Читать и слушать книги
— Зачем ты здесь, Аня? — зло процедил он.
Я замерла, непонимающе заморгала, пытаясь собраться с мыслями.
— Прилетела на свадьбу сестры… — едва слышно выдохнула я.
В ушах оглушительно стучало, голова кружилась — то ли от его близости, то ли от страха. Тело предательски дрожало, отзываясь на каждое движение Громова.
Он резко вдохнул, словно уловил этот трепет. Его глаза потемнели.
— Свадьбы не будет, — жестко бросил Игорь. — Убирайся отсюда. Не хочу тебя видеть.
И в тот же миг, вопреки собственным словам, рванулся ко мне — и смял мои губы в яростном, отчаянном поцелуе.
Я прилетела на свадьбу сестры. Но с ужасом осознала, что брат жениха — мой бывший. Тот, кого я пыталась забыть годами. Тот, чьи глаза до сих пор заставляют сердце биться чаще.
Он ненавидит меня. И хочет сорвать свадьбу. А я должна помочь сестре.
Я замерла, непонимающе заморгала, пытаясь собраться с мыслями.
— Прилетела на свадьбу сестры… — едва слышно выдохнула я.
В ушах оглушительно стучало, голова кружилась — то ли от его близости, то ли от страха. Тело предательски дрожало, отзываясь на каждое движение Громова.
Он резко вдохнул, словно уловил этот трепет. Его глаза потемнели.
— Свадьбы не будет, — жестко бросил Игорь. — Убирайся отсюда. Не хочу тебя видеть.
И в тот же миг, вопреки собственным словам, рванулся ко мне — и смял мои губы в яростном, отчаянном поцелуе.
Я прилетела на свадьбу сестры. Но с ужасом осознала, что брат жениха — мой бывший. Тот, кого я пыталась забыть годами. Тот, чьи глаза до сих пор заставляют сердце биться чаще.
Он ненавидит меня. И хочет сорвать свадьбу. А я должна помочь сестре.
— Пришло время отдать долг, — жёстко бросает мне мой босс. — Это мистер Чой, он из Кореи, он очень важный мой клиент и гость, — продолжает он. — И мне очень важно, чтобы сегодняшний контракт был подписан.
Однажды я допустила очень серьёзную ошибку на работе. На несколько миллионов. И мой босс не забыл об этом. Сегодня пришло время платить по счетам.
Но у меня прежде никогда не было мужчины...
***
Однажды я допустила очень серьёзную ошибку на работе. На несколько миллионов. И мой босс не забыл об этом. Сегодня пришло время платить по счетам.
Но у меня прежде никогда не было мужчины...
***
Он смотрел на меня — не торопясь, не приближаясь. Только взглядом. Сильным, тяжёлым.
Я стояла среди гильз. Под ногами хрустело. Воздух был сухим и звенящим. На коже — пыль, пот, запах пороха.
Он подошёл. Медленно. Ни слова. Только движение — плотное, уверенное.
Остановился впритык. Рука легла на талию. Без разрешения — как право, которое он взял, когда я прошептала: остаться.
Его губы накрыли мои. Сразу. Без прелюдий. Жёстко. Глубоко. Как будто сдерживался слишком долго. Я открылась ему без сопротивления. Впилась пальцами в его рубашку, прижимаясь всем телом. Я хотела его. Не «разрешала», не «допускала» — хотела.
Я стояла среди гильз. Под ногами хрустело. Воздух был сухим и звенящим. На коже — пыль, пот, запах пороха.
Он подошёл. Медленно. Ни слова. Только движение — плотное, уверенное.
Остановился впритык. Рука легла на талию. Без разрешения — как право, которое он взял, когда я прошептала: остаться.
Его губы накрыли мои. Сразу. Без прелюдий. Жёстко. Глубоко. Как будто сдерживался слишком долго. Я открылась ему без сопротивления. Впилась пальцами в его рубашку, прижимаясь всем телом. Я хотела его. Не «разрешала», не «допускала» — хотела.
Меня зовут Вера, и в свои девятнадцать я оказалась в руках похитителей из-за долгов отчима. Они привезли меня в дом человека по прозвищу Север. Я думала — конец. Но Александр Ветров прогнал бандитов и заявил, что я останусь у него. «Ты в беде, девочка, — сказал он. — Если отпущу — не дойдёшь до ворот». Он предложил сделку: месяц полного послушания, и он закроет все долги. Я ненавидела его за холодность и власть, но с каждым днём всё сильнее чувствовала, как лёд в его глазах тает. Что скрывается за его маской? И зачем я на самом деле нужна ему?
Я думала, что моя жизнь — это борьба за выживание.
Я работала, училась, тянула больную мать и никому не позволяла себя сломать.
Но когда я совершила ошибку на глазах у трёх мажоров--кавказцев, я даже не подозревала, что в ту ночь подписала себе приговор. Они не привыкли слышать «нет», а я привыкла бить до конца. Теперь я в их особняке, и моё тело — цена за жизнь моей матери.
Но хуже всего то, что внутри меня просыпается то, что я отчаянно пытаюсь убить, — желание.
🔥 Строго 18+!!! Горячая клубничка🔥
Я работала, училась, тянула больную мать и никому не позволяла себя сломать.
Но когда я совершила ошибку на глазах у трёх мажоров--кавказцев, я даже не подозревала, что в ту ночь подписала себе приговор. Они не привыкли слышать «нет», а я привыкла бить до конца. Теперь я в их особняке, и моё тело — цена за жизнь моей матери.
