Книги в жанре «Любовные романы»
- Так ты спал с учительницей нашего сына?
- Спал. Спим. Какая разница? - лениво бормочет муж. - Тебя это разве волнует?
- Прости?
- Заметь, Павел теперь получает «отлично» по многим предметам, и это без репетиторов. Вика – лучшая ученица в классе. Я не изменяю, а инвестирую в будущее детей. Ты ведь не против, когда отваливаю горы бабла за их курсы и теннис. Здесь то же самое. Просто способ оплаты другой.
Не могу поверить, что Егор говорит об этом так буднично, спокойно. Ощущение, рассуждает о чём-то совершенно обыденном.
- То есть ты готов разрушить семью ради пятёрок? - понимаю, как жалко звучу.
- Агния вдруг вспомнила о муже? Забавно. Оказывается, нужно было пойти налево, чтобы заинтересовать собственную супругу.
- Прекрати паясничать!
- Семья уже разрушена, дорогая. Кроме совещаний и отчётов в этой головушке — ноль мыслей, - щёлкает двумя пальцами по моему лбу. - Ты не мать, не жена, а просто пустое место. Смирись с новыми правилами игры, или проваливай.
- Спал. Спим. Какая разница? - лениво бормочет муж. - Тебя это разве волнует?
- Прости?
- Заметь, Павел теперь получает «отлично» по многим предметам, и это без репетиторов. Вика – лучшая ученица в классе. Я не изменяю, а инвестирую в будущее детей. Ты ведь не против, когда отваливаю горы бабла за их курсы и теннис. Здесь то же самое. Просто способ оплаты другой.
Не могу поверить, что Егор говорит об этом так буднично, спокойно. Ощущение, рассуждает о чём-то совершенно обыденном.
- То есть ты готов разрушить семью ради пятёрок? - понимаю, как жалко звучу.
- Агния вдруг вспомнила о муже? Забавно. Оказывается, нужно было пойти налево, чтобы заинтересовать собственную супругу.
- Прекрати паясничать!
- Семья уже разрушена, дорогая. Кроме совещаний и отчётов в этой головушке — ноль мыслей, - щёлкает двумя пальцами по моему лбу. - Ты не мать, не жена, а просто пустое место. Смирись с новыми правилами игры, или проваливай.
Четыре года назад я потеряла сразу две вещи: мужа и право распоряжаться собственной работой. Причем муж и человек, который подписал спорный договор за моей спиной, были одним и тем же мужчиной — Леонидом Вельским.
Теперь он купил компанию, где я руковожу главным запуском года, и стал моим боссом.
Я могу уйти. Вот только тогда расформируют мою команду, а отель, которому я отдала полтора года, передадут другим.
Поэтому у нас двадцать один день и простые правила: только работа, никакого прошлого и никаких попыток вернуть то, что мы уже однажды разрушили.
Но в документах инвестора появляется та самая концепция, из-за которой закончился наш брак.
Четыре года назад Леонид решил за меня.
Теперь я хочу узнать, способен ли он поступить иначе.
И страшнее всего не то, что мой бывший муж снова стал моим боссом.
Страшнее то, что рядом с ним я снова начинаю вспоминать, почему когда-то согласилась стать его женой.
Теперь он купил компанию, где я руковожу главным запуском года, и стал моим боссом.
Я могу уйти. Вот только тогда расформируют мою команду, а отель, которому я отдала полтора года, передадут другим.
Поэтому у нас двадцать один день и простые правила: только работа, никакого прошлого и никаких попыток вернуть то, что мы уже однажды разрушили.
Но в документах инвестора появляется та самая концепция, из-за которой закончился наш брак.
Четыре года назад Леонид решил за меня.
Теперь я хочу узнать, способен ли он поступить иначе.
И страшнее всего не то, что мой бывший муж снова стал моим боссом.
Страшнее то, что рядом с ним я снова начинаю вспоминать, почему когда-то согласилась стать его женой.
— Наша дочь попала в аварию по вине твоей любовницы, Джихан! — срываю голос.
— Сейчас не время обсуждать мою вторую женщину, — хлесткий холод его слов рвет мне сердце.
Замираю на месте. Не верю своим ушам. Мир сужается до черной бездны его зрачков.
— Я хочу развода, — выдыхаю ему в лицо.
Муж морщится. Кривит губы в раздражении, словно я говорю чистую глупость.
— Не будь эгоисткой и не разрушай нашу семью, когда мы так нужны нашей малышке! — Джихан нависает всей своей гранитной массой надо мной и с нажимом говорит, ставя меня на место. — Ты обязана принять тот факт, что я ненасытный. Мне мало тебя. Смирись.
Двадцать три года брака. Двое детей. И любовница мужа появляется передо мной, умоляя меня отпустить его.
— Сейчас не время обсуждать мою вторую женщину, — хлесткий холод его слов рвет мне сердце.
Замираю на месте. Не верю своим ушам. Мир сужается до черной бездны его зрачков.
— Я хочу развода, — выдыхаю ему в лицо.
