Читать и слушать книги
«…развод сейчас невыгоден. Кира — обуза для сделки. Когда контракт закончится — девочка исчезнет».
Я прихожу к мужу в офис без предупреждения — и слышу то, что мне больше не забыть.
Я требую развод, а мой муж даже не оправдывается.
Он давит статусом и безупречной витриной нашей “идеальной пары”, будто я — пункт в его плане.
А потом произносит спокойно, бескомпромиссно:
— Развод не обсуждается. Ты моя жена.
Но я больше не девочка, которую можно сломать одним словом.
Если он решил удержать меня любой ценой — пусть платит.
За каждую слезу.
За каждую ночь.
За каждую ошибку.
Я прихожу к мужу в офис без предупреждения — и слышу то, что мне больше не забыть.
Я требую развод, а мой муж даже не оправдывается.
Он давит статусом и безупречной витриной нашей “идеальной пары”, будто я — пункт в его плане.
А потом произносит спокойно, бескомпромиссно:
— Развод не обсуждается. Ты моя жена.
Но я больше не девочка, которую можно сломать одним словом.
Если он решил удержать меня любой ценой — пусть платит.
За каждую слезу.
За каждую ночь.
За каждую ошибку.
Она — пышная горничная, мать-одиночка и главное стихийное бедствие уютного эко-отеля.
Он — суровый бывший военный, купивший этот отель и привыкший устанавливать свои правила.
Их война начинается с розовой пижамы, но очень скоро под угрозой оказывается главное правило босса: никаких женщин, детей и семейных привязанностей.
***
— Кто такая? — голос низкий, рокочущий.
— Я? — вскидываю подбородок, стараясь не смотреть на его идеальный пресс. — Василиса Андреевна Ватрушкина. И у меня график! Так что, мистер Вселенная, либо вы одеваетесь и выметаетесь, либо я вызываю охрану и заявляю, что вы меня домогались!
— Домогался? — в его голосе слышится опасная насмешка. — Вы всегда в таком виде врываетесь к спящим мужчинам? Или это какая-то особая тактика соблазнения?
— Это дресс-код! — парирую, пытаясь вырвать руку. — Одевайтесь! Мне нужно подготовить номер для ночного заселения, а не любоваться на ваши...
— Выгоняете меня? — бросает, собирая свои вещи. — Что ж, это будет интересно...
Он — суровый бывший военный, купивший этот отель и привыкший устанавливать свои правила.
Их война начинается с розовой пижамы, но очень скоро под угрозой оказывается главное правило босса: никаких женщин, детей и семейных привязанностей.
***
— Кто такая? — голос низкий, рокочущий.
— Я? — вскидываю подбородок, стараясь не смотреть на его идеальный пресс. — Василиса Андреевна Ватрушкина. И у меня график! Так что, мистер Вселенная, либо вы одеваетесь и выметаетесь, либо я вызываю охрану и заявляю, что вы меня домогались!
— Домогался? — в его голосе слышится опасная насмешка. — Вы всегда в таком виде врываетесь к спящим мужчинам? Или это какая-то особая тактика соблазнения?
— Это дресс-код! — парирую, пытаясь вырвать руку. — Одевайтесь! Мне нужно подготовить номер для ночного заселения, а не любоваться на ваши...
— Выгоняете меня? — бросает, собирая свои вещи. — Что ж, это будет интересно...
«Форум-холл» сиял хрусталём и золотом. Официанты, музыка, лица, которых я не знала. Денис стоял у бара в кругу людей - он жестикулировал, все смеялись. Он был звездой, а я - лишней деталью.
Я коснулась его локтя. Он обернулся с удивлением, будто забыл, что я приеду. Светская улыбка, рукопожатие с инвестором - и он уже отвернулся. Я отошла к столику, взяла шампанское, чтобы занять руки.
И тут я увидела ЕЁ.
Катя. Брюнетка с острыми скулами, в красном платье, которое кричало о деньгах. Деловой партнёр Дениса, соучредитель галереи. Я встречала её пару раз - она всегда была с ним слишком близко. Слишком много касаний. Слишком много смеха.
Я смотрела на неё, и в груди ворочалась змея. «Это просто работа, - убеждала я себя. - Ты ревнуешь, потому что у тебя низкая самооценка». Но глаза искали подтверждения.
И нашли.
Я коснулась его локтя. Он обернулся с удивлением, будто забыл, что я приеду. Светская улыбка, рукопожатие с инвестором - и он уже отвернулся. Я отошла к столику, взяла шампанское, чтобы занять руки.
