Читать и слушать книги
— Ты же знаешь, что Я ЖДУ АРТУРА.
Артур уехал учиться на врача.
Но брат смотрит на меня и говорит правду, в которую я отказывалась верить.
— ДЕВЯТЬ ЛЕТ уже ЖДЁШЬ, ОН никогда НЕ ВЕРНЁТСЯ, АДАМ – БУДЕТ ТЕБЕ хорошим МУЖЕМ, он состоятельный мужчина и очень заинтересован.
АДАМ ИЗВОДИТ ЖЁН
Три жены он увез в Москву и там они наложили на себя руки. У них рождались девочки.
И теперь АДАМ ПРИЕХАЛ за новой невестой, ЗА МНОЙ
Артур уехал учиться на врача.
Но брат смотрит на меня и говорит правду, в которую я отказывалась верить.
— ДЕВЯТЬ ЛЕТ уже ЖДЁШЬ, ОН никогда НЕ ВЕРНЁТСЯ, АДАМ – БУДЕТ ТЕБЕ хорошим МУЖЕМ, он состоятельный мужчина и очень заинтересован.
АДАМ ИЗВОДИТ ЖЁН
Три жены он увез в Москву и там они наложили на себя руки. У них рождались девочки.
И теперь АДАМ ПРИЕХАЛ за новой невестой, ЗА МНОЙ
Я попала в руки жестокого мужчины, который решил, что вправе распоряжаться моим телом.
Сначала он сказал, что я должна родить ребенка ему и его женщине. Затем отобрал моё имя. А теперь хочет, чтобы я легла в постель с продюсером его любовницы.
Клянусь!
Что с честью пройду путь от безмолвной и бесправной женщины к Королеве.
Что разведусь с мерзавцем и заставлю своих обидчиков со мной считаться!
Сначала он сказал, что я должна родить ребенка ему и его женщине. Затем отобрал моё имя. А теперь хочет, чтобы я легла в постель с продюсером его любовницы.
Клянусь!
Что с честью пройду путь от безмолвной и бесправной женщины к Королеве.
Что разведусь с мерзавцем и заставлю своих обидчиков со мной считаться!
— Ты обещал помочь! А сам похитил меня! Это разве помощь?!
Тамерлан оборачивается, прожигая меня взглядом, от которого по телу пробегает озноб.
— Помощь. Спасение от Батыра. Теперь ты здесь, под моей защитой.
— Под защитой?! Я в заложниках!
— Ты мой трофей в этой войне, докторша. Батыр хотел тебя? Получил отказ. Я тебя забрал! Показал, кто настоящий хозяин этих земель. И теперь ты станешь моей женой. Хочешь ты того или нет.
— Не стану! Я не вещь! Не трофей!
— Смирись и будь послушной, тогда не пострадаешь. Станешь моей женой по-хорошему, будешь жить в достатке, никто тебя не тронет. Будешь сопротивляться – научишься жить по законам гор. А они суровы, докторша. Очень суровы.
— Ты мне отвратителен! Вы оба звери, которые считают, что можно просто взять женщину силой!
— Ошибаешься! Я беру тебя, чтобы сделать своей. Навсегда. И дам тебе выбор: покорись добровольно, и я буду мужем, а не хозяином. Или сопротивляйся, и узнаешь, что значит быть женой горца, взятой силой.
Тамерлан оборачивается, прожигая меня взглядом, от которого по телу пробегает озноб.
— Помощь. Спасение от Батыра. Теперь ты здесь, под моей защитой.
— Под защитой?! Я в заложниках!
— Ты мой трофей в этой войне, докторша. Батыр хотел тебя? Получил отказ. Я тебя забрал! Показал, кто настоящий хозяин этих земель. И теперь ты станешь моей женой. Хочешь ты того или нет.
— Не стану! Я не вещь! Не трофей!
— Смирись и будь послушной, тогда не пострадаешь. Станешь моей женой по-хорошему, будешь жить в достатке, никто тебя не тронет. Будешь сопротивляться – научишься жить по законам гор. А они суровы, докторша. Очень суровы.
— Ты мне отвратителен! Вы оба звери, которые считают, что можно просто взять женщину силой!
— Ошибаешься! Я беру тебя, чтобы сделать своей. Навсегда. И дам тебе выбор: покорись добровольно, и я буду мужем, а не хозяином. Или сопротивляйся, и узнаешь, что значит быть женой горца, взятой силой.
— Какая же ты красивая, Злата… сегодня мы проведём вместе шикарную ночь.
Невольно покрываюсь мурашками, когда слышу за спиной хриплый голос отчима.
Оборачиваюсь...
Стоит голый по пояс, раздевает меня взглядом.
