Читать и слушать книги
– Ну, здравствуй, Алёна.
– И тебе привет, – отзываюсь холодно. – До свидания, Егор Александрович.
Он преграждает мне путь.
– Куда собралась? – усмехается. – К своему зэку?
– Не понимаю, о чём ты, – цежу.
Егор смотрит сверху вниз и упирается рукой в стену рядом с моей головой.
– О чём я? – рычит. – О том, что ты врала с самого начала. Любовь у тебя была. Друг сердечный на «зоне». Ну как, хорошо с ним живёшь? – кивает на мой потрёпанный пуховик.
– Отлично.
Что он несёт?
Но я не собираюсь оправдываться.
Мне нужно домой.
К моей Мышке.
– Ты пахнешь курами и навозом. – Егор принюхивается. – Как низко ты пала. Или вернулась на своё место?
Задыхаюсь от гнева.
Дверь снова распахивается.
Топот маленьких ног.
А затем на Егора налетает раскрасневшаяся от холода Мышка и своим детским голоском кричит:
– Отойди, противный дядька! Это – моя мама!..
– И тебе привет, – отзываюсь холодно. – До свидания, Егор Александрович.
Он преграждает мне путь.
– Куда собралась? – усмехается. – К своему зэку?
– Не понимаю, о чём ты, – цежу.
Егор смотрит сверху вниз и упирается рукой в стену рядом с моей головой.
– О чём я? – рычит. – О том, что ты врала с самого начала. Любовь у тебя была. Друг сердечный на «зоне». Ну как, хорошо с ним живёшь? – кивает на мой потрёпанный пуховик.
– Отлично.
Что он несёт?
Но я не собираюсь оправдываться.
Мне нужно домой.
К моей Мышке.
– Ты пахнешь курами и навозом. – Егор принюхивается. – Как низко ты пала. Или вернулась на своё место?
Задыхаюсь от гнева.
Дверь снова распахивается.
Топот маленьких ног.
А затем на Егора налетает раскрасневшаяся от холода Мышка и своим детским голоском кричит:
– Отойди, противный дядька! Это – моя мама!..
— Как тебя зовут? Короче, подыграй мне. Ты – моя невеста. Иначе опека заберёт Васю, — киваю на дочь.
— Ты еще и ребенка бьешь, — пренебрежительно говорит девушка.
— Папа меня не бьет! — сразу защищает меня малая. — Это все школа дурацкая.
— Дам должность. Хорошую зарплату. Что хочешь. Подыграй, — говорю уверенно.
— Я не… — она колеблется. Я сканирую ее одежду и обувь. У девушки не так много денег, как она бы хотела показать. Но все равно ломается. Почему? Лицо с тонкими чертами кажется чем-то знакомым. Но не представляю, где я раньше мог ее видеть. — Мне не интересны твои предложения, — наконец выдает уверенно. — Я не буду работать на тебя ни за какие деньги.
— Пожалуйста, они заберут меня в приют! — у Васи на глаза наворачиваются слезы.
— Хорошо, я схожу с вами, — наконец соглашается девушка. Меня игнорирует, больше смотрит на Васю. — Но только один раз.
— Ты еще и ребенка бьешь, — пренебрежительно говорит девушка.
— Папа меня не бьет! — сразу защищает меня малая. — Это все школа дурацкая.
— Дам должность. Хорошую зарплату. Что хочешь. Подыграй, — говорю уверенно.
— Я не… — она колеблется. Я сканирую ее одежду и обувь. У девушки не так много денег, как она бы хотела показать. Но все равно ломается. Почему? Лицо с тонкими чертами кажется чем-то знакомым. Но не представляю, где я раньше мог ее видеть. — Мне не интересны твои предложения, — наконец выдает уверенно. — Я не буду работать на тебя ни за какие деньги.
— Пожалуйста, они заберут меня в приют! — у Васи на глаза наворачиваются слезы.
— Хорошо, я схожу с вами, — наконец соглашается девушка. Меня игнорирует, больше смотрит на Васю. — Но только один раз.
