Читать и слушать книги
Мы почти добираемся до выхода, когда я случайно задеваю локтем статую у стены.
Резкий звон разрезает тишину. Сигнализация.
Кас реагирует мгновенно. Прижимает меня к себе, накрывая заглушающим заклятием, и гасит светильники. Мы застываем в полной темноте. Моя спина прижата к его груди. Чувствую его дыхание на своей шее, его сердцебиение за спиной.
Хочу отстраниться, но он не дает. Разворачивает меня к себе и прижимает к стене. В темноте я не вижу его лица, только чувствую его дыхание на своих губах.
– Тебе обязательно было ее трогать? – В его голосе слышится хрипотца.
– Я случайно, – выдыхаю я и замираю, чувствуя, как его губы касаются моей шеи.
– Ты всегда была непослушной девочкой, Трикси. – Хриплый голос Каса отдается вибрацией на моей кожей. – А ты знаешь, что делают с непослушными девочками…
Резкий звон разрезает тишину. Сигнализация.
Кас реагирует мгновенно. Прижимает меня к себе, накрывая заглушающим заклятием, и гасит светильники. Мы застываем в полной темноте. Моя спина прижата к его груди. Чувствую его дыхание на своей шее, его сердцебиение за спиной.
Хочу отстраниться, но он не дает. Разворачивает меня к себе и прижимает к стене. В темноте я не вижу его лица, только чувствую его дыхание на своих губах.
– Тебе обязательно было ее трогать? – В его голосе слышится хрипотца.
– Я случайно, – выдыхаю я и замираю, чувствуя, как его губы касаются моей шеи.
– Ты всегда была непослушной девочкой, Трикси. – Хриплый голос Каса отдается вибрацией на моей кожей. – А ты знаешь, что делают с непослушными девочками…
У неё есть всё: блестящая карьера, роскошный дом и уверенность в завтрашнем дне. В 35 лет Лидия привыкла контролировать свою жизнь и свои эмоции. Но однажды вечером привычный мир рушится в одно мгновение. Подруга детства приходит в гости не одна, а с двадцативосьмилетним сыном — возмутительно красивым, дерзким и наглым молодым человеком, который смотрит на неё так, будто видит насквозь.
То, что начиналось как невинный ужин, оборачивается опасной игрой. Искры, проскочившие между ними, невозможно погасить. Повинуясь животному инстинкту, они забывают о приличиях прямо на кухне, пока ничего не подозревающая подруга за стеной наливает чай. Это безумие, это катастрофа, но от этого поцелуя у неё подкашиваются колени впервые за последние десять лет. Сможет ли зрелая женщина устоять перед молодым соблазнителем и чем обернется эта опасная связь для всех троих?
То, что начиналось как невинный ужин, оборачивается опасной игрой. Искры, проскочившие между ними, невозможно погасить. Повинуясь животному инстинкту, они забывают о приличиях прямо на кухне, пока ничего не подозревающая подруга за стеной наливает чай. Это безумие, это катастрофа, но от этого поцелуя у неё подкашиваются колени впервые за последние десять лет. Сможет ли зрелая женщина устоять перед молодым соблазнителем и чем обернется эта опасная связь для всех троих?
Практика в самой крутой больнице должна была стать стартом моей карьеры. Но стала началом игры, в которой я — приз.
С первого дня я чувствую на себе взгляд главного врача. Прожигающий, раздевающий, берущий без спроса. У него есть девушка, у меня — здравый смысл, который кричит: "Беги!". Но как убежать, если он мой начальник? Я делаю вид, что ничего не замечаю, прячу смущение под маской профессионализма.
Но однажды вечером, оставшись на дежурство, я слышу шаги в пустом коридоре. А потом — щелчок замка. И его голос:
— Я устал ждать, пока ты перестанешь притворяться.
В его глазах — голод и желание. В моих — паника и предательское томление. И я точно знаю: после этой ночи прежней меня больше не будет.
С первого дня я чувствую на себе взгляд главного врача. Прожигающий, раздевающий, берущий без спроса. У него есть девушка, у меня — здравый смысл, который кричит: "Беги!". Но как убежать, если он мой начальник? Я делаю вид, что ничего не замечаю, прячу смущение под маской профессионализма.
