Книги в жанре «Современный любовный роман»
Клэр Дэвис давно забыла, каково это — хотеть кого-то по-настоящему. Работа, дом, сын — её жизнь расписана по часам, и в ней нет места страсти. Но когда лучший друг её сына приходит помочь с ремонтом, что-то внутри неё переворачивается. Она знает, что это неправильно. Он слишком молод, слишком настойчив, и он — друг её Кайла. Однако каждая случайная встреча, каждый взгляд, каждое случайное прикосновение заставляют её сомневаться в правильности своих запретов...
Олеся Ветровая сбежала от ужасного мужа-маньяка, скрывавшего свою истинную сущность. Тюрьма забрала его, а уведомление о смерти принесло лишь облегчение. Но что, если он не умер? Что, если всё ещё не закончено? Пытаясь начать новую жизнь в маленьком городке, она встречает Федора Ветрового — человека с тёмным прошлым, отстранённого и загадочного. Он предложит ей фиктивный брак — спасение от её демонов и прошлых страхов. Но за этим контрактом скрывается не просто пустота, а мрак, который вскоре поглотит их обоих. Женщины в городе начинают исчезать, и Олеся понимает, что прошлое настигло её. Федор окажется единственным, кто может защитить её. Но тень маньяка не отпустит их так просто.
Спускаясь по лестнице я споткнулся обо что-то. Чертово ведро, оно покатилось по ступенькам разбрызгивая воду. Этот грохот болью отзывался у меня в голове.
Повернув голову я увидел девушку. Наверное новая горничная, Аглая говорила мне, что им необходима ещё одна, чтобы разгрузить обязанности. Я был не против. Вообще плевать.
— Ты ещё кто-такая? – задал я вопрос этой испуганной мыши.
— Я новая горничная. Анна. – пропищала мне эта мышь.
Я очень хорошо расслышал её имя. Самое ненавистное имя на свете. Но всё равно захотелось, чтобы она повторила его ещё раз. Хотел насладиться её испугом.
Анна. Чёрт. Я её уже ненавижу только за имя. Мне захотелось унизить и сделать ей больно. Я желал этого.
Я со всей силы пнул то ведро и приказал ей всё убрать. Кажется, что мне стало легче...кажется я нашёл себе жертву.
Я ежедневно за ней следил. Как маньяк. Я подмечал всё. У меня везде есть камеры. Я параноик. Про некоторые камеры не знает никто из персонала.
Повернув голову я увидел девушку. Наверное новая горничная, Аглая говорила мне, что им необходима ещё одна, чтобы разгрузить обязанности. Я был не против. Вообще плевать.
— Ты ещё кто-такая? – задал я вопрос этой испуганной мыши.
— Я новая горничная. Анна. – пропищала мне эта мышь.
Я очень хорошо расслышал её имя. Самое ненавистное имя на свете. Но всё равно захотелось, чтобы она повторила его ещё раз. Хотел насладиться её испугом.
Анна. Чёрт. Я её уже ненавижу только за имя. Мне захотелось унизить и сделать ей больно. Я желал этого.
Я со всей силы пнул то ведро и приказал ей всё убрать. Кажется, что мне стало легче...кажется я нашёл себе жертву.
Я ежедневно за ней следил. Как маньяк. Я подмечал всё. У меня везде есть камеры. Я параноик. Про некоторые камеры не знает никто из персонала.
— Я Данил, — говорит мой сын, глядя на знаменитого футболиста, по какой-то причине вернувшегося в родной город. — Данил Лебедев. Запишите меня.
— Привет, Данил, — невозмутимо говорит Ардовский. — Конечно, запишу. А где твои родители?
— Папы у меня нет, а мама вот! — Даня бесхитростно показывает на меня пальцем.
Ардовский поворачивается вслед за этим жестом, и тут его взгляд натыкается на меня.
Улыбка моментально сползает с его красивого лица.
Меня трясет так, как будто я попалась на месте преступления, а мозг судорожно пытается успокоиться.
Нет причин для паники. Ни одной.
Он не сможет понять.
Никак.
Даня — моя копия. Светлые волосы, голубые глаза, хрупкое телосложение.
Он абсолютно не похож на своего биологического отца, который сейчас стоит рядом с ним и, кажется, будет его новым тренером.
— Привет, Данил, — невозмутимо говорит Ардовский. — Конечно, запишу. А где твои родители?
— Папы у меня нет, а мама вот! — Даня бесхитростно показывает на меня пальцем.
Ардовский поворачивается вслед за этим жестом, и тут его взгляд натыкается на меня.
Улыбка моментально сползает с его красивого лица.
