Читать и слушать книги
— Теперь вези. Но помни: я иду, потому что мне интересно, насколько ты глуп. И я не твоя вещь.
В машине я молчал, сжимая руль. Она сидела рядом, от неё пахло ванилью и сухими страницами — я вдруг понял, что этот запах въедается в память. Я пытался найти слова, чтобы уколоть её, но вместо этого буркнул:
— Только не ешь много на фуршете, а то платье лопнет.
Она засмеялась — звонко, искренне — и ответила:
— Не волнуйся, мажор. Я умею удивлять. И, если честно, я хочу увидеть твоё лицо, когда ты поймёшь, что проиграл.
Мажор проиграл спор и привёл меня, скромную библиотекаршу, на светский раут — чтобы посмеяться. Он даже не подозревает, что я вижу его насквозь и умею играть по своим правилам. Я согласилась на эту авантюру не для того, чтобы стать жертвой. Посмотрим, кто над кем посмеётся, когда игра перевернётся. И кто на самом деле кого выбрал.
В машине я молчал, сжимая руль. Она сидела рядом, от неё пахло ванилью и сухими страницами — я вдруг понял, что этот запах въедается в память. Я пытался найти слова, чтобы уколоть её, но вместо этого буркнул:
— Только не ешь много на фуршете, а то платье лопнет.
Она засмеялась — звонко, искренне — и ответила:
— Не волнуйся, мажор. Я умею удивлять. И, если честно, я хочу увидеть твоё лицо, когда ты поймёшь, что проиграл.
Мажор проиграл спор и привёл меня, скромную библиотекаршу, на светский раут — чтобы посмеяться. Он даже не подозревает, что я вижу его насквозь и умею играть по своим правилам. Я согласилась на эту авантюру не для того, чтобы стать жертвой. Посмотрим, кто над кем посмеётся, когда игра перевернётся. И кто на самом деле кого выбрал.
Я огляделся. Слева — поле, справа — лес. А сзади...
— Это что за хибара? Там кто-то живет?
Геннадий поморщился.
— Да, это жилой дом. В нем живет женщина, она вдова. Ее Лукерьей, кажется зовут. Но она тихая и скромная, вам не помешает.
Я посмотрел на покосившийся забор, огород с грядками, старый дом с облупившейся краской. И понял: я не хочу каждое утро видеть эту убогость. Такие соседи мне тут не нужны.
— Хочу купить и её участок тоже. Не хочу, чтобы из окна моего дома было видно эту халупу…
— Это что за хибара? Там кто-то живет?
Геннадий поморщился.
— Да, это жилой дом. В нем живет женщина, она вдова. Ее Лукерьей, кажется зовут. Но она тихая и скромная, вам не помешает.
Я посмотрел на покосившийся забор, огород с грядками, старый дом с облупившейся краской. И понял: я не хочу каждое утро видеть эту убогость. Такие соседи мне тут не нужны.
— Хочу купить и её участок тоже. Не хочу, чтобы из окна моего дома было видно эту халупу…
Он — генерал, убийца её отца, холодный монстр с серыми глазами.
Она — его пленница, дочь врага, единственная, кого он не может убить.
Между ними ненависть, острая как клинок.
Но в темноте подземелья ненависть становится телом, становится прикосновением, становится тем, что нельзя назвать ничем, кроме как: одержимость.
Пять лет он смотрел издалека. Теперь он обладает ею.
Она — его пленница, дочь врага, единственная, кого он не может убить.
Между ними ненависть, острая как клинок.
Но в темноте подземелья ненависть становится телом, становится прикосновением, становится тем, что нельзя назвать ничем, кроме как: одержимость.
Пять лет он смотрел издалека. Теперь он обладает ею.
Я еду через всю страну к жениху, на которого после несчастного случая надели жесткий корсет из гипса. Мне нужно всего лишь пережить двое суток в поезде и доказать, что я не брошу его.
Но дверь купе захлопывается, и я остаюсь с двумя бывшими студентами. Здесь, вдали от университета, рушатся все запреты.
