Книги по тегу «хэппи-энд»: ""
— Чёрт… — выдохнул он мне в шею, целуя и слегка кусая кожу. — Мы не должны…
— Тогда остановись, — прошептала я дрожащим голосом, хотя сама уже обхватила его ногами за талию и притягивала ближе.
Но он не остановился.
Она — его личное табу.
Он — человек, которого ей нельзя желать.
Потеряв отца, Алиса оказалась под опекой его лучшего друга Константина. Он держит дистанцию, контролирует её жизнь и называет это долгом.
Алиса должна быть для него только подопечной, но одна ночь ломает все правила, превращая запрет в сжигающую страсть.
— Тогда остановись, — прошептала я дрожащим голосом, хотя сама уже обхватила его ногами за талию и притягивала ближе.
Но он не остановился.
Она — его личное табу.
Он — человек, которого ей нельзя желать.
Потеряв отца, Алиса оказалась под опекой его лучшего друга Константина. Он держит дистанцию, контролирует её жизнь и называет это долгом.
Алиса должна быть для него только подопечной, но одна ночь ломает все правила, превращая запрет в сжигающую страсть.
Согласно заключённому договору о сотрудничестве, Земля выделяет раз в год по десять девушек для мужчин на Венере. Правда из-за переизбытка мужчин, у них приняты мужские гаремы, чтобы осчастливить женским вниманием как можно больше мужчин. Вот только ни в одном проспекте по этой планете, ни в одном справочном каталоге не было указано, что мужчины сами выбирают женщин.
— Побриться надо. Принесешь дорожный клатч? Где-то в сумке в прихожей.
— Конечно.
Запускаю руку внутрь, шарю между сменным бельем и какими-то чеками. Пальцы натыкаются на холодный корпус. Достаю.
Это не его смартфон.
Входящий звонок. Телефон вибрирует в моей руке.
"ЛЮБИМКА"
Мир вокруг схлопывается до размеров этого гребаного экрана.
Кажется, если я сейчас вздохну, то просто рассыплюсь на куски прямо здесь, над его сумкой.
— Нашла? — голос Игоря из ванной звучит как выстрел в затылок.
Вздрагиваю. Паника накрывает меня с головой.
Нашла, милый, только совсем не то, что ты просил…
Он выходит из ванной, уже в чистой футболке, пахнет домом и уютом. Тот же Игорь.
Мой Игорь.
Которого я ждала три недели.
Или уже не мой?
— Родная, ты что-то бледная сегодня.
Ничего, “родной”, скоро я выведу тебя на чистую воду и бледнеть уже будешь ты.
— Конечно.
Запускаю руку внутрь, шарю между сменным бельем и какими-то чеками. Пальцы натыкаются на холодный корпус. Достаю.
Это не его смартфон.
Входящий звонок. Телефон вибрирует в моей руке.
"ЛЮБИМКА"
Мир вокруг схлопывается до размеров этого гребаного экрана.
Кажется, если я сейчас вздохну, то просто рассыплюсь на куски прямо здесь, над его сумкой.
— Нашла? — голос Игоря из ванной звучит как выстрел в затылок.
Вздрагиваю. Паника накрывает меня с головой.
Нашла, милый, только совсем не то, что ты просил…
Он выходит из ванной, уже в чистой футболке, пахнет домом и уютом. Тот же Игорь.
Мой Игорь.
Которого я ждала три недели.
Или уже не мой?
— Родная, ты что-то бледная сегодня.
Ничего, “родной”, скоро я выведу тебя на чистую воду и бледнеть уже будешь ты.
— Я видела вас своими глазами, Слава! Это бесполезно отрицать! В ресторане… ты и рыжая!
— У тебя голос прорезался, смотрю! — Он поднимается и я сразу делаю шаг в бок, подальше. Все же я его боюсь.
— Собирай вещи и уходи!
— Я никуда не уйду! – рявкает так, что сердце уходит в пятки. — Ты без меня никто и звать никак. Я вытащил тебя из говна, в которое ты сама влезла. Без меня ты сдохнешь! И я не уйду. Это мой дом.
— У тебя другая… Слава. – Тихо плачу я.
— Да, я люблю ее, и она тоже не уйдет из моей жизни. Привыкай.
В голове сразу рисуется образ, где я доедаю объедки со стола Славы и его любовницы, где в моем доме растет ее ребенок… где я умираю под их громкий смех, оставляя все им. Трясу головой, чтобы сбить эти мысли.
