ещё более жуткий.
– Мне надо отвечать на этот вопрос или сама догадаешься? – выдыхая дым, бросает в ответ.
А затем как-то слишком резко соскакивает с подоконника и плавной походкой хищника приближается ко мне.
Пячусь назад, надеясь успеть дойти до двери, но натыкаюсь спиной на стену и тут же замираю.
– А вот что ты здесь делаешь, Пчёлка?
– Мы с Трофимом пришли забрать задания… – бормочу в надежде, что его остановит мой парень за дверью.
Но Доминину, похоже, плевать: одна его рука упирается в стену у моей головы, пока пальцы второй медленно проводят по моей коже на ноге, вызывая толпу мурашек.
– Что ты себе позволяешь? – шиплю на него.
Но не успеваю ничего добавить, потому что ладонь резко перемещается с бедра на мой рот, а у уха раздаётся хриплый шёпот:
– Тише, Пчёлка. Ты ведь не хочешь, чтобы твой пай-мальчик нас услышал?
- Ну что ласскажете, коллега? – важно спросил пацан пяти лет, сидя в моем кресле.
- Плибыль падает, ласходы ластут, - гордо сообщил второй пацан, причем весьма сильно похожий на первого.
- Холошо, - кивнул важный.
- Ничего хорошего, - не удержался я и сразу же спросил: - Вы кто и что здесь делаете?
- Это наш кабинет! – последовал ответ от важного.
- Да! – кивнул второй.
- Это мой кабинет! – тихо рыкнул, стараясь не напугать пацанов. А то еще начнут орать. Мне это нужно? Нет, не нужно.
- Нет! Это наш кабинет! – заявил первый пацан.
- Нашего папы, - добавил второй и насупился.
*********
Никак не ожидал, заходя в свой кабинет, увидеть двух пацанов пяти лет. Которые утверждали, что это кабинет их отца. Готов был уволить нерадивого папашу, посмевшего притащить детей в офис. Пока не узнал, что этот самый нерадивый папаша – я. Да как так-то? Откуда у меня дети? И где их мать-кукушка?
- Плибыль падает, ласходы ластут, - гордо сообщил второй пацан, причем весьма сильно похожий на первого.
- Холошо, - кивнул важный.
- Ничего хорошего, - не удержался я и сразу же спросил: - Вы кто и что здесь делаете?
- Это наш кабинет! – последовал ответ от важного.
- Да! – кивнул второй.
- Это мой кабинет! – тихо рыкнул, стараясь не напугать пацанов. А то еще начнут орать. Мне это нужно? Нет, не нужно.
- Нет! Это наш кабинет! – заявил первый пацан.
- Нашего папы, - добавил второй и насупился.
*********
Никак не ожидал, заходя в свой кабинет, увидеть двух пацанов пяти лет. Которые утверждали, что это кабинет их отца. Готов был уволить нерадивого папашу, посмевшего притащить детей в офис. Пока не узнал, что этот самый нерадивый папаша – я. Да как так-то? Откуда у меня дети? И где их мать-кукушка?
Я — Кира. Заучка, ботаничка и девушка, которая мечтала спокойно закончить юрфак.
Марк Волков — богатенький сынок, звезда университета и парень, которого я обходила за три аудитории.
Он всегда смотрел на меня так холодно, будто я лично испортила ему жизнь.
Я его боялась.
Очень.
А потом моя мама вышла замуж за его отца.
И Марк стал моим сводным братом.
Теперь мы живём в одном доме, учимся в одной группе и делаем вид, что между нами ничего нет. Точнее, я делаю.
Потому что Марк больше не прячет взгляд.
И, кажется, он никогда меня не ненавидел.
Кажется, всё намного хуже...
Я ему нравилась.
Марк Волков — богатенький сынок, звезда университета и парень, которого я обходила за три аудитории.
Он всегда смотрел на меня так холодно, будто я лично испортила ему жизнь.
Я его боялась.
Очень.
А потом моя мама вышла замуж за его отца.
И Марк стал моим сводным братом.
Теперь мы живём в одном доме, учимся в одной группе и делаем вид, что между нами ничего нет. Точнее, я делаю.
Потому что Марк больше не прячет взгляд.
И, кажется, он никогда меня не ненавидел.
Кажется, всё намного хуже...
Я ему нравилась.
Простушка поступила в элитный вуз, что могло пойти не так? Все! В первый день беспринципный мажор принимает меня за парня и швыряет в сторону. В моих документах опечатка и в результате меня заселяют в мужское общежитие. Но самая катастрофа то, что моим соседом оказывается тот самый мажор. От него у меня мурашки по коже. Он может в любой момент свернуть мне шею, но вместо этого он выбирает сломать меня как девушку. Один нюанс — я случайно оказываюсь той, без которой он не сможет. Я его одержимость.
Выберите полку для книги