Книги в жанре «Любовные романы»

Дмитрий живёт с девизом «Я потому отношения и не завожу, что я ничего, кроме работы и сына, не вывожу».
У Марии после развода жизнь тоже не складывается, точнее, она её не складывает, заваливая себя работой.
Но это до тех пор, пока они не встретятся.
— Марьиванна, мне нужно с вами переговорить наедине. Выйдем. — И никаких вопросительных нот в голосе.
Дмитрий встаёт из-за стола и скрывается в коридоре.
Я смотрю на Ярика, замершего за столом.
— Я ничего не поджигал, не взрывал. С вами весь день был, — частит мальчишка.
Я глажу его по голове и иду следом за отцом в коридор. Дмитрий жестом приглашает меня в спальню, прикрывает дверь и на полном серьёзе заявляет:
— Срочно нужна мама Ярику и мне жена. Позарез. Согласны?

Один перепутанный заказ – и жизнь Майи Цветковой превращается в кондитерский триллер.
Она – невысокая «пышка» с талантом создавать шедевры из сахара и муки.
Он – Тимур Волков, суровый владелец империи, привыкший к стальной дисциплине и безупречному порядку.
Майя Цветкова точно знает: путь к сердцу мужчины лежит через желудок, а путь к катастрофе – через перепутанный адрес доставки. Сможет ли железная выдержка олигарха устоять перед ароматом ванили, или эта ошибка по Фрейду станет самой сладкой ошибкой в его жизни?

Михаил взял трубку и вышел на балкон. Он вообще стал часто разговаривать по телефону при закрытых дверях.
До меня доносились только обрывки фраз:
- Нет, не сейчас…
- Нет, не надо приходить…
- Потом…
- Нет, она ничего…
Когда он вернулся, лицо у него было раздражённое.
- Кто звонил? - прямо спросила я.
- По работе.
- Так поздно?
- У людей бывают такие работы, с которых звонят поздно. Ир, прекрати! Это уже паранойя.
Вот эта фраза меня и добила.
Потому что “паранойя” - очень удобная мужская отговорка. Обтекаемая. Одним этим словом можно закрыть женщине рот и заставить её сомневаться в самой в себе.
Если бы он, к примеру, вспылил, то я бы, может, даже легче это восприняла. Если бы начал оправдываться слишком рьяно - тем более. Но он сказал именно это. Спокойно. Словно поставил мне психиатрический диагноз.

— Ты?! — в шоке смотрю на незнакомца из клуба.
— Предлагаю поужинать, или начнем с того, на чем остановились в прошлый раз? — спрашивает нагло.
— Ты меня похитил! Верни немедленно домой! Да ты хоть знаешь... — меня такой злостью ошпаривает, что я задыхаюсь..
— Понял. Тогда раздевайся.

Не зря говорят, бойтесь своих желаний, они могут начать сбываться. Вот и мое сбылось… Я хотела надежного мужчину рядом, который будет любить меня и заботиться. А вместо этого меня похитил какой-то непредсказуемый псих! Сказал, что хочет меня и я его, а я…
Я, кажется, тоже…

Он предложил мне цену за молчание.
Только не знал, что именно его фамилия разрушила мою жизнь.
Я пришла в компанию Максима Орлова не за работой.
Я пришла за правдой.
Десять лет назад мой отец потерял всё, мама сломалась, а я научилась улыбаться так, чтобы никто не видел боли. И теперь единственный человек, способный открыть тайну прошлого, — он. Холодный. Властный. Опасно красивый.
Максим привык покупать молчание, верность и чужие судьбы.
Но меня купить нельзя.
Я должна была ненавидеть его.
Должна была уничтожить.
Должна была уйти, пока он не заметил, как дрожат мои руки рядом с ним.
Но чем ближе я подбираюсь к правде, тем яснее понимаю: самый страшный враг может оказаться единственным, кто способен меня защитить.
А любовь — самой высокой ценой за молчание.