Муж морщится. Кривит губы в раздражении, словно я говорю чистую глупость.
— Не будь эгоисткой и не разрушай нашу семью, когда мы так нужны нашей малышке! — Джихан нависает всей своей гранитной массой надо мной и с нажимом говорит, ставя меня на место. — Ты обязана принять тот факт, что я ненасытный. Мне мало тебя. Смирись.
Двадцать три года брака. Двое детей. И любовница мужа появляется передо мной, умоляя меня отпустить его.
Данилов потянулся к моим губам, я упёрлась ему в грудь, зашипела:
– Только попробуйте!
– Ты же за этим сюда приехала?
– Идите к чёрту, – вывернулась плечом, хотела выскочить.
– Только мне решать, зачем ты сюда приехала, – он крепко схватил меня за локоть, потащил за собой: – Идём!
Я не за этим приехала!
Вот только Данилов думает, что всё в этом мире покупается и продаётся, а честное слово ничего не стоит. Вот только я вас разочарую, господин Данилов!
– Только попробуйте!
– Ты же за этим сюда приехала?
– Идите к чёрту, – вывернулась плечом, хотела выскочить.
– Только мне решать, зачем ты сюда приехала, – он крепко схватил меня за локоть, потащил за собой: – Идём!
Я не за этим приехала!
Вот только Данилов думает, что всё в этом мире покупается и продаётся, а честное слово ничего не стоит. Вот только я вас разочарую, господин Данилов!
Достаю телефон, открываю заметки — те же, где вчера ночью написала список целей. Добавляю строки одну за другой:
Новый имидж — начато.
Бизнес — придумать направление.
Публичное появление — выбрать момент.
Мужчина рядом — не срочно, но держать в уме.
Убираю телефон, поднимаю взгляд на отражение в стекле витрины. Женщина смотрит на меня с прямой спиной, ничего не прячет за чёлкой и ни за что не извиняется — даже за собственное лицо.
— Ольга, — говорю почти беззвучно, одними губами, — ты меня не узнаешь. И это только начало.
Отражение улыбается первым.
Новый имидж — начато.
Бизнес — придумать направление.
Публичное появление — выбрать момент.
Мужчина рядом — не срочно, но держать в уме.
Убираю телефон, поднимаю взгляд на отражение в стекле витрины. Женщина смотрит на меня с прямой спиной, ничего не прячет за чёлкой и ни за что не извиняется — даже за собственное лицо.
— Ольга, — говорю почти беззвучно, одними губами, — ты меня не узнаешь. И это только начало.
Отражение улыбается первым.
— Уборку заказывали? — выпаливаю я, влетая в номер в крошечном костюме горничной.
— Обслуживание номера? — одновременно со мной интересуется незнакомый богатырь и медленно оглядывает меня с головы до ног.
Упс. Номер не тот.
Я вообще-то собиралась сделать сюрприз своему парню. Вот только настоящий сюрприз ждал меня в нашем номере, где Антон развлекался с настоящей горничной.
Жених послан к морскому чёрту. Отпуск безнадёжно испорчен. А тот огромный наглец из чужого номера, оказывается, вовсе не случайным постояльцем...
— Обслуживание номера? — одновременно со мной интересуется незнакомый богатырь и медленно оглядывает меня с головы до ног.
Упс. Номер не тот.
Я вообще-то собиралась сделать сюрприз своему парню. Вот только настоящий сюрприз ждал меня в нашем номере, где Антон развлекался с настоящей горничной.
Жених послан к морскому чёрту. Отпуск безнадёжно испорчен. А тот огромный наглец из чужого номера, оказывается, вовсе не случайным постояльцем...
- Ну, здравствуй, Пингвинчик! – Говорит босс, и медленно заходит в кабину лифта, заполняя собой практически все оставшееся пространство.
— О-Олег Сергеевич, простите! Я…
— Очень яркий наряд, Саманта. Скажите, вы собираетесь на костюмированную вечеринку? Или у вас какие-то ролевые игры?
— Что?! Нет! Я просто… платье порвалось, и пришлось переодеться.
В этот момент он делает шаг ближе, сокращая и без того маленькое расстояние между нами. Протягивает руку, надевает на мою голову капюшон, смеясь, трогает желтый клюв пингвина и говорит:
— Жаль. Я бы с тобой поиграл.
Моё платье действительно порвалось, и, чтобы добраться домой, я оказался в кигуруми в виде пингвина. Это было спонтанное решение, но судьба решила подшутить надо мной. Теперь я застряла в лифте с боссом, у которого при виде моего костюма сорвало все предохранители…
— О-Олег Сергеевич, простите! Я…
— Очень яркий наряд, Саманта. Скажите, вы собираетесь на костюмированную вечеринку? Или у вас какие-то ролевые игры?
— Что?! Нет! Я просто… платье порвалось, и пришлось переодеться.
В этот момент он делает шаг ближе, сокращая и без того маленькое расстояние между нами. Протягивает руку, надевает на мою голову капюшон, смеясь, трогает желтый клюв пингвина и говорит:
— Жаль. Я бы с тобой поиграл.
