Книги в жанре «Мелодрама»

— Я ухожу, — сказал он, и сказал это спокойно, ровно, тем самым голосом, которым неделю назад желал мне удачи в трубку. — Окончательно. Я подумал, тянуть дальше нет смысла, ни тебе, ни мне. Вещи я заберу позже, на днях, пришлю человека, чтобы тебя не беспокоить. Квартира пока за тобой, это мы решим цивилизованно. Я не зверь, Алина, я всё устрою по-человечески.
Он говорил, а я стояла и смотрела на него поверх головы нашего спящего сына, который только что отвоевал у смерти своё право жить, и слушала, как его отец в день, когда мы переступили порог обратно в жизнь, объясняет, что переступать его будем уже без него.
— Вероника ждёт, — добавил он, чуть тише, будто это что-то объясняло, будто это была уважительная причина. — Я обещал ей дать ответ. Она хороший человек, она устала ждать, и я не имею права держать её в подвешенном состоянии.

Семь лет назад муж выложил передо мной восемь фотографий и не стал слушать.
Я сказала: «Посмотри на дату».
Он не посмотрел.

Я ушла беременной. Родила дочь одна. Вписала в свидетельство прочерк вместо отца — и его отчество вместо памяти.

Теперь Лере шесть, и она теряет слух. Операция стоит больше, чем я заработаю за десять лет. Кредит мне не дадут. Квоту ждать два года — а слуха у неё осталось на месяцы.
Поэтому я подписала договор.

Суррогатное материнство. Заказчики закрыты, имена — только после подписи.
Я подписала.
А потом в кабинет вошли они.
Мой бывший муж.
И моя бывшая лучшая подруга — его жена.

Я хотела разорвать договор. Но в нём был пункт 7.4. Неустойка — ровно столько, сколько мне обещали заплатить. И гарантийное письмо в больницу, которое можно отозвать одним звонком.
Они не знают главного.
Что моей дочери шесть.
Что у неё его глаза.
И что человек, который семь лет назад разрушил мой брак, сейчас улыбается мне и говорит: «Кристиночка, я так рад, что ты

Пьяный сосед ломился в нашу дверь, а я прятала твоих детей в ванной. Катя зажимала Свете рот ладошкой. Костя шептал: «Папа сейчас приедет». Он верил. Они все верили.
Ты — мужчина. Ты обещал, что мы в безопасности.
А теперь ты стоишь передо мной, пахнешь её духами и говоришь, что «задержался на работе». Не утруждайся. Я уже видела её имя на твоём экране.
Ты можешь купить новую квартиру. Приставить охрану. Завалить детей подарками. Но скажи мне только одно…
Где ты был, когда мы звали тебя на помощь?

Бешенство, вызванное появлением в моем доме молоденькой любовницы мужа, теперь стало запредельным.

– Ма-ам… – осторожно позвала меня дочь. – Я, конечно, всем скажу, что ты была в состоянии аффекта, но лучше не надо!

– Ты подумай! Эффект у нее! Да никакой этот твой эффект никому не интересен! – опять заголосила Ангелина, не понимая, что реально сейчас рискует. – На пенсию уж пора, а туда же!

Это стало последней каплей. Я ухватила незваную гостью за волосы на затылке, развернула ее за них в сторону входной двери и, эффектно – о да! – поддав коленом под зад, выставила вон. А потом заперла замок и со стоном отчаяния привалилась к створке. Господи, что ж… так-то все, а? Променять меня вот на это?!

– Мам, – дочь подошла ко мне, замерла, глядя тревожно и даже, пожалуй, испуганно, – а она правда может выгнать нас? Ну, если отец захочет? Просто взять и выгнать? А куда мы тогда пойдем?..

— Где ты, чёрт побери? – кричит муж из кухни.
Я застываю, но, стараясь унять дрожь в коленях, иду к нему.
Лицо мужа перекошено злостью, в руке бокал с недопитым виски.
— Опять курица? Сколько раз я говорил тебе, что ненавижу это дерьмо! — он рычит, грубо хватая меня за запястье, а его взгляд падает на пол. Машинка, которую оставил Ванька, валяется под столом.
Валерий наклоняется, и я успеваю только поднять руки, защищая голову, пока он замахивается. Но удара не случается. Вместо этого машинка вылетает, ударяясь о стену прямо над Ванечкой.
Мой мир сужается до одной мысли: "Надо защитить сына!"