Захожу домой раньше обычного с пакетами наперевес. Сегодня я устрою мужу сюрприз, романтический ужин.
Он дома! В 5 вечера?
Но рядом стоит еще одна пара обуви.
Узкие, вызывающе дорогие ботильоны. Такие носит только один человек в моем окружении.
Эля.
Моя лучшая подруга.
Из-за полуоткрытой двери доносится голос мужа.
— Милая, ты уверена, что для ребенка это сейчас безопасно?
Я замираю.
Для какого ребенка?
— Да, я консультировалась с врачом, — голос подруги звучит мягко, тягуче, с нотками какого-то неземного, почти животного блаженства. — Умеренные нагрузки даже полезны. Не переживай так, Мирон. Твой сын — боец.
Сын.
Его сын.
Это не может быть правдой.
Я толкаю дверь.
Они сидят на нашей кровати. Муж, в расстегнутой на груди рубашке и Эля... полулежит в его руках в омерзительном черно-красном белье.
Я отчетливо вижу ее округлившийся живот.
Плод их общего предательства.
— Иди на кухню, Соф. Нам нужно обсудить развод. Эле нельзя волноваться, у нее тонус.

— Ксения Игоревна, срочно в первую операционную. У пациентки массивное кровотечение, счет на минуты.
— Кто на столе?
— Твоя сестра Соня.
Я замираю у мойки, глядя на свои дрожащие руки.
— Она беременна от моего мужа, Руслан Тимурович. Вы просите меня спасти женщину, которая разрушила мою жизнь?
— Я прошу тебя спасти двоих пациентов. Как хирург хирурга. А за дверью этой операционной я стану твоим щитом. Мой руки, Смирнова.

Многие думают, что мой начальник шикарный мужчина и самый завидный жених в стране.
Только я, его личная помощница, в курсе его тёмных пристрастий и похождений.
Феликс Сафронов, порочный бабник, безответственный пьяница, бессердечный гад, лишённый совести, эмпатии и морали мужлан.
Я работаю на него, не покладая рук круглые сутки.
Мало того, что он взваливает на меня кучу работы в офисе, так он даже среди ночи может меня отправить с личным заданием.
Например, забрать его пьяного из какого-нибудь злачного места и отвезти домой. Иногда одного, иногда вместе с очередной шлёндрой. Или привезти ему пачку презервативов под утро, потому что у них, видите ли, закончились.
Мой старенький Ниссан всегда под парами. А я на стрёме, пропустить звонок этого козла равносильно увольнению.
Но сегодня он превзошёл самого себя! Такого подарка я ещё никогда не получала!

Муж стоит спиной к окну. А перед ним — она. Эвелина. Дочь того самого крупного заказчика, от которого сейчас зависит будущее его фирмы.
На ее губах медленно расплывается улыбка.
Торжествующая. Довольная. Победная…
Ах…
Марк резко поворачивает голову. Его глаза расширяются, лицо бледнеет. Я вижу, как страх захлестывает его — первобытный, животный, какой бывает у человека, которого застали на месте преступления.
— Ася… — выдыхает он хрипло и делает шаг ко мне. — Это не то, что…
— Ну почему же не то, милый? — звонко перебивает Эвелина, не сводя с меня победного взгляда. Она плавно, почти лениво поправляет воротник его рубашки. — Ты же сам обещал, что именно сегодня все расскажешь ей.

— Мне звонил ваш муж. Вам сделать так же, как и вашей дочке? Ставим на верхние зубы виниры? — стоматолог расплывается в улыбке.

Я замираю.

— Дочка?

— Ну да, помню, я же ставил. Виктор приводил блондинку... — он делает паузу, его взгляд скользит по мне с профессиональным интересом. — Красивая у вас дочурка.

Мир рушится тихо, без грохота. Просто трескается по швам и осыпается серым пеплом.

— Но у меня нет дочки.

Его улыбка на секунду меркнет, но тут же возвращается — уже более дежурная.

Мой супруг хочет стать депутатом? Что ж, флаг ему в руки. Он будет идеальным символом этого города — лузер, который думал, что, предав жену, сможет быть счастливым. Но единственный, кто обретёт счастье, — только я!