Приехала, блин, на каникулы из универа...
Мама сказала, что отчим будет в командировке!
Но сейчас он стоит напротив меня, улыбается.
Подходит ближе.
— Что вы делаете? Г-где мама?
— Твоей мамы здесь нет, — отвечает отчим, — она сбежала, не выполнив данное мне обещание. Поэтому его выполнишь ты.
— Какое ещё обещание?
— Родить мне наследника...
Невольно покрываюсь мурашками, когда слышу за спиной хриплый голос отчима.
Оборачиваюсь...
Стоит голый по пояс, раздевает меня взглядом.
Приехала, блин, на каникулы из универа...
Мама сказала, что отчим будет в командировке!
Но сейчас он стоит напротив меня, улыбается.
Подходит ближе.
— Что вы делаете? Г-где мама?
— Твоей мамы здесь нет, — отвечает отчим, — она сбежала, не выполнив данное мне обещание. Поэтому его выполнишь ты.
— Какое ещё обещание?
— Родить мне наследника...
ФИНАЛ
Торжественный ужин. Вика застаёт мужа с женой его партнёра. На следующий день любовница погибает — якобы самоубийство. Но странное клеймо на её запястье говорит об обратном. Вика начинает расследование, тихую, изощрённую операцию, в результате которой она перехватывает контроль и мстит по своим правилам. Главным её открытием становится не имя убийцы, а потеря иллюзий и обретение собственной силы.
— Мы уже на дне. Мы оба в одной канализации.
— Мы в баре «Сирен», Артём. Нам намного меньше девяносто пяти лет, и у нас есть планы на эту жизнь.
— Давай не будем действовать сгоряча ради бизнеса.
— И что ты видишь в твоём случае в финале? Мелодраму с разбитой вазой? Вряд ли. Триллер с адвокатами? Или ты имеешь в виду столик дорогого ресторана, где мы все четверо встретимся завтра за бизнес-ланчем, будем есть тартар и обсуждать слияние активов?
— Вика, мы не первопроходцы. Нам надо выйти из этого говна здоровыми и богатыми.
Мы чокаемся.
— Ну, тогда думай, Тёма.
— И ты.
Торжественный ужин. Вика застаёт мужа с женой его партнёра. На следующий день любовница погибает — якобы самоубийство. Но странное клеймо на её запястье говорит об обратном. Вика начинает расследование, тихую, изощрённую операцию, в результате которой она перехватывает контроль и мстит по своим правилам. Главным её открытием становится не имя убийцы, а потеря иллюзий и обретение собственной силы.
— Мы уже на дне. Мы оба в одной канализации.
— Мы в баре «Сирен», Артём. Нам намного меньше девяносто пяти лет, и у нас есть планы на эту жизнь.
— Давай не будем действовать сгоряча ради бизнеса.
— И что ты видишь в твоём случае в финале? Мелодраму с разбитой вазой? Вряд ли. Триллер с адвокатами? Или ты имеешь в виду столик дорогого ресторана, где мы все четверо встретимся завтра за бизнес-ланчем, будем есть тартар и обсуждать слияние активов?
— Вика, мы не первопроходцы. Нам надо выйти из этого говна здоровыми и богатыми.
Мы чокаемся.
— Ну, тогда думай, Тёма.
— И ты.
– Ты для меня мертва, Зумруд. Проваливай, пока не отдал тебя на потеху роте, – эти жестокие слова мужа бьют наотмашь.
Белоснежная простыня в брачную ночь без единого пятна и ложное обвинение в измене разрушили мою семью.
Меня вышвырнули из дома. И я, отринув гордость, отправилась вслед за мужем Алиханом в военную часть, наивно надеясь доказать ему свою порядочность. Но вместо раскаяния любимый человек отдал меня на забаву своим друзьям...
Полковник Алхазов не просто спас меня от позора, он обещал защиту и покровительство, но в суровом взгляде стальных глаз читалось иное: теперь я безраздельно принадлежу ему.
Белоснежная простыня в брачную ночь без единого пятна и ложное обвинение в измене разрушили мою семью.
Меня вышвырнули из дома. И я, отринув гордость, отправилась вслед за мужем Алиханом в военную часть, наивно надеясь доказать ему свою порядочность. Но вместо раскаяния любимый человек отдал меня на забаву своим друзьям...
Полковник Алхазов не просто спас меня от позора, он обещал защиту и покровительство, но в суровом взгляде стальных глаз читалось иное: теперь я безраздельно принадлежу ему.
- Не бойся меня, я сберегу тебя.- Для кого?
- Естественно, для себя. Ведь ты мой подарок. – сладко шепчет, лаская тело.
- Что мне нужно сделать, чтобы вы отпустили меня? – спрашиваю, и меня сжимают сильнее.
