Читать и слушать книги
Я, журналистка, и получила задание попасть в закрытый элитный клуб и узнать все его тёмные тайны. Владелец клуба — загадочный незнакомец, о котором ходят невероятно разные слухи. Я чувствую, что это дело будет непростым и опасным, но у меня нет выхода. Судя по информации: страсть, тьма и боль — вот что меня ждёт. Придется рискнуть, чтобы раскрыть правду и выполнить свою работу, а что из этого выйдет, покажет только время.
Одного взгляда было достаточно, чтобы сойти с ума. Одного предательства — чтобы сломаться.
С первого дня в университете она стала для него мишенью. Она превратилась в навязчивую идею, в кислород, без которого он не мог дышать. Его любовь не знала границ и условностей — она была всепоглощающей, яростной, опасной.
Он был готов на всё ради неё. Но в мире, где страсть граничит с безумием, а доверие висит на волоске, одна измена способна уничтожить всё. И когда правда, жестокая и неотвратимая, вырывается наружу, идеальный мир рушится, увлекая за собой в бездну отчаяния обоих.
Жесткий ГГ
С первого дня в университете она стала для него мишенью. Она превратилась в навязчивую идею, в кислород, без которого он не мог дышать. Его любовь не знала границ и условностей — она была всепоглощающей, яростной, опасной.
Он был готов на всё ради неё. Но в мире, где страсть граничит с безумием, а доверие висит на волоске, одна измена способна уничтожить всё. И когда правда, жестокая и неотвратимая, вырывается наружу, идеальный мир рушится, увлекая за собой в бездну отчаяния обоих.
Жесткий ГГ
«Вероятность отцовства: 0.00%».
Они сделали этот неинвазивный тест «на всякий случай», шутя. Максим, ее Макс, обнял ее сзади, положив свои ладони поверх ее руки на животе.
«Наш с тобой шедевр» — сказал он, целуя ее в шею. Шедевр. Да. Только холст оказался ее, а краски… чужими.
Они сделали этот неинвазивный тест «на всякий случай», шутя. Максим, ее Макс, обнял ее сзади, положив свои ладони поверх ее руки на животе.
«Наш с тобой шедевр» — сказал он, целуя ее в шею. Шедевр. Да. Только холст оказался ее, а краски… чужими.
Обычный поход в детский сад оборачивается шоком, когда мужчина видит в раздевалке маленького мальчика — свою точную копию в трёхлетнем возрасте.
Герой оказывается на краю пропасти, где смешиваются паника, неверие и смутная надежда. Ему предстоит не просто найти ответ, а разобрать по кирпичикам собственную прошлую жизнь. Это эмоциональный триллер, где главный удар наносит не преследователь, а собственная память.
Та самая редкая, мужская линия передачи, о которой он слышал от бабки в детстве: «Наш признак, Демьян, по мужчинам кочует».
Герой оказывается на краю пропасти, где смешиваются паника, неверие и смутная надежда. Ему предстоит не просто найти ответ, а разобрать по кирпичикам собственную прошлую жизнь. Это эмоциональный триллер, где главный удар наносит не преследователь, а собственная память.
Та самая редкая, мужская линия передачи, о которой он слышал от бабки в детстве: «Наш признак, Демьян, по мужчинам кочует».
Муж уехал в командировку, а вечером я увидела его в такси, целующего другую женщину. Я молча собрала вещи и уехала в поселок своего детства.
Я думала, что спряталась навсегда. Поменяла симку, завела кота, приняла ухаживания соседа Васи, который смотрит на меня щенячьими глазами ещё со школы. И даже новость о том, что беременна от предателя, меня не сломала. Я же не плакса, в конце концов?
Десять лет я была счастлива в своем маленьком мире. Пока однажды вечером на пороге моего дома не вырос ОН. В камуфляже, при погонах, с тем же стальным взглядом. Генерал приехал за своей беглой женой.
— Здравствуй, жена, — сказал он, глядя на моего сына, который копия он. — Я соскучился.
А рядом стоял Васька, готовый за меня порвать любого. И теперь мне предстоит выбрать: гордая одиночка, верный друг или дать второй шанс отцу моего ребенка, который, кажется, готов перевернуть мир, чтобы вернуть меня? И самое главное — выдержит ли моё сердце ещё одну войну?
Я думала, что спряталась навсегда. Поменяла симку, завела кота, приняла ухаживания соседа Васи, который смотрит на меня щенячьими глазами ещё со школы. И даже новость о том, что беременна от предателя, меня не сломала. Я же не плакса, в конце концов?
Десять лет я была счастлива в своем маленьком мире. Пока однажды вечером на пороге моего дома не вырос ОН. В камуфляже, при погонах, с тем же стальным взглядом. Генерал приехал за своей беглой женой.
— Здравствуй, жена, — сказал он, глядя на моего сына, который копия он. — Я соскучился.
А рядом стоял Васька, готовый за меня порвать любого. И теперь мне предстоит выбрать: гордая одиночка, верный друг или дать второй шанс отцу моего ребенка, который, кажется, готов перевернуть мир, чтобы вернуть меня? И самое главное — выдержит ли моё сердце ещё одну войну?
У Лиды трое детей, бывший муж без алиментов и полное ощущение, что жизнь закончилась. У Андрея — пустая квартира, холодный характер и привычка держать всех на расстоянии. Случайная встреча в кофейне, где дети приняли незнакомца за отца, могла остаться просто неловким моментом. Но когда Лиде становится некуда идти, Андрей предлагает кров — и постепенно чужая семья становится для него единственным местом, где он хочет быть.