И тут я увидела ЕЁ.
Катя. Брюнетка с острыми скулами, в красном платье, которое кричало о деньгах. Деловой партнёр Дениса, соучредитель галереи. Я встречала её пару раз - она всегда была с ним слишком близко. Слишком много касаний. Слишком много смеха.
Я смотрела на неё, и в груди ворочалась змея. «Это просто работа, - убеждала я себя. - Ты ревнуешь, потому что у тебя низкая самооценка». Но глаза искали подтверждения.
И нашли.
Я полюбила его с первого взгляда. В нём было всё, что я искала в мужчине: уверенность, надёжность, ответственность.
Рядом с ним мне казалось, что я, наконец, смогу забыть о своих тревогах и оставить прошлые проблемы позади.
Я открыла ему душу и безоговорочно доверила своё сердце. Но теперь понимаю: идеальная история любви была всего лишь красивой иллюзией, а наши отношения — тщательно разыгранным спектаклем.
Я никогда не смогу его простить. Но и забыть тоже не смогу. Ведь последствия его лжи теперь живут во мне.
Совсем скоро на свет появится ребёнок, который навсегда свяжет нас, и теперь мы никогда не станем чужими друг другу.
Рядом с ним мне казалось, что я, наконец, смогу забыть о своих тревогах и оставить прошлые проблемы позади.
Я открыла ему душу и безоговорочно доверила своё сердце. Но теперь понимаю: идеальная история любви была всего лишь красивой иллюзией, а наши отношения — тщательно разыгранным спектаклем.
Я никогда не смогу его простить. Но и забыть тоже не смогу. Ведь последствия его лжи теперь живут во мне.
Совсем скоро на свет появится ребёнок, который навсегда свяжет нас, и теперь мы никогда не станем чужими друг другу.
Кто бы мог подумать, как один загадочный пакет может изменить жизнь?
К своим тридцати годам Настя ничего не добилась. Живёт в съёмной однушке с двумя кошками, а на свой день рождения вместо букета и открыток получает сообщение от арендодателя с уведомлением о повышении кварплаты. После измены парня она окончательно разочаровалась в мужчинах, но её подруга Эллочка считает иначе и дарит ей на юбилей загадочный пакет.
Только он не остаётся маленькой тайной героини, а в тот же вечер оказывается в руках её босса, Глеба Ивановича Лебедева. И почему-то он уверен, что этот пакет предназначался ему.
К своим тридцати годам Настя ничего не добилась. Живёт в съёмной однушке с двумя кошками, а на свой день рождения вместо букета и открыток получает сообщение от арендодателя с уведомлением о повышении кварплаты. После измены парня она окончательно разочаровалась в мужчинах, но её подруга Эллочка считает иначе и дарит ей на юбилей загадочный пакет.
Только он не остаётся маленькой тайной героини, а в тот же вечер оказывается в руках её босса, Глеба Ивановича Лебедева. И почему-то он уверен, что этот пакет предназначался ему.
Достаю телефон, открываю заметки — те же, где вчера ночью написала список целей. Добавляю строки одну за другой:
Новый имидж — начато.
Бизнес — придумать направление.
Публичное появление — выбрать момент.
Мужчина рядом — не срочно, но держать в уме.
Убираю телефон, поднимаю взгляд на отражение в стекле витрины. Женщина смотрит на меня с прямой спиной, ничего не прячет за чёлкой и ни за что не извиняется — даже за собственное лицо.
— Ольга, — говорю почти беззвучно, одними губами, — ты меня не узнаешь. И это только начало.
Отражение улыбается первым.
Новый имидж — начато.
Бизнес — придумать направление.
Публичное появление — выбрать момент.
Мужчина рядом — не срочно, но держать в уме.
Убираю телефон, поднимаю взгляд на отражение в стекле витрины. Женщина смотрит на меня с прямой спиной, ничего не прячет за чёлкой и ни за что не извиняется — даже за собственное лицо.
— Ольга, — говорю почти беззвучно, одними губами, — ты меня не узнаешь. И это только начало.
Отражение улыбается первым.
— Развода не будет, — сказал муж, не отрываясь от бумаг. — Никогда.
Три года назад Демьян Одинцов спас мою семью. Закрыл долги отца, остановил уголовное дело, дал родителям крышу над головой. Взамен попросил лишь одно: брак со мной.
Я вышла за него, потому что выбора не было. Жила в его доме по его расписанию, была прекрасной хозяйкой.