Открываю дверь своим ключом, и, пока стягиваю с себя пуховик, из ванной комнаты выходит высокая, длинноногая девушка в моем шелковым халате.
Муж появляется из кухни с чашкой кофе в руках:
— Это Вероника, — Олег кивает в сторону женщины, а та улыбается и кладёт руку на округлившийся живот.
— Она родит мне сына, а не то, что ты мне родила!
Дочь стоит рядом со мной, и я чувствую, как её маленькая рука сжимает мою — крепко, до боли, будто она пытается удержать меня на земле.
— В общем, собирай вещи, — голос Олега становится деловым. — И уматывай в квартиру к своей матери.
Я открываю рот, чтобы возразить, закричать, заплакать, как вдруг Лиза отпускает мою руку и делает шаг вперёд.
– Ты пожалеешь об этом! Понял? – кричит она отцу, а потом поворачивается ко мне: — Мама, давай соберём вещи и уйдем?
Муж появляется из кухни с чашкой кофе в руках:
— Это Вероника, — Олег кивает в сторону женщины, а та улыбается и кладёт руку на округлившийся живот.
— Она родит мне сына, а не то, что ты мне родила!
Дочь стоит рядом со мной, и я чувствую, как её маленькая рука сжимает мою — крепко, до боли, будто она пытается удержать меня на земле.
— В общем, собирай вещи, — голос Олега становится деловым. — И уматывай в квартиру к своей матери.
Я открываю рот, чтобы возразить, закричать, заплакать, как вдруг Лиза отпускает мою руку и делает шаг вперёд.
– Ты пожалеешь об этом! Понял? – кричит она отцу, а потом поворачивается ко мне: — Мама, давай соберём вещи и уйдем?
– Я тебя разлюбил.
Слова мужа обескураживают, сердце в груди сжимается.
– Разлюбил?! – спрашиваю дрожащими губами. – Спустя восемнадцать лет брака хоп – и разлюбил?!
– Да. Я просто привык к тебе. Мы с тобой давно живем как соседи.
– Как соседи?! И вчера ночью ты со мной спал по-соседски?! – кричу, голос срывается, боль внутри становится невыносимой.
– Не передергивай, – проговаривает зло, – ты мне приелась, Ирин, а Рита… она просто лучше тебя. Смирись.
Слова мужа обескураживают, сердце в груди сжимается.
– Разлюбил?! – спрашиваю дрожащими губами. – Спустя восемнадцать лет брака хоп – и разлюбил?!
– Да. Я просто привык к тебе. Мы с тобой давно живем как соседи.
– Как соседи?! И вчера ночью ты со мной спал по-соседски?! – кричу, голос срывается, боль внутри становится невыносимой.
– Не передергивай, – проговаривает зло, – ты мне приелась, Ирин, а Рита… она просто лучше тебя. Смирись.
– Прекрати, – брезгливо морщится муж. – Я уже подал на развод.
– Но как же?.. Как же так? – растерянно шепчу я, пытаясь поймать его взгляд. – Денис, у нас же всё хорошо было.
– Ты действительно думаешь, что у нас всё было хорошо? Посмотри на себя в зеркало, в кого ты превратилась? Огромная бесформенная масса.
– Но я думала, что ты меня любишь, – еле слышно выдыхаю я, ощущая, как по щекам скатываются слёзы.
– Я не хочу быть посмешищем для коллег и партнёров. Я ухожу к другой женщине, которая понимает, как должна выглядеть для своего мужчины. Как королева…
– Но как же?.. Как же так? – растерянно шепчу я, пытаясь поймать его взгляд. – Денис, у нас же всё хорошо было.
– Ты действительно думаешь, что у нас всё было хорошо? Посмотри на себя в зеркало, в кого ты превратилась? Огромная бесформенная масса.
– Но я думала, что ты меня любишь, – еле слышно выдыхаю я, ощущая, как по щекам скатываются слёзы.