— Валентина Кирилловна, — начинает Сашка, заводила одиннадцатого класса, — чтоб мэр точно денег дал на ремонт, надо танцевать стриптиз!
— Парень дело говорит, — раздаётся насмешливый голос сбоку.
Оборачиваюсь: мужчина холёный, как бабушкин кот Мефодий, в чёрном пальто и костюме.
— Вам чего? — строго спрашиваю я. — Здесь репетиция!
— Люблю самодеятельность, знаете, — он подходит ближе. — И стриптиз.
— За стриптизом — в цирк, клоуна на замену ищут.
— Ладно, ладно, — поднимает он руки в примирительном жесте. — Признаю поражение. Я новый попечитель школьного фонда. И я здесь, чтобы помочь с ремонтом.
И тут Сашка выдаёт:
— А я его вспомнил! У него бутики «Принц», и он типа бандит!
— Парень дело говорит, — раздаётся насмешливый голос сбоку.
Оборачиваюсь: мужчина холёный, как бабушкин кот Мефодий, в чёрном пальто и костюме.
— Вам чего? — строго спрашиваю я. — Здесь репетиция!
— Люблю самодеятельность, знаете, — он подходит ближе. — И стриптиз.
— За стриптизом — в цирк, клоуна на замену ищут.
— Ладно, ладно, — поднимает он руки в примирительном жесте. — Признаю поражение. Я новый попечитель школьного фонда. И я здесь, чтобы помочь с ремонтом.
И тут Сашка выдаёт:
— А я его вспомнил! У него бутики «Принц», и он типа бандит!
Мне восемнадцать. И вместо взрослой жизни я получаю повестку — четыре месяца обучения и два года службы на войне, которая длится уже пятнадцать лет. Я не солдат. Я просто хочу выжить и вернуться к семье, но подземная база, прозванная «муравейником», быстро учит: здесь слабых ломают.
Я попала в мир, где каждый шаг оценивается баллами, где наказания жестоки, а место каждого предопределено.
И именно здесь я встречаю его — Костю. Командир группы спецназначения. Жёсткий, холодный, уверенный, что чувства — балласт, а доверие убивает быстрее пули.
Он верит только в долг. Я — в любовь.
Мы такие разные, но именно рядом с ним я начинаю понимать, за что стоит бороться на самом деле.
И если я хочу дожить до распределения, мне придётся понять главное: здесь самое сложное не быть сильной, а остаться собой.
Я попала в мир, где каждый шаг оценивается баллами, где наказания жестоки, а место каждого предопределено.
И именно здесь я встречаю его — Костю. Командир группы спецназначения. Жёсткий, холодный, уверенный, что чувства — балласт, а доверие убивает быстрее пули.
Он верит только в долг. Я — в любовь.
Мы такие разные, но именно рядом с ним я начинаю понимать, за что стоит бороться на самом деле.
И если я хочу дожить до распределения, мне придётся понять главное: здесь самое сложное не быть сильной, а остаться собой.
— Твоя жена — балласт, Сережа. Она пахнет борщом и бытовой безнадегой, — шепчет любовница, окуривая наш дом благовониями. — Пока ты с ней, твои денежные потоки заблокированы. Отсеки всё мертвое, если хочешь стать императором.
— Ты права, Лайла. Рита тянет меня на дно. Пора очистить пространство.
Я стою за дверью и сжимаю в руках остывший ужин. Они называют меня «грязной энергией» и выкидывают из жизни? Что ж, я стану тем самым грузом, который утянет их в бездну.
Чтобы уничтожить их империю, я иду к человеку из своего прошлого. К тому, кто не верит в карму, но мастерски раздает долги.
«Моя месть — это единственная вибрация, которую ты почувствуешь перед крахом».
— Ты права, Лайла. Рита тянет меня на дно. Пора очистить пространство.
Я стою за дверью и сжимаю в руках остывший ужин. Они называют меня «грязной энергией» и выкидывают из жизни? Что ж, я стану тем самым грузом, который утянет их в бездну.
Чтобы уничтожить их империю, я иду к человеку из своего прошлого. К тому, кто не верит в карму, но мастерски раздает долги.
«Моя месть — это единственная вибрация, которую ты почувствуешь перед крахом».
Я застала собственного мужа в подсобке женского туалета с моей лучшей подругой.
Хороший финал десятилетней истории, не так ли?
Восемь лет брака, два года до него — и всё впустую. Он кричал, что я сама виновата, а она улыбалась.
Но я не та, кого можно добить. Я решила: он пожалеет. И выбрала идеальное оружие для мести — его крестника, главного врача нашей больницы. Холодного, властного, циничного Кирилла.
Проблема только в том, что Кирилл смотрит на меня так, будто эта игра для него не просто игра. И моё сердце, которое я считала разбитым, вдруг начинает биться чаще.
Что, если моя сладкая месть обернётся горькой правдой? Или, наоборот, станет моим спасением?
Хороший финал десятилетней истории, не так ли?
Восемь лет брака, два года до него — и всё впустую. Он кричал, что я сама виновата, а она улыбалась.
Но я не та, кого можно добить. Я решила: он пожалеет. И выбрала идеальное оружие для мести — его крестника, главного врача нашей больницы. Холодного, властного, циничного Кирилла.
Проблема только в том, что Кирилл смотрит на меня так, будто эта игра для него не просто игра. И моё сердце, которое я считала разбитым, вдруг начинает биться чаще.
Что, если моя сладкая месть обернётся горькой правдой? Или, наоборот, станет моим спасением?
Выберите полку для книги