Я сбежала от мужа с трехлетним сыном на руках и устроилась горничной в дом к Артуру Рудзиенскому. Человеку, которого все называют “Убийцей”. Он директор сыскного агентства, и его последний заказ – от моего мужа: найти меня.

- Мама, а это кто? – тихо, но четко спрашивает София, тыча фломастером в сторону моего босса. – Это тот самый злой начальник?
Я не могу издать ни звука. Горло пересохло. Пульс стучит в ушах.
Максим игнорирует вопрос, как и я, и, не отрывая взгляда от девочки, делает шаг вперед.
Его лицо смягчается.
- Привет, – говорит он, и его голос звучит тише, мягче. – А тебя как зовут?
- София, – с достоинством отвечает она. – А тебя?
Он на секунду замолкает, будто пробуя ее имя в своем мозгу.
- Максим.
- Очень приличное имя, – одобрительно кивает дочь. - Прям, как у моего папы.
В прошлом я сама отказалась от нашей любви и очень сильно за это поплатилась. Теперь Максим Игнатьев всегда рядом. Он мой босс, отец моей дочери и он скоро женится...не на мне.

❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ПРОДАЖ! РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН!
— Валь! — выдохнул муж, и его голос звенел от восторга. — Дорогая! Знакомься, это Света.
Он обнял девушку за талию, притянул к себе, и его ладонь легла на её тонкий стан.
— У нас будет ребёнок! — выпалил Герман— Ты только вдумайся! Наш ребёнок! Наследник!
Я оторопела.
— Валя, ты у меня такая умная — сказал Герман мягко и снисходительно— Я тебя не брошу, мы венчанные. Это на всю жизнь. А по заповедям Божьим с ближним надо делиться. Пусть даже и мужем!
Будешь ухаживать за Cветой, ноги ей мыть, пока она не родит!

Я почти не чувствую, как шипы впиваются в кожу, и продолжаю всё также крепко сжимать розы.
Бреду куда-то, главное подальше от этого ужаса. 
Слёз нет — лишь пустота. И даже малышка внутри замерла и не пинается, наверное, ощущая моё встревоженное состояние. 
Словно во сне слышу визг тормозов… 
Яркая вспышка боли обжигает бок и спину, выбивая воздух из лёгких. Мир рушится.
Хотя нет… он разрушился ровно в тот момент, когда я увидела соседку-студентку в объятиях мужа.
Закрываю глаза, выронив цветы и автоматически обхватив живот. 
Только бы с ребёнком всё было в порядке…
- Девушка… девушка…,— кто-то легонько трясёт меня за плечо. - Вера… ты?!
***
❤️‍🔥Эмоционально
❤️‍🔥 больно
❤️‍🔥хеппи-энд

— Только вы можете меня спасти! — восклицает клиентка. — Я случайно зацепила рубашку жениха помадой, когда мы целовались на Мальдивах в прошлом месяце. Завтра у него важное мероприятие, и он убьет меня, если рубашка не будет готова!
— Завтра будет готово, – обещаю я, запихивая рубашку своего мужа в пакет.
Случайно узнала, что муж изменяет. Но измена - это лишь цветочки. Того, что случилось потом, я никак не ожидала…

— Глаза разуй, подруга. Это ж какой генофонд пропадает.
Алла указывает рукой на Евгения Котова, который как всегда деловито тычет в телефон в трех метрах от нас.
— А мне что с того? — шиплю на подругу.
— Что-что. Кто там про донора для ЭКО говорил? Ты ребенка хочешь или нет?
— Ребенка хочу. А вот путаться с отцом своего ученика не хочу. Это не этично! Тем более с этим самодовольным индюком.
— Так и не путайся. Возьми от него, что надо, и все.
— Как ты себе это представляешь? — вылупляюсь на Алку и начинаю сердиться. — Как можно взять у мужчины его… кхм-кхм… гены, чтобы носитель этих генов ничего не заметил?
— Согласишься понянчить его сына в школьные каникулы, и у тебя будет целая неделя, чтобы… добыть папкины гены. Подумай сама: умный, хваткий, здоровье идеальное, разведен…
Алла затыкается, когда Евгений заканчивает разговор и возвращается к нам.
— С вашим руководством я все решил, Анна Андреевна. Завтра заеду за вами в семь. На все каникулы вы остаетесь со мной и сыном.