Но хуже всего то, что внутри меня просыпается то, что я отчаянно пытаюсь убить, — желание.
🔥 Строго 18+!!! Горячая клубничка🔥
Муж привёл в наш дом молодую любовницу и потребовал, чтобы я отказалась от всего: денег, статуса, дома и прежней жизни. За один вечер он превратил восемь лет брака в унизительный приговор для меня.
Я осталась ни с чем. Но двое горячих и властных адвокатов встали на мою сторону и заставили меня бояться уже не неверного мужа, а собственного желания уступить их уверенным прикосновениям.
Но могу ли я позволить себе довериться сразу обоим?
Будет очень горячо и откровенно!🔥
Подписывайтесь на автора, чтобы не пропустить новинки.
За звёздочки отдельное спасибо!❤️🔥
Я осталась ни с чем. Но двое горячих и властных адвокатов встали на мою сторону и заставили меня бояться уже не неверного мужа, а собственного желания уступить их уверенным прикосновениям.
Но могу ли я позволить себе довериться сразу обоим?
Будет очень горячо и откровенно!🔥
Подписывайтесь на автора, чтобы не пропустить новинки.
За звёздочки отдельное спасибо!❤️🔥
Отчим заставил меня выйти замуж за сына своего делового партнёра.
Мой новый муж неприлично красив, но холоден, как айсберг. Я не нужна ему, как и он мне.
Нужно продержаться всего год, а потом мне позволят уйти.
Но как сохранить сердце целым, когда рядом мужчина с телом бога, от взгляда которого дрожат колени, а голос плавит волю?
Мой новый муж неприлично красив, но холоден, как айсберг. Я не нужна ему, как и он мне.
Нужно продержаться всего год, а потом мне позволят уйти.
Но как сохранить сердце целым, когда рядом мужчина с телом бога, от взгляда которого дрожат колени, а голос плавит волю?
Я собиралась выйти замуж, нарожать мужу кучу детишек и жить с ним долго и счастливо – как в сказке.
Но моя сказка обернулась кошмаром: жених продал меня в уплату долга двум могущественным и опасным мужчинам.
И они смотрят на меня, как голодные хищники на добычу. Требуют беспрекословного подчинения.
Для них я – просто вещь. Есть ли у меня шансы спастись из плена невредимой? Ведь просто сдаваться я не собираюсь…
Но моя сказка обернулась кошмаром: жених продал меня в уплату долга двум могущественным и опасным мужчинам.
И они смотрят на меня, как голодные хищники на добычу. Требуют беспрекословного подчинения.
Для них я – просто вещь. Есть ли у меня шансы спастись из плена невредимой? Ведь просто сдаваться я не собираюсь…
— Ты прячешься. За мешковатой одеждой, за опущенными глазами, за своим «я не такая».
— Я просто знаю свое место. В тени. Так безопаснее.
— А если мы скажем, что твое место — здесь? У этого окна? Что мы не дадим тебе спрятаться?
— Я не привыкла быть нужной. Это больно. И непривычно.
— Больно? Возможно. Но ты уже дрожишь не от страха, а от того, что впервые тебя видят настоящую. Твою мягкость. Твою силу. Твою красоту.
— Я не знаю, как это — быть желанной. Любимой. Несмотря на…
— Несмотря ни на что. Останься. Позволь нам показать тебе, кто ты на самом деле. Просто перестань прятаться.
— Я просто знаю свое место. В тени. Так безопаснее.
— А если мы скажем, что твое место — здесь? У этого окна? Что мы не дадим тебе спрятаться?
— Я не привыкла быть нужной. Это больно. И непривычно.
— Больно? Возможно. Но ты уже дрожишь не от страха, а от того, что впервые тебя видят настоящую. Твою мягкость. Твою силу. Твою красоту.
— Я не знаю, как это — быть желанной. Любимой. Несмотря на…
— Несмотря ни на что. Останься. Позволь нам показать тебе, кто ты на самом деле. Просто перестань прятаться.
— Ты боишься снова оказаться на сцене?
— Я боюсь не сцены. Я боюсь, что привыкну быть чужой игрушкой и перестану чувствовать себя живой.
— Ты никогда не была игрушкой. Ты была той, кого мы искали всю жизнь. И мы не продаём тебя — мы показываем миру, что ты выбрала нас.
— А если я ошибусь? Если внутри меня ничего не осталось, кроме страха?
— Тогда мы будем ждать. Целовать твои руки. Смотреть в твои глаза. Пока ты снова не поверишь, что ты — наша. Не по контракту. А потому что сама хочешь быть с нами.
— А если я захочу убежать?
— Мы отпустим. Но будем надеяться, что ты вернёшься. Потому что без тебя наш мир — пустой зал без света.
— Я боюсь не сцены. Я боюсь, что привыкну быть чужой игрушкой и перестану чувствовать себя живой.
— Ты никогда не была игрушкой. Ты была той, кого мы искали всю жизнь. И мы не продаём тебя — мы показываем миру, что ты выбрала нас.
— А если я ошибусь? Если внутри меня ничего не осталось, кроме страха?
— Тогда мы будем ждать. Целовать твои руки. Смотреть в твои глаза. Пока ты снова не поверишь, что ты — наша. Не по контракту. А потому что сама хочешь быть с нами.
— А если я захочу убежать?
— Мы отпустим. Но будем надеяться, что ты вернёшься. Потому что без тебя наш мир — пустой зал без света.
Выберите полку для книги