Но однажды вечером, оставшись на дежурство, я слышу шаги в пустом коридоре. А потом — щелчок замка. И его голос:
— Я устал ждать, пока ты перестанешь притворяться.
В его глазах — голод и желание. В моих — паника и предательское томление. И я точно знаю: после этой ночи прежней меня больше не будет.
– Вы пьяны.
– Формально да. Но я имею право.
– Это служебное купе.
– А я – пассажир в крайне тяжелом состоянии. Гуманизм, слышали о таком?
– Слышала. Но к вам это не относится.
– Жестоко. Красиво, но жестоко. Как вы.
Лада – проводница, три года в разводе, комплексы и лишний вес.
Марат – десантник на ее полке в служебном купе.
Он ее не узнает. А она помнит каждую секунду того лета в Анапе, когда пекла ему вафли и мечтала о невозможном.
Теперь он здесь. Протрезвел. Влюбился. И не отступает.
Семь дней. Один вагон.
Горячий маршрут, где каждая остановка – шаг к счастью.
– Формально да. Но я имею право.
– Это служебное купе.
– А я – пассажир в крайне тяжелом состоянии. Гуманизм, слышали о таком?
– Слышала. Но к вам это не относится.
– Жестоко. Красиво, но жестоко. Как вы.
Лада – проводница, три года в разводе, комплексы и лишний вес.
Марат – десантник на ее полке в служебном купе.
Он ее не узнает. А она помнит каждую секунду того лета в Анапе, когда пекла ему вафли и мечтала о невозможном.
Теперь он здесь. Протрезвел. Влюбился. И не отступает.
Семь дней. Один вагон.
Горячий маршрут, где каждая остановка – шаг к счастью.
— Ты не понимаешь, — выдохнул он. — Я не умею красиво. Я сломаю.
— Ломай.
Это было последнее слово, которое я успела сказать.
Он накрыл мой рот поцелуем. И это не было нежно. Это было голодно, жадно, отчаянно. Он целовал так, будто хотел выпить меня до дна, будто год не пил, а я — вода в пустыне.
В сенях холодно, хоть волком вой. Но мне было всё равно. Потому что его руки жгли сильнее любой печки.
***
Алиса приехала в горы за покоем. Матвей мечтал, чтобы все оставили его в покое. Но зимняя ночь не терпит одиночества, а одна искра может сжечь дотла.
Откровенно. Страстно. До мурашек.
— Ломай.
Это было последнее слово, которое я успела сказать.
Он накрыл мой рот поцелуем. И это не было нежно. Это было голодно, жадно, отчаянно. Он целовал так, будто хотел выпить меня до дна, будто год не пил, а я — вода в пустыне.
В сенях холодно, хоть волком вой. Но мне было всё равно. Потому что его руки жгли сильнее любой печки.
***
Алиса приехала в горы за покоем. Матвей мечтал, чтобы все оставили его в покое. Но зимняя ночь не терпит одиночества, а одна искра может сжечь дотла.
Откровенно. Страстно. До мурашек.
— Да провалиться мне на этом самом месте! — в сердцах выкрикнула я.
И… провалилась.
Прямиком в другой мир. В мир огня, магии и драконов.
В мир, где женщин не спрашивают.
Где правит огненный султан — властный, безжалостный, привыкший получать всё.
И теперь я — его очередная жена.
Не первая. Не любимая. Не желанная.
Просто попаданка-невольница в роскошном гареме, где каждая улыбка — маска, каждая подруга — соперница, а за место рядом с драконом готовы убивать.
Он смотрит на меня так, будто я уже принадлежу ему.
Говорит, что моя судьба — покориться.
Уверен, что я сломаюсь.
Вот только он не знает одного.
Я не собираюсь быть тихой тенью в его гареме.
Я не стану игрушкой в руках дракона-султана.
И если уж провалилась в этот мир — то либо стану его королевой… либо сожгу всё к драконьей матери.
🔥 Властный дракон
🔥 Гарем и борьба жён
🔥 Опасные интриги
🔥 Попаданка с характером
🔥 Страсть, огонь и противостояние
И… провалилась.
Прямиком в другой мир. В мир огня, магии и драконов.
В мир, где женщин не спрашивают.
Где правит огненный султан — властный, безжалостный, привыкший получать всё.
И теперь я — его очередная жена.
Не первая. Не любимая. Не желанная.