Но после смерти отца я нашла письмо. И узнала, что катастрофу, из которой муж нас «вытащил», он подстроил сам.
Демьян разрушил мою семью, чтобы заполучить меня.
Что ж, у меня был прекрасный учитель.
Развода не будет?
Значит, война.
Три года назад Демьян Одинцов спас мою семью. Закрыл долги отца, остановил уголовное дело, дал родителям крышу над головой. Взамен попросил лишь одно: брак со мной.
Я вышла за него, потому что выбора не было. Жила в его доме по его расписанию, была прекрасной хозяйкой.
Но после смерти отца я нашла письмо. И узнала, что катастрофу, из которой муж нас «вытащил», он подстроил сам.
Демьян разрушил мою семью, чтобы заполучить меня.
Что ж, у меня был прекрасный учитель.
Развода не будет?
Значит, война.
Три года я лечилась от бесплодия, которого у меня не было.
Мой муж, который всё знал, держал меня за руку в коридорах, где пахло спиртом и чужой надеждой, и говорил, что мы справимся.
Правду я нашла не в переписке и не в гостиничном номере. Я нашла её в стопке его анализов, разложенных на полу гостиной, — в бланках, которые отличались друг от друга шрифтом заголовка и высотой печати. В клинике мне сказали: пациент был у нас дважды. Три года назад. А врач, чья подпись стоит на последнем заключении, уволился полтора года назад — после проверки по врачебной этике.
Он сделал вазэктомию тайно. За три с половиной года до того дня, когда я произнесла это вслух в кафе и услышала: «Потому что я никогда не хотел детей. А развестись было невыгодно — у тебя связи и репутация, которые открывали двери, недоступные мне».
Мой муж, который всё знал, держал меня за руку в коридорах, где пахло спиртом и чужой надеждой, и говорил, что мы справимся.
Правду я нашла не в переписке и не в гостиничном номере. Я нашла её в стопке его анализов, разложенных на полу гостиной, — в бланках, которые отличались друг от друга шрифтом заголовка и высотой печати. В клинике мне сказали: пациент был у нас дважды. Три года назад. А врач, чья подпись стоит на последнем заключении, уволился полтора года назад — после проверки по врачебной этике.
Он сделал вазэктомию тайно. За три с половиной года до того дня, когда я произнесла это вслух в кафе и услышала: «Потому что я никогда не хотел детей. А развестись было невыгодно — у тебя связи и репутация, которые открывали двери, недоступные мне».
- Я всегда любил только Жанну! - в голосе любимого мужа звенит ненависть, прожигая насквозь.
- Сдохни! - кричит сестра.
Эти двое убили меня, чтобы забрать деньги, оставленные в наследство.
Жизнь закончилась… и началась снова - я ожила, попав в свое прошлое!
И не упущу шанс изменить судьбу!
- Сдохни! - кричит сестра.
Эти двое убили меня, чтобы забрать деньги, оставленные в наследство.
Жизнь закончилась… и началась снова - я ожила, попав в свое прошлое!
И не упущу шанс изменить судьбу!
🔥КНИГА ЗАВЕРШЕНА! СКИДКА! 🔥
— Детка, не делай трагедию. Мы с Кириллом решили не тянуть со свадьбой. Дата — твоя. Ресторан — тоже твой. Ну а что, всё равно оплачено.
Моему жениху — тридцать три. Моей бабушке — пятьдесят восемь, из которых она признаёт пятьдесят два.
За один вечер я лишилась жениха, свадьбы и семьи. Осталась кондитерская — в бабушкином помещении.
А потом бабушка пришла и заказала мне торт. На собственную свадьбу. С моим женихом. На двести персон.
Я согласилась.
Ничего. Я умею работать с горячим и держать форму. Посмотрим, чей крем устоит…
— Детка, не делай трагедию. Мы с Кириллом решили не тянуть со свадьбой. Дата — твоя. Ресторан — тоже твой. Ну а что, всё равно оплачено.
Моему жениху — тридцать три. Моей бабушке — пятьдесят восемь, из которых она признаёт пятьдесят два.
За один вечер я лишилась жениха, свадьбы и семьи. Осталась кондитерская — в бабушкином помещении.
А потом бабушка пришла и заказала мне торт. На собственную свадьбу. С моим женихом. На двести персон.
Я согласилась.
Ничего. Я умею работать с горячим и держать форму. Посмотрим, чей крем устоит…
Выберите полку для книги