Читать и слушать книги

— Опять мне снишься?

Я не убираю пистолет.

— Звала меня ночами, чикита? — он улыбается, — Значит снова кто-то там наверху услышал мои молитвы.

Он подходит, мой пистолет упирается ему в грудь. Прямо туда, где под светлой рубашкой татуировка разбитого сердца.

Я останавливаюсь у магазина и покупаю бутылочку колы, сажусь в машину, откручиваю крышку и фонтан сладкой жидкости льется мне на блузку. Вот черт! Открываю бардачок, ищу влажные салфетки, но вместо них нащупываю какую-то тряпку. Ладно, сойдет и она, беру ее в руку, промакиваю блузку. Стоп! Что это? Разглядываю повнимательнее клочок белой шелковой ткани. Боже, да это же женские трусики. Чувствую, как на глаза наворачиваются слезы. Саша! Ну как же так?
***
Шеф закрывает дверь на ключ и снимает галстук. Боже, что он еще собирается с себя снять?
— Максим, что ты делаешь? — шепчу я.
В его синих глазах такой огонь, что мне реально становится жарко.
— Ты сказала, что фригидна, — черт, он все-таки слышал мой разговор с Викой, — я должен это проверить.
Что? Как? Неужели он...
— Должен? — мне становится страшно.
— Меня беспокоит здоровье моих сотрудников, — на его губах играет полуулыбка, но во взгляде власть и сила и это лишает меня воли, как кролика, который смотрит на удава.

Милые мои соседки, вы так старательно красите стены, стрижёте газоны и улыбаетесь друг другу. Думаете, высокие заборы защитят вас? От любопытных глаз — да. От прошлого — нет. Я знаю все ваши маленькие секреты. Знаю, что вы прячете по ночам. Вижу трещины в ваших идеальных мирах и таких сказочных браках. Приготовьтесь. Ваша прекрасная новая жизнь — всего лишь тонкий слой краски над нашей старой, грязной историей. А я буду смотреть, как вы пытаетесь это отрицать. Ведь я никуда не уходила. Я просто стала тише, но вижу — гораздо больше.

Евгений Егоров, бизнесмен, который привык все контролировать и тщательно скрывать тайны свой жизни. Даже жену он для себя выбрал сам, не интересуясь ее мнением. Но неприступная красавица не влюбилась и не потеряла голову от счастья, а над его домом, словно проклятие, нависло предательство. Он решает действовать по принципу «око за око», даже не догадываясь, что происходит на самом деле…Несчастья сыплются градом: в окно загородного дома влетает граната, жену чуть не убивают. Ясно, что он перешел кому-то дорогу. А что если не он и есть кто-то третий? Тайн слишком много и не только Егоров не может понять, что происходит на самом деле...

Договор заключен. Мы пересекли черту, обратного пути нет.
— Теперь мы знаем друг о друге столько, — на моем лице появляется улыбка, я крепче сдавливаю его ладонь. — что наши жизни стали взаимными заложниками. Зачем тебе это?
— Тебе надо было бежать, Дженнифер, — он опускает руки на мою талию, сжимает. Его взгляд, охваченный мрачным огнем, блуждает по мне. — Олдберг обязательно покажет тебе цену твоего выбора.

Долг сестёр-близнецов — быть единым целым. Когда свет гаснет в одной, другая неминуемо вспыхнет.

Её пытают за молчание, которого она не выбирала. За прошлое, к которому не имеет никакого отношения. За лицо, которое ей не принадлежит. Похититель думает, что знает её. Думает, что она — именно та, кто его предала. Он желает услышать правду. Но как выбить признание у девушки, которая физически не может говорить? И какую страшную тайну хранит её право на молчание?

Мария, владелица элитного брачного агентства, с безупречной репутацией, бизнес процветает, её жизнь размерена и спокойна.
Пока в ней не появляются двое: холодный стратег Демьян, выбравший Марию своим самым ценным активом, и Алексей, огненный прожигатель жизни, вознамерившийся растопить ледяное сердце девушки.
Оба претендуют на её руку и сердце.
Марии предстоит не простой выбор, но стоит ли вообще выбирать?

Я вернулась домой после смерти отца и узнала, что ничем не владею.
Рауль и Франко Витторио ждали меня пять лет.
По завещанию я должна жить с ними два года и выполнять их «разумные требования».
Один брат соблазняет нежно, целует так, будто я его единственное сокровище.
Другой брат берет жестко, властно, и тело предает меня каждый раз.
Я ненавижу их. Я боюсь их.
Но все чаще думаю: а что, если я всегда была их?
Что, если я уже хочу принадлежать им обоим?
Теперь я в их руках.
И выхода нет.

- Кто ты такая?— цежу сквозь зубы, прижав девчонку к обшарпанной стене. - Это он тебя подослал?
- Я Ева, — отвечает, смотря мне в глаза, хватая ртом мизерные дозы кислорода, которые я ей позволяю. - Я же сказала, что хочу помочь.
- Зачем?!- вглядываюсь в её лицо и когда она делает попытку оттолкнуться от стены, с силой возвращаю её обратно, приложив затылком о бетон. - Зачем?!
- Мама попросила, — морщась от боли, отвечает девчонка, с застывшими слезами в карих глазах.
Слово «мама», действует на меня, как ушат ледяной воды, и я в ужасе отшатываюсь от неё.
- Но... — не веря своим ушам, мотаю головой. - Она же умерла? — шепчу одними губами и, наткнувшись спиной на стену, сползаю по ней вниз. - Умерла...— вспышка света и вот опять, я вижу то утро. Мама, кричи на меня, я огрызаюсь, толчок и...
- Адриан! Адриан, слышишь?!- Ева сидит передо мной на коленях на грязном полу.- Очнись. Не тони в этом, не нужно,—моё лицо зажато в её ладошках. - Смотри на меня и дыши. Дыши. Дыши, мой хороший

— Помнишь меня, сучка?

— Отвали от меня, козел!

— О! Значит, помнишь!

Его пальцы неумолимо поползли от бедра к коленям, поднимая подол атласной юбки. Горло и грудную клетку сдавило спазмом от отвращения чужого прикосновения.

— Кто ты такой? Что тебе от меня нужно?

— Напряги слух, милая Анечка. Вспомни мой голос, если сможешь. Ты всё поймешь, когда лучше услышишь меня.

Я не знаю, какие цели преследует этот ненормальный, и почему каждую ночь неустанно подглядывает в окна моего дома…