Просто попаданка-невольница в роскошном гареме, где каждая улыбка — маска, каждая подруга — соперница, а за место рядом с драконом готовы убивать.
Он смотрит на меня так, будто я уже принадлежу ему.
Говорит, что моя судьба — покориться.
Уверен, что я сломаюсь.
Вот только он не знает одного.
Я не собираюсь быть тихой тенью в его гареме.
Я не стану игрушкой в руках дракона-султана.
И если уж провалилась в этот мир — то либо стану его королевой… либо сожгу всё к драконьей матери.
🔥 Властный дракон
🔥 Гарем и борьба жён
🔥 Опасные интриги
🔥 Попаданка с характером
🔥 Страсть, огонь и противостояние
Сила Александра Сергеевича Воронова, «посеянная» в пустоту, стала катализатором не только возрождения антропоморфной флоры, но и буйного, неконтролируемого роста фауны по всем законам Эмбрионы. Теперь Пробудившийся Дикий Цветок — не просто садовник в своей долине, а живой ключ к эволюции, за которым охотятся могущественные силы, видящие в нем либо орудие, либо угрозу.
— Ты станешь моей женой, — его шепот обжигает губы, лишая возможности дышать.
— Пошел к черту, Макар! — рычу в ответ, пытаясь вырваться.
Но он лишь сильнее вдавливает меня в стену, блокируя любое движение.
— Осторожнее на поворотах, пташка, — Макар усмехается. — Ты еще не поняла? Здесь нет «черта». Здесь есть только я. И ты — моя.
Мой мир стоил одиннадцать цифр на банковском счете отца. Теперь он не стоит ничего.
Макар Воронов не берет пленных. Он забирает трофеи.
Он запер меня в своей крепости и лишил всего: имени, одежды, права голоса. Он хочет, чтобы я сломалась. Чтобы признала в нем хозяина.
Я поклялась ненавидеть его до последнего вздоха. Но как не сгореть в этом огне, если от его ледяного взгляда кровь превращается в пламя?
— Пошел к черту, Макар! — рычу в ответ, пытаясь вырваться.
Но он лишь сильнее вдавливает меня в стену, блокируя любое движение.
— Осторожнее на поворотах, пташка, — Макар усмехается. — Ты еще не поняла? Здесь нет «черта». Здесь есть только я. И ты — моя.
Мой мир стоил одиннадцать цифр на банковском счете отца. Теперь он не стоит ничего.
Макар Воронов не берет пленных. Он забирает трофеи.
Он запер меня в своей крепости и лишил всего: имени, одежды, права голоса. Он хочет, чтобы я сломалась. Чтобы признала в нем хозяина.
Я поклялась ненавидеть его до последнего вздоха. Но как не сгореть в этом огне, если от его ледяного взгляда кровь превращается в пламя?
После трагической смерти мужа Екатерина с больным сыном переезжает в дом его брата Виталия, с собой она привозит свою племянницу – Дарью. Мужчина заботится о двух попавших в беду и оставшихся без средств женщинах и больном подростке, пока Екатерина пытается восстановить любовную связь с ним, прерванную много лет назад. Но она не знает, что главной одержимой целью Виталия является молодая талантливая Дарья. У девушки же в это время начинаются странные отношения с молодым мужчиной, который оказывается очень заинтересован в Виталии, Екатерине, смерти ее мужа и других тайнах этой семьи. Поддастся ли Дарья силе и власти Виталия или попытается бороться против него.
🔥Попав в другой мир, где царит матриархат, я пытаюсь по мере своих сил помогать рабам-мужчинам. Моя очередная цель – покупка лудуса с рабами-гладиаторами, которых заставляют биться насмерть на потеху толпе. Но дамочки из местного Совета поставили условие: лудус будет моим, если мне удастся перевоспитать пленного эльфийского принца из соседнего мира. Вот только этот невероятно красивый, но крайне суровый воин категорически не согласен становиться моим рабом. Только мужем. И что мне теперь с ним делать?
ღ ღ ღ
В книге есть:
#неунывающая попаданка
#мжм и многомужество
#мужское рабство, но без жести
Трилогия.
ღ ღ ღ
В книге есть:
#неунывающая попаданка
#мжм и многомужество
#мужское рабство, но без жести
Трилогия.
Выберите полку для книги