Читать и слушать книги
— Я предлагаю тебе сделку, — заявляет бывший муж. — Ты снова выходишь за меня, и мы объединяем активы. А я закрываю твой долг.
— Я ни за что не выйду за тебя еще раз, Громов! Ты предал меня, изменил со своей секретаршей… — горько усмехаюсь. — Так банально.
— Что было, то прошло, Алиса. Сейчас я предлагаю тебе выход из ситуации. Ты помогаешь мне, а я — тебе, — продолжает Игорь.
— Нет! — отрезаю я. — Ты с ума сошел? После того, что ты сделал… Я не выйду за тебя!
Вдруг на пороге квартиры появляется мой сын, и я замираю. Бывший муж ни за что не должен был узнать о нем…
— Мама, спать хочу, — хнычет он, потирая глазки.
— Мама? — глухо переспрашивает бывший. — Это… твой сын?
— Да.
— А я, значит, его отец, — утвердительно произносит Игорь.
— Нет, это не…
— Значит так, дорогая бывшая жена, — резко бросает он, сжимая пальцы в кулаки, — свадьба через неделю. Иначе… ты знаешь, что я могу сделать.
— Я ни за что не выйду за тебя еще раз, Громов! Ты предал меня, изменил со своей секретаршей… — горько усмехаюсь. — Так банально.
— Что было, то прошло, Алиса. Сейчас я предлагаю тебе выход из ситуации. Ты помогаешь мне, а я — тебе, — продолжает Игорь.
— Нет! — отрезаю я. — Ты с ума сошел? После того, что ты сделал… Я не выйду за тебя!
Вдруг на пороге квартиры появляется мой сын, и я замираю. Бывший муж ни за что не должен был узнать о нем…
— Мама, спать хочу, — хнычет он, потирая глазки.
— Мама? — глухо переспрашивает бывший. — Это… твой сын?
— Да.
— А я, значит, его отец, — утвердительно произносит Игорь.
— Нет, это не…
— Значит так, дорогая бывшая жена, — резко бросает он, сжимая пальцы в кулаки, — свадьба через неделю. Иначе… ты знаешь, что я могу сделать.
Я ехала на новогодние праздники уверенная в одном: меня скоро позовут замуж.
С Ильёй у меня всё было правильно — спокойно, честно, тепло.
Жизнь, в которой можно наконец выдохнуть.
Но стоило войти в дом, как прошлое вернулось одним взглядом.
Артём — мужчина, от которого я когда-то горела и падала слишком глубоко.
Он подошёл близко и прошептал:
«Спорим, ты всё ещё моя?»
Пять дней рядом с человеком, который однажды сделал меня своей, а потом исчез.
Клянусь, я не позволю ему сломать меня снова.
Даже если он — единственный, кто по-прежнему знает, как это сделать.
С Ильёй у меня всё было правильно — спокойно, честно, тепло.
Жизнь, в которой можно наконец выдохнуть.
Но стоило войти в дом, как прошлое вернулось одним взглядом.
Артём — мужчина, от которого я когда-то горела и падала слишком глубоко.
Он подошёл близко и прошептал:
«Спорим, ты всё ещё моя?»
Пять дней рядом с человеком, который однажды сделал меня своей, а потом исчез.
Клянусь, я не позволю ему сломать меня снова.
Даже если он — единственный, кто по-прежнему знает, как это сделать.
— Думала, я не вижу, как ты на своего босса смотришь? Как хвасталась тут его тачкой? Хрен тебе, а не дочь.
— Костя, пожалуйста… Ты не можешь так поступать!
Костя брезгливо оттолкнул её ногой
— Раньше надо было думать, когда хвост заносила перед своим начальничком. Мать была права. Ты обычная подстилка.
— Ты же сам видел! Между нами ничего нет!
Марина смотрела на человека, которого когда-то любила больше жизни, и понимала: перед ней сидит монстр.
Она и заметить не успела, как из любимой и ухоженной женщины превратилась в бесплатную, измотанную прислугу.
В этой беспросветной тьме единственным спасительным кругом была её работа.
— Костя, пожалуйста… Ты не можешь так поступать!
Костя брезгливо оттолкнул её ногой
— Раньше надо было думать, когда хвост заносила перед своим начальничком. Мать была права. Ты обычная подстилка.
