Книги по тегу «разница в возрасте»: ""
- Я заставляю тебя нервничать? - лукаво протянул свёкор, расплываясь в хитрой улыбке.
- Я вовсе не нервничаю…
Голос невольно сел, в горле пересохло от дурманящей близости мужчины.
- Тогда почему щёки так мило полыхают?
Большой палец скользнул к губам уже более откровенно и нагло провёл по контуру.
- Ты выглядишь как сладкая конфетка, так и хочется попробовать тебя на вкус.
- Что вы делаете? Это… неприлично.
- Моя манящая карамелька, ты ещё не знаешь, насколько бесстыдным я могу быть. Позволь показать?
- Я вовсе не нервничаю…
Голос невольно сел, в горле пересохло от дурманящей близости мужчины.
- Тогда почему щёки так мило полыхают?
Большой палец скользнул к губам уже более откровенно и нагло провёл по контуру.
- Ты выглядишь как сладкая конфетка, так и хочется попробовать тебя на вкус.
- Что вы делаете? Это… неприлично.
- Моя манящая карамелька, ты ещё не знаешь, насколько бесстыдным я могу быть. Позволь показать?
«Я — его преподаватель. Он — моя самая опасная слабость.»
Я всегда знала, нельзя пересекать черту, нельзя смешивать личное с профессиональным, нельзя поддаваться искушениям. А Демьян не собирается играть по моим правилам. Каждая его улыбка — вызов. Каждое слово — провокация. Он знает, как заставить меня дрожать от одного только взгляда, и делает это с такой наглой уверенностью, что я ненавижу его... почти так же сильно, как хочу.
Я должна остановить это. Но когда он прикасается ко мне, когда его губы шепчут мое имя, я забываю, почему вообще нужно сопротивляться.
Этот наглец — мой личный ад и рай. И я уже не знаю, что страшнее: поддаться желанию... или так и не узнать, каково это — сгореть по-настоящему.
Я всегда знала, нельзя пересекать черту, нельзя смешивать личное с профессиональным, нельзя поддаваться искушениям. А Демьян не собирается играть по моим правилам. Каждая его улыбка — вызов. Каждое слово — провокация. Он знает, как заставить меня дрожать от одного только взгляда, и делает это с такой наглой уверенностью, что я ненавижу его... почти так же сильно, как хочу.
Я должна остановить это. Но когда он прикасается ко мне, когда его губы шепчут мое имя, я забываю, почему вообще нужно сопротивляться.
Этот наглец — мой личный ад и рай. И я уже не знаю, что страшнее: поддаться желанию... или так и не узнать, каково это — сгореть по-настоящему.
— Ты ведь меня убьёшь, если я подойду ближе.
— Я врач, Хасаев. Я могу сделать так, что ты будешь умолять меня о смерти. Но вместо этого я тебя спасу. А вот потом — убью.
Что делать, если на твоём пороге истекают кровью два бандита? Правильный ответ — звонить в полицию. Мой ответ — затащить их в квартиру и залатать, потому что я врач, и моя клятва не делит людей на хороших и плохих. Я думала, на этом всё закончится, и я смогу забыть его пронзительные тёмные глаза и боль, которую он стоически терпел под моими пальцами.
Его благодарностью стали новая мебель вместо моей, пропитанной кровью, и его мрачная тень, неотступно следующая за мной. Он решил, что я его. Я решила, что он сумасшедший. А потом я попросила его сыграть моего жениха перед моей семьёй на свадьбе моего бывшего.
С этого и начался наш путь — от обжигающей ненависти до любви на острие ножа, где одно неверное движение могло стоить нам обоим жизни. И теперь, чтобы спасти его, мне придётся его убить. Хотя бы для всех осталь
— Я врач, Хасаев. Я могу сделать так, что ты будешь умолять меня о смерти. Но вместо этого я тебя спасу. А вот потом — убью.
Что делать, если на твоём пороге истекают кровью два бандита? Правильный ответ — звонить в полицию. Мой ответ — затащить их в квартиру и залатать, потому что я врач, и моя клятва не делит людей на хороших и плохих. Я думала, на этом всё закончится, и я смогу забыть его пронзительные тёмные глаза и боль, которую он стоически терпел под моими пальцами.