– Я не хочу быть посмешищем для коллег и партнёров. Я ухожу к другой женщине, которая понимает, как должна выглядеть для своего мужчины. Как королева…
🔥 ДОРОГИЕ МОИ! 🔥НИЧЕГО ТАКОГО В КНИГЕ НЕТ! ЭТО НОВЫЙ ДИЗАЙН САЙТА!🔥КНИГА ЗАВЕРШЕНА🔥
🚑Она: 110 килограммов профессионализма, сарказма и усталости. Врач-травматолог, которая знает о переломах всё, а как починить собственную жизнь, не знает.
👨🏼✈️Он: Капитан с «железным» характером и сломанным коленом. Мужчина, который привык отдавать приказы, но впервые в жизни хочет сдаться в плен.
⚔️Обычный вечер в душном ресторане. Она зацепилась вечерним платьем за перегородку. 💃 Он подошел, чтобы помочь, но вместо «спасибо» услышал диагноз. 💊
— У вас застарелая травма мениска, Илья. И вы неправильно распределяете нагрузку.
— А вы — чертовски красивая женщина, Тамара. И вы неправильно оцениваете дистанцию.
🚑Она: 110 килограммов профессионализма, сарказма и усталости. Врач-травматолог, которая знает о переломах всё, а как починить собственную жизнь, не знает.
👨🏼✈️Он: Капитан с «железным» характером и сломанным коленом. Мужчина, который привык отдавать приказы, но впервые в жизни хочет сдаться в плен.
⚔️Обычный вечер в душном ресторане. Она зацепилась вечерним платьем за перегородку. 💃 Он подошел, чтобы помочь, но вместо «спасибо» услышал диагноз. 💊
— У вас застарелая травма мениска, Илья. И вы неправильно распределяете нагрузку.
— А вы — чертовски красивая женщина, Тамара. И вы неправильно оцениваете дистанцию.
- Руки уберите! Что вы делаете в моём номере?
- Тише красивая, хорошо лежишь! Не двигайся, тебе понравится!
Откуда в запертой комнате взялся большой и наглый кавказец?
- Я сейчас вызову полицию...
- Она тебе не поможет, пышка! В этом городе полиция подчиняется мне. И ты тоже подчинишься...
Этот кавказский мерзавец ворвался в мой номер в отеле и решил, что я его подарок на четырнадцатое февраля!
И, что самое подлое, вскоре от этого бородатого наглеца будет зависеть не только моя судьба, но и жизнь очень близкого для меня человека...
- Тише красивая, хорошо лежишь! Не двигайся, тебе понравится!
Откуда в запертой комнате взялся большой и наглый кавказец?
- Я сейчас вызову полицию...
- Она тебе не поможет, пышка! В этом городе полиция подчиняется мне. И ты тоже подчинишься...
Этот кавказский мерзавец ворвался в мой номер в отеле и решил, что я его подарок на четырнадцатое февраля!
И, что самое подлое, вскоре от этого бородатого наглеца будет зависеть не только моя судьба, но и жизнь очень близкого для меня человека...
— Срок годности есть у всего, — говорит муж. — Твой — вышел.
Слова повисают в воздухе.
— Ты серьезно? Срок годности? Как у молока, которое прокисло?!
— Или, как у хлеба, который черствеет, — кивает муж.
Мой любимый Егор… Не могу поверить, что он говорит мне это!
— Считай, что…
— Что ты зачерствел?! Что ты…
— Ты и так все знаешь! — перебивает нетерпеливо. — Давай сразу к сути. Другую люблю! Хочу. Врать не вижу смысла.
— А как же я? — шепчу я.
— Ты взрослая женщина, — говорит он. — Как-нибудь справишься. Без меня!
**
Муж заявил, что мой срок годности вышел.
Мне пришлось снять кольцо и учиться жить без него.
С мыслью, что у предательства нет срока давности, но…
Однажды бывший постучал в мою дверь!
Слова повисают в воздухе.
— Ты серьезно? Срок годности? Как у молока, которое прокисло?!