— Ты бесплоден, Ты не хотел детей!
— От тебя не хотел!
— Но она…
— Она родит и будет воспитывать его с моей помощью и поддержкой. Но жить я буду по-прежнему с тобой.
— У тебя голос прорезался, смотрю! — Он поднимается и я сразу делаю шаг в бок, подальше. Все же я его боюсь.
— Собирай вещи и уходи!
— Я никуда не уйду! – рявкает так, что сердце уходит в пятки. — Ты без меня никто и звать никак. Я вытащил тебя из говна, в которое ты сама влезла. Без меня ты сдохнешь! И я не уйду. Это мой дом.
— У тебя другая… Слава. – Тихо плачу я.
— Да, я люблю ее, и она тоже не уйдет из моей жизни. Привыкай.
В голове сразу рисуется образ, где я доедаю объедки со стола Славы и его любовницы, где в моем доме растет ее ребенок… где я умираю под их громкий смех, оставляя все им. Трясу головой, чтобы сбить эти мысли.
— Ты бесплоден, Ты не хотел детей!
— От тебя не хотел!
— Но она…
— Она родит и будет воспитывать его с моей помощью и поддержкой. Но жить я буду по-прежнему с тобой.
На нашей кровати лежит обнаженная девица, а рядом с ней – мой муж. Между ними стоит тарелка с клубникой, которой Витя кормит девушку.
Боже, сколько ей лет? Двадцать?
Голая девица поворачивается в мою сторону. Усмехается.
– Так это твоя жена? Ты говорил, что она старая и страшная, – с обидой говорит она.
Ее слова приводят меня в чувства.
– Пошла вон! – кричу, бросаясь на нее, – вон из моей спальни! Вон! Вон из моего дома!
Она пятится назад.
– Витюш, – говорит она обиженным тоном.
Муж вскакивает, грубо хватает меня за руку и выталкивает за дверь.
– Ты охренела? – орет он, – че творишь, дура?
– Витя, это ты охренел! Привел любовницу в наш дом…
Он цинично усмехается.
– Это теперь ее дом. А ты, Катя, проваливай.
***
Я – счастливая домохозяйка, положившая жизнь ради мужа и сыновей. Но это вчера.
Сегодня – я брошенка без гроша в кармане, без работы и опыта. Никому не нужная.
Так будет ли у меня завтра?..
Боже, сколько ей лет? Двадцать?
Голая девица поворачивается в мою сторону. Усмехается.
– Так это твоя жена? Ты говорил, что она старая и страшная, – с обидой говорит она.
Ее слова приводят меня в чувства.
– Пошла вон! – кричу, бросаясь на нее, – вон из моей спальни! Вон! Вон из моего дома!
Она пятится назад.
– Витюш, – говорит она обиженным тоном.
Муж вскакивает, грубо хватает меня за руку и выталкивает за дверь.
– Ты охренела? – орет он, – че творишь, дура?
– Витя, это ты охренел! Привел любовницу в наш дом…
Он цинично усмехается.
– Это теперь ее дом. А ты, Катя, проваливай.
***
Я – счастливая домохозяйка, положившая жизнь ради мужа и сыновей. Но это вчера.
Сегодня – я брошенка без гроша в кармане, без работы и опыта. Никому не нужная.
Так будет ли у меня завтра?..
Заснула в больничной палате, а очнулась в другом мире… на собственной свадьбе! Вот только новоиспеченный супруг сразу отослал меня с глаз долой в захолустное поместье, где все пришло в упадок. Все, кроме целого тыквенного поля!
Думал избавиться от меня? Да я только за! Всегда мечтала о большом загородном доме. Только не суйся ко мне теперь, иначе тыквой запущу! Да и вообще без тебя забот хватает: дом в порядок привести, грядки вскопать, а еще понять, что за странная метка на моем плече...
Думал избавиться от меня? Да я только за! Всегда мечтала о большом загородном доме. Только не суйся ко мне теперь, иначе тыквой запущу! Да и вообще без тебя забот хватает: дом в порядок привести, грядки вскопать, а еще понять, что за странная метка на моем плече...
– Я сказал все предельно ясно, Марина, – его голос ровный, командирский. – У тебя есть две недели, чтобы собрать вещи свои и Димки.
– Ты... ты выгоняешь нас? – я не узнаю свой голос. Он чужой, надломленный. – Из нашего дома?