— Ты же сам видел! Между нами ничего нет!
Марина смотрела на человека, которого когда-то любила больше жизни, и понимала: перед ней сидит монстр.
Она и заметить не успела, как из любимой и ухоженной женщины превратилась в бесплатную, измотанную прислугу.
В этой беспросветной тьме единственным спасительным кругом была её работа.
Двадцать лет Ясна Миронова была тенью великого писателя Демьяна Рогова. Она правила его рукописи, спасала финалы, придумывала сцены, за которые аплодировали ему.
А потом он публично поблагодарил другую женщину.
В тот же вечер Демьян вручил Ясне документы на развод и попросил уйти красиво. Но дома она нашла его новую рукопись. В ней была описана её жизнь: унижение, развод, чужие взгляды, подготовленная ловушка. А в финале — строка, от которой холодеют руки:
«В финале должна умереть жена».
Не телом. Именем.
Демьян уже написал для неё роль брошенной, истеричной, никому не нужной женщины. Осталось только заставить Ясну сыграть её перед всеми.
Но он забыл главное: иногда жена, которую хотят стереть, сама переписывает финал.
А потом он публично поблагодарил другую женщину.
В тот же вечер Демьян вручил Ясне документы на развод и попросил уйти красиво. Но дома она нашла его новую рукопись. В ней была описана её жизнь: унижение, развод, чужие взгляды, подготовленная ловушка. А в финале — строка, от которой холодеют руки:
«В финале должна умереть жена».
Не телом. Именем.
Демьян уже написал для неё роль брошенной, истеричной, никому не нужной женщины. Осталось только заставить Ясну сыграть её перед всеми.
Но он забыл главное: иногда жена, которую хотят стереть, сама переписывает финал.
Легкая дрожь загуляла по неуверенным рукам. Быстро пробежав глазами, Алеся еще раз вернулась к началу сообщения, чтоб прочесть его снова. «Алеся, извини, что пропал. Мы с тобой слишком разные. Надеюсь, ты еще встретишь человека, с которым тебе будет хорошо», — эти слова, как иголки, вонзались в душу, отчего ее сердце болезненно сжималось...
✨КНИГА ЗАКОНЧЕНА✨
— Я тебе устрою оптимизацию, — пообещала я пустому классу. — Будешь шторы зубами шить.
Нужно знать врага в лицо. Я ткнула в аватарку «Максима Б.» и увеличила снимок.
Шум коридора исчез, а воздух словно выкачали. С экрана смотрел жёсткий мужчина, но я узнала этот наглый прищур. И белый шрам на брови — тот самый, со второго курса, который я заливала перекисью, пока он лез ко мне целоваться.
Пальцы разжались и телефон рухнул на стол.
— Макс... — одними губами прошептала я. — Только не ты.
— Я тебе устрою оптимизацию, — пообещала я пустому классу. — Будешь шторы зубами шить.
Нужно знать врага в лицо. Я ткнула в аватарку «Максима Б.» и увеличила снимок.
Шум коридора исчез, а воздух словно выкачали. С экрана смотрел жёсткий мужчина, но я узнала этот наглый прищур. И белый шрам на брови — тот самый, со второго курса, который я заливала перекисью, пока он лез ко мне целоваться.
Пальцы разжались и телефон рухнул на стол.
— Макс... — одними губами прошептала я. — Только не ты.
Она погрязла в работе, разорвала многолетние отношения с молодым человеком и купила билет на самолет в Лондон. Он имеет все: успех, популярность, а в скором его ждет свадьба. Сможет ли случайная встреча изменить судьбу и помочь найти ответ, как перестать проживать среднюю жизнь?
Я леплю женщин, которых мир привык не замечать. Настоящих. С мягкими животами, пышными бёдрами и шрамами, за которые не нужно просить прощения.
Пока бывший муж пытается отобрать мою студию, в моей жизни появляется богатый коллекционер искусства. Холодный. Закрытый. Опасно притягательный.
Он предлагает сумму, от которой невозможно отказаться. Всего лишь вылепить его портрет.
Но я не умею работать, не касаясь человека.
И чем дольше мои руки изучают его тело, тем сильнее становится чувство, что на самом деле мы оба создаём друг друга.
Пока бывший муж пытается отобрать мою студию, в моей жизни появляется богатый коллекционер искусства. Холодный. Закрытый. Опасно притягательный.