Смогу ли я устоять, когда искушение окажется сильнее долга?
Но дверь купе захлопывается, и я остаюсь с двумя бывшими студентами. Здесь, вдали от университета, рушатся все запреты.
Смогу ли я устоять, когда искушение окажется сильнее долга?
— Хорошо, — сказал он спокойно, почти буднично. — Ты хочешь правду? Ты ее получишь. У меня давно есть другая семья.
Мир перед моими глазами покачнулся. Я схватилась за косяк двери, чтобы не упасть.
— Что?.. — прошептала я. Это было единственное, что я смогла выдавить.
— Я давно живу на два дома, Виола. Все эти годы. Все мои командировки... ну, ты понимаешь. — Он говорил спокойно, глядя мне прямо в глаза, и каждое его слово забивалось в меня, как гвоздь в крышку гроба. — У меня есть сын. Ему два года.
Мир перед моими глазами покачнулся. Я схватилась за косяк двери, чтобы не упасть.
— Что?.. — прошептала я. Это было единственное, что я смогла выдавить.
— Я давно живу на два дома, Виола. Все эти годы. Все мои командировки... ну, ты понимаешь. — Он говорил спокойно, глядя мне прямо в глаза, и каждое его слово забивалось в меня, как гвоздь в крышку гроба. — У меня есть сын. Ему два года.
Марьяна от отчаяния решает попросить помощи у Хозяйки Медной Горы, чтобы та исцелила ее больную бабушку. Но перепутала гору и попала в плен к таинственному незнакомцу, который за свою помощь потребует определенную цену. Она должна провести двадцать одну ночь в его владениях в качестве пленницы. Мужчина хочет абсолютной власти над ее душой и телом. Сможет ли Марьяна устоять и не отдать еще в довесок ему свое сердце?
Эта история о двух коварных женщинах, заколдованном Хозяине Змеиной Горы и той, кому суждено его полюбить.
Эта история о двух коварных женщинах, заколдованном Хозяине Змеиной Горы и той, кому суждено его полюбить.
— Тебе нужна моя помощь, Нина, — самодовольно усмехается бывший.
Он сидит, развалившись в своём кожаном кресле, а я стою перед ним, сцепив дрожащие руки за спиной, чтобы не показать ему своего волнения.
— Нужна, — продолжает он, скользя колючим цепким взглядом по мне. — Только я смогу помочь тебе. И ты это прекрасно понимаешь. Ты же не дура.
— Что ты хочешь взамен? — цежу я, впиваясь в его наглые глаза взглядом, полным ненависти. Не собираюсь скрывать этого, хотя ему и всё равно.
— Неделя, Нина, — усмешка сходит с его лица и взгляд становится тяжёлым и давящим. — Ты едешь со мной на неделю, а я решаю проблему с твоим бывшим и твоей дочерью.
«Нашей», — поправляю я его мысленно, но вслух ничего не произношу. Только отворачиваюсь, чтобы не видеть его довольную ухмылку, и киваю.
Он сидит, развалившись в своём кожаном кресле, а я стою перед ним, сцепив дрожащие руки за спиной, чтобы не показать ему своего волнения.
— Нужна, — продолжает он, скользя колючим цепким взглядом по мне. — Только я смогу помочь тебе. И ты это прекрасно понимаешь. Ты же не дура.
— Что ты хочешь взамен? — цежу я, впиваясь в его наглые глаза взглядом, полным ненависти. Не собираюсь скрывать этого, хотя ему и всё равно.
— Неделя, Нина, — усмешка сходит с его лица и взгляд становится тяжёлым и давящим. — Ты едешь со мной на неделю, а я решаю проблему с твоим бывшим и твоей дочерью.
«Нашей», — поправляю я его мысленно, но вслух ничего не произношу. Только отворачиваюсь, чтобы не видеть его довольную ухмылку, и киваю.
Успех в этой нише приходит не к тем, кто пишет откровеннее всех, а к тем, кто умеет создавать атмосферу, выстраивать психологию персонажей и управлять вниманием читателя.