Его благодарностью стали новая мебель вместо моей, пропитанной кровью, и его мрачная тень, неотступно следующая за мной. Он решил, что я его. Я решила, что он сумасшедший. А потом я попросила его сыграть моего жениха перед моей семьёй на свадьбе моего бывшего.
С этого и начался наш путь — от обжигающей ненависти до любви на острие ножа, где одно неверное движение могло стоить нам обоим жизни. И теперь, чтобы спасти его, мне придётся его убить. Хотя бы для всех осталь
Внезапно под водой меня обхватили большие руки.
—Убегаешь, Малинка? Или стесняешься? — его горячая грудь прижалась к спине.
Я замерла.
— Я... купаюсь. Одна.
— Одна? — его смешок заставил дрогнуть. — Нечестно. Речка общая.
Он наклонился, губы почти касались.
— Ты дрожишь. Хочешь, я согрею? — шёпот был пыткой.
Молчание. Я лишь отвела глаза, не в силах смотреть на него.
— Значит, хочешь, — заключил он, и его губы грубо накрыли мои.
Мир исчез. Остался только его вкус, его руки, держащие меня, и пламя в груди.
— Моя, — прохрипел он, отрываясь. — Вся моя.
И снова поцелуй, глубже, властнее, пока мир не сузился до него.
Мы с моим парнем приехали на дачу, предвкушая романтику на природе. Я уже мечтала о долгих прогулках под звёздами, о нежных признаниях в любви и, конечно же, о горячих ночах.
Но ему оказалось это совсем не интересно...
...В отличии от его отчима.
—Убегаешь, Малинка? Или стесняешься? — его горячая грудь прижалась к спине.
Я замерла.
— Я... купаюсь. Одна.
— Одна? — его смешок заставил дрогнуть. — Нечестно. Речка общая.
Он наклонился, губы почти касались.
— Ты дрожишь. Хочешь, я согрею? — шёпот был пыткой.
Молчание. Я лишь отвела глаза, не в силах смотреть на него.
— Значит, хочешь, — заключил он, и его губы грубо накрыли мои.
Мир исчез. Остался только его вкус, его руки, держащие меня, и пламя в груди.
— Моя, — прохрипел он, отрываясь. — Вся моя.
И снова поцелуй, глубже, властнее, пока мир не сузился до него.
Мы с моим парнем приехали на дачу, предвкушая романтику на природе. Я уже мечтала о долгих прогулках под звёздами, о нежных признаниях в любви и, конечно же, о горячих ночах.
Но ему оказалось это совсем не интересно...
...В отличии от его отчима.
- Банька уже готова, - сосед прожигал меня откровенным взглядом. – Мы с удовольствием хорошенько попарим тебя. Верно, друг?
Губы свёкра изогнулись в порочной улыбке.
- Соглашайся, сладкая. Горячее расслабление гарантируем.
- Тебе понравится, красотка. Баня, два опытных мужчины… ты запомнишь это надолго.
Отношения со свёкром перешли черту приличий, на этом нас застал сосед и пожелал…присоединиться.
Губы свёкра изогнулись в порочной улыбке.
- Соглашайся, сладкая. Горячее расслабление гарантируем.
- Тебе понравится, красотка. Баня, два опытных мужчины… ты запомнишь это надолго.
Отношения со свёкром перешли черту приличий, на этом нас застал сосед и пожелал…присоединиться.
На вечере выпускников Катерина Самарцева сталкивается с человеком, чьё имя давно звучит со сцены так же громко, как аккорды его гитары, — музыкантом Олегом Самойловым. Их встреча превращается в мелодию притяжения: от первого взгляда до безрассудной ночи вместе.
Но жизнь не всегда звучит в унисон — их ждут фальшивые ноты, горькие паузы и разлуки. Сумеют ли они настроить струны своих сердец так, чтобы зазвучала та самая песня, что длится всю жизнь?
Но жизнь не всегда звучит в унисон — их ждут фальшивые ноты, горькие паузы и разлуки. Сумеют ли они настроить струны своих сердец так, чтобы зазвучала та самая песня, что длится всю жизнь?
— Залезайте ко мне. Здесь сухо и тепло.
Она обернулась, и её голубые глаза распахнулись – два глубоких озера небесного цвета, полные искреннего удивления. Капли дождя стекали по её щекам, словно слезинки, но улыбка не сходила с лица
— Серьёзно? – её голос звенел, как колокольчик. – А вы не маньяк?