Он предлагает сумму, от которой невозможно отказаться. Всего лишь вылепить его портрет.
Но я не умею работать, не касаясь человека.
И чем дольше мои руки изучают его тело, тем сильнее становится чувство, что на самом деле мы оба создаём друг друга.
Двенадцать лет Радмила Янтарева спасала его имя, его сделки, его праздники и его репутацию.
Гордей Ветлицкий привык, что жена всё выдержит. Промолчит. Исправит. Улыбнётся гостям. Подаст руку нужным людям. Снова сделает так, чтобы его мир выглядел безупречно.
Но однажды Радмила возвращается домой и видит за своим столом другую женщину.
Молодую. Красивую. В её халате. С её чашкой в руках.
А Гордей просит только об одном: не устраивать сцену и помочь его новой избраннице красиво войти в их общий бизнес.
Он уверен, что Радмила снова спасёт всех.
Новую женщину — от позора. Его — от провала. Проект — от скандала. Дочь — от боли.
Только на этот раз Радмила больше не будет удобной женой.
Она уйдёт не с пустыми руками. Заберёт своё имя, свои доказательства, своё достоинство и тех, кто действительно считает её семьёй.
А когда Гордей поймёт, кого потерял, будет уже поздно.
Потому что женщина, которую однажды вычеркнули из собственной жизни, может вернуться.
Гордей Ветлицкий привык, что жена всё выдержит. Промолчит. Исправит. Улыбнётся гостям. Подаст руку нужным людям. Снова сделает так, чтобы его мир выглядел безупречно.
Но однажды Радмила возвращается домой и видит за своим столом другую женщину.
Молодую. Красивую. В её халате. С её чашкой в руках.
А Гордей просит только об одном: не устраивать сцену и помочь его новой избраннице красиво войти в их общий бизнес.
Он уверен, что Радмила снова спасёт всех.
Новую женщину — от позора. Его — от провала. Проект — от скандала. Дочь — от боли.
Только на этот раз Радмила больше не будет удобной женой.
Она уйдёт не с пустыми руками. Заберёт своё имя, свои доказательства, своё достоинство и тех, кто действительно считает её семьёй.
А когда Гордей поймёт, кого потерял, будет уже поздно.
Потому что женщина, которую однажды вычеркнули из собственной жизни, может вернуться.
В день серебряной годовщины муж поднял бокал и объявил, что уходит к другой.
При гостях. При партнёрах. При нашей дочери.
Он думал, я промолчу, подпишу бумаги и исчезну из жизни, которую сама же помогала строить. Дома, бренд, гости, история семьи — всё должно было остаться ему. Мне — вежливая сумма, молчание и роль женщины, которую красиво убрали из кадра.
Но он ошибся.
В сорок пять я сняла кольцо, забрала старый ключ и уехала в особняк на берегу Волги — туда, где меня никто не ждал. Дом считали развалиной. Бывший — моей ошибкой. Его новая женщина — будущим проектом без моего имени.
А я впервые за много лет решила не возвращать прошлое, а открыть дверь в свою жизнь.
Теперь у Чёрной воды появятся гости, у моей истории — свидетели, у бывшего — причины пожалеть, что он слишком рано решил меня списать.
И только один мужчина не пытается меня спасти. Он просто стоит рядом, пока я учусь быть свободной.
При гостях. При партнёрах. При нашей дочери.
Он думал, я промолчу, подпишу бумаги и исчезну из жизни, которую сама же помогала строить. Дома, бренд, гости, история семьи — всё должно было остаться ему. Мне — вежливая сумма, молчание и роль женщины, которую красиво убрали из кадра.
Но он ошибся.
В сорок пять я сняла кольцо, забрала старый ключ и уехала в особняк на берегу Волги — туда, где меня никто не ждал. Дом считали развалиной. Бывший — моей ошибкой. Его новая женщина — будущим проектом без моего имени.
А я впервые за много лет решила не возвращать прошлое, а открыть дверь в свою жизнь.
Теперь у Чёрной воды появятся гости, у моей истории — свидетели, у бывшего — причины пожалеть, что он слишком рано решил меня списать.
И только один мужчина не пытается меня спасти. Он просто стоит рядом, пока я учусь быть свободной.
Выберите полку для книги