— Или, как у хлеба, который черствеет, — кивает муж.
Мой любимый Егор… Не могу поверить, что он говорит мне это!
— Считай, что…
— Что ты зачерствел?! Что ты…
— Ты и так все знаешь! — перебивает нетерпеливо. — Давай сразу к сути. Другую люблю! Хочу. Врать не вижу смысла.
— А как же я? — шепчу я.
— Ты взрослая женщина, — говорит он. — Как-нибудь справишься. Без меня!
**
Муж заявил, что мой срок годности вышел.
Мне пришлось снять кольцо и учиться жить без него.
С мыслью, что у предательства нет срока давности, но…
Однажды бывший постучал в мою дверь!
— Всё будет хорошо, Милан. Я люблю тебя. Ребёнок — это наш шанс, — шепчет мой муж в телефонную трубку так нежно, как никогда не говорил со мной.
Я стою в прихожей и слушаю, как Ярослав обещает новую жизнь моей младшей сестре.
— Ты уже пожила, Лилечка, — скажет мне мама утром. — Дай Милане пожить.
Двадцать лет я строила бизнес, семью, дом. Двадцать лет моё имя не стояло ни в одном документе, потому что мы же семья, к чему эти формальности. А теперь муж уходит к моей сестре, мать встаёт на её сторону, а всё, что я строила, превращается в руины!
Я стою в прихожей и слушаю, как Ярослав обещает новую жизнь моей младшей сестре.
— Ты уже пожила, Лилечка, — скажет мне мама утром. — Дай Милане пожить.
Двадцать лет я строила бизнес, семью, дом. Двадцать лет моё имя не стояло ни в одном документе, потому что мы же семья, к чему эти формальности. А теперь муж уходит к моей сестре, мать встаёт на её сторону, а всё, что я строила, превращается в руины!
ЗАВЕРШЕННЫЙ РОМАН
— У Инги будет ребёнок. От меня.
Звук его голоса тонет в монотонном гуле холодильника. Растерянно моргаю, пытаясь уловить смысл сказанного.
— Что?.. — шепчу я, и ногти невольно царапают фарфоровую чашку.
Резкий, режущий слух скрип.
Опомнившись, осторожно ставлю чашку на место, рядом с остальным голубым сервизом.
Только сегодня привезли…
Мой особенный подарок в самый важный день.
— Ты слышала, Ромашка, — повторяет Артур бесстрастно. — Не рви душу. У меня другая. Так бывает.
Мое имя Камилла, ассоциируется с ромашкой.
Цветком любви семьи и верности, который он безжалостно растоптал.
Пять лет назад я сбежала из города в тихую деревню — подальше от предательства, разбитого сердца и бывшего мужа.
Теперь у меня есть сын, уютный магазинчик с ароматами жасмина и бергамота и размеренная жизнь. По крайней мере, я так думала.
Всё изменилось в марте, с появлением нового соседа…
— У Инги будет ребёнок. От меня.
Звук его голоса тонет в монотонном гуле холодильника. Растерянно моргаю, пытаясь уловить смысл сказанного.
— Что?.. — шепчу я, и ногти невольно царапают фарфоровую чашку.
Резкий, режущий слух скрип.
Опомнившись, осторожно ставлю чашку на место, рядом с остальным голубым сервизом.
Только сегодня привезли…
Мой особенный подарок в самый важный день.
— Ты слышала, Ромашка, — повторяет Артур бесстрастно. — Не рви душу. У меня другая. Так бывает.
Мое имя Камилла, ассоциируется с ромашкой.
Цветком любви семьи и верности, который он безжалостно растоптал.
Пять лет назад я сбежала из города в тихую деревню — подальше от предательства, разбитого сердца и бывшего мужа.
Теперь у меня есть сын, уютный магазинчик с ароматами жасмина и бергамота и размеренная жизнь. По крайней мере, я так думала.
Всё изменилось в марте, с появлением нового соседа…
Выберите полку для книги