Голубые глаза сверкнули с вызовом.
— Маньяки не носят костюмы за десять тысяч долларов, – парировал я. – И я никогда не предлагаю то, в чём не уверен.
Она нырнула в салон, а мокрое платье обрисовало каждую линию её тела так, что я забыл, как дышать. В голове зазвучал голос вот уж точно не разума: «Сделай ребёнка. Сейчас. От неё».
💖💖💖
Она обернулась, и её голубые глаза распахнулись – два глубоких озера небесного цвета, полные искреннего удивления. Капли дождя стекали по её щекам, словно слезинки, но улыбка не сходила с лица
— Серьёзно? – её голос звенел, как колокольчик. – А вы не маньяк?
Голубые глаза сверкнули с вызовом.
— Маньяки не носят костюмы за десять тысяч долларов, – парировал я. – И я никогда не предлагаю то, в чём не уверен.
Она нырнула в салон, а мокрое платье обрисовало каждую линию её тела так, что я забыл, как дышать. В голове зазвучал голос вот уж точно не разума: «Сделай ребёнка. Сейчас. От неё».
💖💖💖
В двадцать один год, после предательства мужа, моя жизнь встала на стоп.
Ради спасения сына я была готова на всё. Даже добровольно надеть на себя невидимые кандалы: подчиниться чужой воле, играть по чужим правилам, прятать свои мечты и чувства.
Я убедила себя, что смогу так жить — сколько потребуется: подстраиваться и терпеть. Но в моей жизни появился он…
Молодой. Настойчивый. Не желающий принимать «нет» за ответ.
И теперь моя жизнь снова в опасности.
Ради спасения сына я была готова на всё. Даже добровольно надеть на себя невидимые кандалы: подчиниться чужой воле, играть по чужим правилам, прятать свои мечты и чувства.
Я убедила себя, что смогу так жить — сколько потребуется: подстраиваться и терпеть. Но в моей жизни появился он…
Молодой. Настойчивый. Не желающий принимать «нет» за ответ.
И теперь моя жизнь снова в опасности.
— Никита, прости, я выбрала не тебя, — говорю я, еле сдерживая слёзы.
— Я уже давно это понял. Знаешь, когда я тебя увидел, то думал, ты особенная, а ты оказалась такой же, как и все: меркантильная и бездушная.
— Я такая, какая есть. Не суди меня. Удачи! — Я хлопнула дверью и ушла.
Я не буду счастлива с ним: молодой и бедный, ветер в голове, хоть и накачанный айтишник, а толку?
Другое дело Фёдор — директор с кучей денег. Правда, есть одна деталь: к сожалению, он женат. Но разве это меня остановит?
Да, я обещала себе не связываться с женатыми, ведь мама учила меня не брать чужое. Увы, её дочь выросла непослушной.
Что мне оставалось делать, если его брак и так висел на волоске? Я не виновата, что влюбилась, и произошло это прямо у меня на даче. Но как же сильно меня раздражает его жена, которая не хочет давать развод!
— Я уже давно это понял. Знаешь, когда я тебя увидел, то думал, ты особенная, а ты оказалась такой же, как и все: меркантильная и бездушная.
— Я такая, какая есть. Не суди меня. Удачи! — Я хлопнула дверью и ушла.
Я не буду счастлива с ним: молодой и бедный, ветер в голове, хоть и накачанный айтишник, а толку?
Другое дело Фёдор — директор с кучей денег. Правда, есть одна деталь: к сожалению, он женат. Но разве это меня остановит?
Да, я обещала себе не связываться с женатыми, ведь мама учила меня не брать чужое. Увы, её дочь выросла непослушной.
Что мне оставалось делать, если его брак и так висел на волоске? Я не виновата, что влюбилась, и произошло это прямо у меня на даче. Но как же сильно меня раздражает его жена, которая не хочет давать развод!
Что делать, если ты Яга в девятом поколении, а Кощей Бессмертный положил на тебя глаз? Во-первых, не паникуем. Во-вторых, варим отворотную настойку на мухоморах и посылаем костлявого туда, не знаю куда. Пусть вместо помолвочного кольца тащит то не знаю что. Только в какую сторону когти рвать, если главный некромант Тридесятого вдруг оказался моей Истинной парой? Ну нет, я на такой расклад не согласна. Расколдуйте нас немедленно!
Выберите полку для книги