Моё платье действительно порвалось, и, чтобы добраться домой, я оказался в кигуруми в виде пингвина. Это было спонтанное решение, но судьба решила подшутить надо мной. Теперь я застряла в лифте с боссом, у которого при виде моего костюма сорвало все предохранители…
Она хотела мужа, семью и троих карапузов. А получила измену, потоп и… сразу двух горячих сантехников
Теперь у Глафиры две новые проблемы.
И обе – высокие, наглые и чертовски привлекательные.
УПОМИНАНИЯ НАРКОТИКОВ И ЗАПРЕЩЕННЫХ ВЕЩЕСТВ В КНИГЕ НЕТ!
ДОБАВЛЯЙТЕ КНИГУ В БИБЛИОТЕКУ И НЕ ЗАБЫВАЙТЕ НАГРАЖДАТЬ ЗВЕЗДОЧКАМИ!
Теперь у Глафиры две новые проблемы.
И обе – высокие, наглые и чертовски привлекательные.
УПОМИНАНИЯ НАРКОТИКОВ И ЗАПРЕЩЕННЫХ ВЕЩЕСТВ В КНИГЕ НЕТ!
ДОБАВЛЯЙТЕ КНИГУ В БИБЛИОТЕКУ И НЕ ЗАБЫВАЙТЕ НАГРАЖДАТЬ ЗВЕЗДОЧКАМИ!
Он замечает меня, только когда я оказываюсь прямо перед ним. Такой высокий, красивый… и надменный. Не давая ему опомниться, я хватаю его под руку и, приподнявшись на цыпочки, шепчу прямо в ухо:
– Подыграй, или я разолью на тебя сок. Притворись моим женихом.
Мужчина смотрит на меня сверху вниз, и я вижу, как в его взгляде удивление сменяется хищным азартом. Будто ему только что подарили новую игрушку.
– Смелая, – тянет он вместо ответа и ухмыляется.
– Некогда мне быть смелой, у меня десять секунд, – рычу я сквозь улыбку, которую натягиваю на лицо для зрителей. – Да или нет?
________________________________
Он красавец-мажор, а я толстая официантка из забегаловки. Мне срочно нужен был фиктивный жених, а ему фальшивая невеста. Для него все это лишь игра, а я… кажется, влюбилась по-настоящему. Вот только мы из разных миров.
– Подыграй, или я разолью на тебя сок. Притворись моим женихом.
Мужчина смотрит на меня сверху вниз, и я вижу, как в его взгляде удивление сменяется хищным азартом. Будто ему только что подарили новую игрушку.
– Смелая, – тянет он вместо ответа и ухмыляется.
– Некогда мне быть смелой, у меня десять секунд, – рычу я сквозь улыбку, которую натягиваю на лицо для зрителей. – Да или нет?
________________________________
Он красавец-мажор, а я толстая официантка из забегаловки. Мне срочно нужен был фиктивный жених, а ему фальшивая невеста. Для него все это лишь игра, а я… кажется, влюбилась по-настоящему. Вот только мы из разных миров.
– Вера, давай спокойно.
– Я спокойно спрашиваю. У тебя с ней роман?
Олег смотрит на планшет, словно ответ может быть записан в таблице.
– Да.
– Давно?
– Месяца три. Может, четыре. Какая теперь разница?
Где-то между этими месяцами осталась наша двадцатая годовщина свадьбы.
– Ты собирался мне сказать?
– Да. После свадьбы Ани и Ильи.
– То есть еще три месяца ты хотел приходить домой, ужинать со мной и обсуждать свадьбу нашей дочери?
– Я хотел сначала провести ее нормально.
– О чем же нам говорить после свадьбы?
– Отношения с ней я заканчивать не собираюсь. Но это не значит, что нужно разрушить все остальное.
– Чего ты хочешь от меня?
– До свадьбы живем как жили. Ты заканчиваешь подготовку, я занимаюсь оплатой.
– То есть я остаюсь твоей женой, а ты продолжаешь встречаться с любовницей?
– Я спокойно спрашиваю. У тебя с ней роман?
Олег смотрит на планшет, словно ответ может быть записан в таблице.
– Да.
– Давно?
– Месяца три. Может, четыре. Какая теперь разница?
Где-то между этими месяцами осталась наша двадцатая годовщина свадьбы.
– Ты собирался мне сказать?
– Да. После свадьбы Ани и Ильи.
– То есть еще три месяца ты хотел приходить домой, ужинать со мной и обсуждать свадьбу нашей дочери?
– Я хотел сначала провести ее нормально.
– О чем же нам говорить после свадьбы?
– Отношения с ней я заканчивать не собираюсь. Но это не значит, что нужно разрушить все остальное.
– Чего ты хочешь от меня?
– До свадьбы живем как жили. Ты заканчиваешь подготовку, я занимаюсь оплатой.
– То есть я остаюсь твоей женой, а ты продолжаешь встречаться с любовницей?
Выберите полку для книги