- А кто сказал, что я отпущу?
- Но рано или поздно вы наиграетесь!
- А кто сказал, что я играю? Я не враг тебе, Ангелок. Пойми и прими это. И тогда нам будет о чём поговорить.
- Меня подарили, я случайная игрушка.
- А вот и нет, Алана. Я приехал в эту страну специально за тобой! - рычит, прикусывая шею.
- Естественно, для себя. Ведь ты мой подарок. – сладко шепчет, лаская тело.
- Что мне нужно сделать, чтобы вы отпустили меня? – спрашиваю, и меня сжимают сильнее.
- А кто сказал, что я отпущу?
- Но рано или поздно вы наиграетесь!
- А кто сказал, что я играю? Я не враг тебе, Ангелок. Пойми и прими это. И тогда нам будет о чём поговорить.
- Меня подарили, я случайная игрушка.
- А вот и нет, Алана. Я приехал в эту страну специально за тобой! - рычит, прикусывая шею.
— Милый, а твоя корова надолго свалила в санаторий? — лепечет внизу некая девица, каким-то чудом проникшая в мой дом.
Это точно не галлюцинация!
Интересно, что за милый… И о какой корове идёт речь? Из-за мигрени мысли ползают внутри раскалывающейся черепушки, словно сонные улитки.
— Кошечка, не волнуйся, Антонина уже, наверное, тусуется в холле вместе с пенсионерками, ждёт заселения в номер! Так что дом на эти три дня полностью наш, моя тигрица! — раздаётся полный страсти голос моего мужа Артёма.
Голоса становятся ближе, любовники явно желают поскорее оказаться на супружеском ложе. Только здесь их ждёт сюрприз в виде разгневанной жены!
Это точно не галлюцинация!
Интересно, что за милый… И о какой корове идёт речь? Из-за мигрени мысли ползают внутри раскалывающейся черепушки, словно сонные улитки.
— Кошечка, не волнуйся, Антонина уже, наверное, тусуется в холле вместе с пенсионерками, ждёт заселения в номер! Так что дом на эти три дня полностью наш, моя тигрица! — раздаётся полный страсти голос моего мужа Артёма.
Голоса становятся ближе, любовники явно желают поскорее оказаться на супружеском ложе. Только здесь их ждёт сюрприз в виде разгневанной жены!
Максим притворялся, что я ему нравлюсь. Мало того, он бросил меня в чужом доме, куда сам же и привел.
– Максим! – позвала я шепотом.
Я услышала шум с первого этажа. Сделала пару шагов к лестнице, и увидела внизу двух мужчин.
– Ты представляешь? – сказал первый мужчина, его голос звучал строго. – Какие-то голодранцы забрались к нам в дом.
Я перестала дышать. Черты его лица казались знакомыми. Сделала шаг за угол, уронила вазу, она с громким дзыньком разбилась.
– Ага, – сказал второй, у него был жгучий взгляд. – И не все голодранцы успели убежать.
Так на меня смотрел только один человек. По телу прошли мурашки.
– Не вызывайте полицию, – прошептала я, прижимаясь к перилам лестницы и теребя рукав своего растянутого свитера. – Отпустите.
– Тоня? – назвал меня по имени первый мужчина. Он был такой крупный и мощный, что будто на меня надвигалась гора. Я его знала раньше. Их обоих. Не могут же это быть те мальчишки со двора, которым я нравилась? Или это они?
– Максим! – позвала я шепотом.
Я услышала шум с первого этажа. Сделала пару шагов к лестнице, и увидела внизу двух мужчин.
– Ты представляешь? – сказал первый мужчина, его голос звучал строго. – Какие-то голодранцы забрались к нам в дом.
Я перестала дышать. Черты его лица казались знакомыми. Сделала шаг за угол, уронила вазу, она с громким дзыньком разбилась.
– Ага, – сказал второй, у него был жгучий взгляд. – И не все голодранцы успели убежать.
Так на меня смотрел только один человек. По телу прошли мурашки.
– Не вызывайте полицию, – прошептала я, прижимаясь к перилам лестницы и теребя рукав своего растянутого свитера. – Отпустите.
– Тоня? – назвал меня по имени первый мужчина. Он был такой крупный и мощный, что будто на меня надвигалась гора. Я его знала раньше. Их обоих. Не могут же это быть те мальчишки со двора, которым я нравилась? Или это они?
Фиалку, тихую «серую мышку», отец продает в уплату долгов грозному чеченцу Баширу. Из бесправной собственности в золотой клетке она должна превратиться в сильную женщину, способную стать не просто его женой, но и равным партнером в мире, где правит сила, честь и опасная страсть.
Выберите полку для книги