– Это мой дом, – поправляет Андрей с ледяной точностью. – Мне нужно это пространство для моей новой семьи.
Новой семьи. Я хватаюсь за край стола еще крепче, костяшки пальцев белеют.
– Какой новой семьи? О чем ты говоришь?
– Я встретил женщину, Марина. Настоящую женщину. Ту, которую искал всю жизнь. Мы будем жить здесь – она и ее сын. Мальчику нужен отец, настоящий мужчина.
– Ты... ты выгоняешь нас? – я не узнаю свой голос. Он чужой, надломленный. – Из нашего дома?
– Это мой дом, – поправляет Андрей с ледяной точностью. – Мне нужно это пространство для моей новой семьи.
Новой семьи. Я хватаюсь за край стола еще крепче, костяшки пальцев белеют.
– Какой новой семьи? О чем ты говоришь?
– Я встретил женщину, Марина. Настоящую женщину. Ту, которую искал всю жизнь. Мы будем жить здесь – она и ее сын. Мальчику нужен отец, настоящий мужчина.
БЕСПЛАТНЫЙ КОРОТКИЙ РАССКАЗ
- Куда же ты? Вчера так откровенно обнимала меня…
- Я? Ты что-то выдумываешь!
Не обращая внимания на мои трепыхания, его рука ловко скользнула под футболку.
- Я собираюсь продолжить, пока ты не вспомнишь что пообещала мне прошлой ночью.
Прошло несколько лет после развода моей матери с его отцом. Мы вновь стали чужими друг другу. Но у судьбы для нас иные планы.
- Куда же ты? Вчера так откровенно обнимала меня…
- Я? Ты что-то выдумываешь!
Не обращая внимания на мои трепыхания, его рука ловко скользнула под футболку.
- Я собираюсь продолжить, пока ты не вспомнишь что пообещала мне прошлой ночью.
Прошло несколько лет после развода моей матери с его отцом. Мы вновь стали чужими друг другу. Но у судьбы для нас иные планы.
❤️ЗАВЕРШЕНО! МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!❤️
— Я человек чести, и мой наследник будет рожден в браке. Но не думай, что попала в сказку, Ася. Выкинь эти розовые сопли из головы прямо сейчас.
Я вздрагиваю, поднимая на него взгляд.
— Я свободный человек, — продолжает босс, чеканя каждое слово. — А этот брак — всего лишь формальность. Между нами была всего одна ночь. Не строй иллюзий.
Каждое его слово — как пощечина.
— Но, Гордей… — пытаюсь возразить я, чувствуя, как к горлу подступают слезы.
Он резко перебивает:
— Ты для меня — нежеланная жена. Запомни это.
— Я человек чести, и мой наследник будет рожден в браке. Но не думай, что попала в сказку, Ася. Выкинь эти розовые сопли из головы прямо сейчас.
Я вздрагиваю, поднимая на него взгляд.
— Я свободный человек, — продолжает босс, чеканя каждое слово. — А этот брак — всего лишь формальность. Между нами была всего одна ночь. Не строй иллюзий.
Каждое его слово — как пощечина.
— Но, Гордей… — пытаюсь возразить я, чувствуя, как к горлу подступают слезы.
Он резко перебивает:
— Ты для меня — нежеланная жена. Запомни это.
Субботний обед с пельменями - наш семейный ритуал. Что бы ни происходило, Матвей всегда приезжает к двум.
Только сегодня муж сел за стол и заявил:
— Я ухожу. Просто… я встретил другую женщину. Понимаю, как это звучит… но я больше не могу делать вид, что меня устраивает то, что есть.
Мне сорок три года. У нас две взрослые дочери и тест с двумя полосками, о котором он никогда не узнает.
Он выбрал страсть. Я выбрала достоинство.
Он думает, что нашёл новую жизнь, но он пока не знает, что потерял гораздо больше, чем семью.
Только сегодня муж сел за стол и заявил:
— Я ухожу. Просто… я встретил другую женщину. Понимаю, как это звучит… но я больше не могу делать вид, что меня устраивает то, что есть.
Мне сорок три года. У нас две взрослые дочери и тест с двумя полосками, о котором он никогда не узнает.
Он выбрал страсть. Я выбрала достоинство.
Он думает, что нашёл новую жизнь, но он пока не знает, что потерял гораздо больше, чем семью.
Выберите полку для книги