Эта аудиокнига поможет вам понять, как превратить талант к написанию чувственных историй в стабильный источник дохода.
Мы разберем юридические аспекты, особенности построения сюжета, работу с платформами для публикации и стратегии монетизации, избегая при этом запрещенных тем и соблюдая этические нормы.
Эта аудиокнига поможет вам понять, как превратить талант к написанию чувственных историй в стабильный источник дохода.
Мы разберем юридические аспекты, особенности построения сюжета, работу с платформами для публикации и стратегии монетизации, избегая при этом запрещенных тем и соблюдая этические нормы.
В ту же секунду Роман схватил её за локоть. Его пальцы сжались с такой силой, что Диана поморщилась от боли. Он наклонился к ней так близко, что его губы почти касались её уха, и произнёс — медленно, по слогам, каждое слово как удар хлыста:
— Поехали. Домой.
В баре на секунду повисла тишина. Марина замерла, не донеся бокал до губ. Пара за соседним столиком обернулась на шум.
Но Диана больше не была той девочкой, которая готова подчиняться каждому его слову. Что-то внутри неё сломалось вчера. Или, наоборот, встало на место. Она резко, одним движением, выдернула свой локоть из его хватки. Её глаза метали молнии.
— Ты мне не муж, чтобы мной командовать! — произнесла она громко, чётко, так, что слышали все вокруг. — Я останусь здесь. И точка.
❤️Любимая читательница❤️
📚 От моей книги (18+): Страстно (уже со 2 главы😉). Интересно. Жизненно.
Прошу вашей поддержки 💕
❤️ Добавляйте в библиотеку 📖, ставьте звёздочку ⭐, пишите комментарии ✍️👩💻 Это очень вдохновляет
— Поехали. Домой.
В баре на секунду повисла тишина. Марина замерла, не донеся бокал до губ. Пара за соседним столиком обернулась на шум.
Но Диана больше не была той девочкой, которая готова подчиняться каждому его слову. Что-то внутри неё сломалось вчера. Или, наоборот, встало на место. Она резко, одним движением, выдернула свой локоть из его хватки. Её глаза метали молнии.
— Ты мне не муж, чтобы мной командовать! — произнесла она громко, чётко, так, что слышали все вокруг. — Я останусь здесь. И точка.
❤️Любимая читательница❤️
📚 От моей книги (18+): Страстно (уже со 2 главы😉). Интересно. Жизненно.
Прошу вашей поддержки 💕
❤️ Добавляйте в библиотеку 📖, ставьте звёздочку ⭐, пишите комментарии ✍️👩💻 Это очень вдохновляет
Правило номер один: никогда не спи с боссом.
Я его нарушила. С особым цинизмом. Корпоративная этика до сих пор в коме.
Тимур Ковалев — мужчина, который меня уволил, потому что не мог совладать с собой в моём присутствии. Теперь он вернул меня обратно. На моих условиях. Он бесит меня до скрежета зубов. Я бешу его до дыма из ушей. А когда мы остаёмся вдвоём, воздух плавится.
Но у медали есть обратная сторона. Его прошлое. Тайны. И женщина, которая готова на всё, чтобы меня уничтожить.
Я не собираюсь уходить. Но готова ли я играть грязнее, чем мои враги? И что я буду делать, когда ставкой станет не только карьера, но и сердце?
Я его нарушила. С особым цинизмом. Корпоративная этика до сих пор в коме.
Тимур Ковалев — мужчина, который меня уволил, потому что не мог совладать с собой в моём присутствии. Теперь он вернул меня обратно. На моих условиях. Он бесит меня до скрежета зубов. Я бешу его до дыма из ушей. А когда мы остаёмся вдвоём, воздух плавится.
Но у медали есть обратная сторона. Его прошлое. Тайны. И женщина, которая готова на всё, чтобы меня уничтожить.
Я не собираюсь уходить. Но готова ли я играть грязнее, чем мои враги? И что я буду делать, когда ставкой станет не только карьера, но и сердце?
Выберите полку для книги