Меня трясет так, как будто я попалась на месте преступления, а мозг судорожно пытается успокоиться.
Нет причин для паники. Ни одной.
Он не сможет понять.
Никак.
Даня — моя копия. Светлые волосы, голубые глаза, хрупкое телосложение.
Он абсолютно не похож на своего биологического отца, который сейчас стоит рядом с ним и, кажется, будет его новым тренером.
Он всегда был «не тем».
Не тем, кого выбирают. Не тем, в кого влюбляются.
Зато в своих книгах он стал другим – идеальным мужчиной, от которого невозможно уйти.
Когда она оставила жёсткий отзыв на его роман, он решил доказать:
такие мужчины существуют.
Он станет её героем.
И она действительно влюбится.
Только есть одна проблема –
она влюбляется не в него.
Не тем, кого выбирают. Не тем, в кого влюбляются.
Зато в своих книгах он стал другим – идеальным мужчиной, от которого невозможно уйти.
Когда она оставила жёсткий отзыв на его роман, он решил доказать:
такие мужчины существуют.
Он станет её героем.
И она действительно влюбится.
Только есть одна проблема –
она влюбляется не в него.
Она боялась говорить. Боялась доверять. Боялась будущего.
Но теперь Полина — психолог, помогающий тем, кто пережил то же, что и она. Рядом — Артём, чья поддержка стала её опорой. Впереди — новая жизнь, построенная не на страхе, а на надежде.
История о силе, исцелении и любви, которая помогает начать всё сначала.
Но теперь Полина — психолог, помогающий тем, кто пережил то же, что и она. Рядом — Артём, чья поддержка стала её опорой. Впереди — новая жизнь, построенная не на страхе, а на надежде.
История о силе, исцелении и любви, которая помогает начать всё сначала.
💙ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА!💙
— О, милый, познакомься! Это Анастасия Сергеевна! Мой ангел-хранитель! Если бы не она… Страшно представить, что было бы!
Я стою, как вкопанная… словно к полу приросла. Внутри все колотится, а язык, будто прилип к небу... Держу на руках младенца, которого я тридцать шесть часов назад спасла вместе с его мамой… Поперечное предлежание, обвитие…
Оборачиваясь на зов своей супруги, от окна, где он до этого стоял ко мне спиной, медленно поворачивается…
МОЙ МУЖ.
Тот самый, с которым я прожила в законном браке восемь лет. Тот, кто этим утром по телефону рассказывал мне, как соскучился, как ждёт меня домой, как Варя без меня не засыпает.
Я думала, что мы счастливы, что у нас все прекрасно, оказалось… я спасла жизнь его любовнице и его… сыну!
— О, милый, познакомься! Это Анастасия Сергеевна! Мой ангел-хранитель! Если бы не она… Страшно представить, что было бы!
Я стою, как вкопанная… словно к полу приросла. Внутри все колотится, а язык, будто прилип к небу... Держу на руках младенца, которого я тридцать шесть часов назад спасла вместе с его мамой… Поперечное предлежание, обвитие…
Оборачиваясь на зов своей супруги, от окна, где он до этого стоял ко мне спиной, медленно поворачивается…
МОЙ МУЖ.
Тот самый, с которым я прожила в законном браке восемь лет. Тот, кто этим утром по телефону рассказывал мне, как соскучился, как ждёт меня домой, как Варя без меня не засыпает.
Я думала, что мы счастливы, что у нас все прекрасно, оказалось… я спасла жизнь его любовнице и его… сыну!
— Ты что тут делаешь?! — муж хватается за спину, прогибается от боли. — Какого чёрта ты так рано?! Предупредить не могла?!
Юля посильнее натягивает на себя моё покрывало и смотрит с таким праведным возмущением, будто я только что вторглась в её личную опочивальню.
— Как ты посмела, дрянь? — спрашиваю я тихо, мысленно примеряясь, куда приложить тяжёлый кубок в этот раз.
Юля прыскает.
— Ха! А что, не нравится отдавать своё, сестрица? — спрашивает мерзавка с ленивой насмешкой. — Я про мужа, если ты вдруг не поняла.
Я бросаю короткий взгляд на Артура и губы непроизвольно искажаются в презрении.
— А ты, королева наша, на большее-то не способна оказалась? Мой муж - это твой предел?!
У Юли дёргается щека, челюсть падает в растерянности. Шестерёнка в голове усиленно работает.
— Не строй из себя остроумную. — Она вскидывает подбородок. — Твой муж - единственное хорошее, что у тебя было. И он мой!
После измены предатели получат, что заслужили, потому что всё в жизни возвращается…
Юля посильнее натягивает на себя моё покрывало и смотрит с таким праведным возмущением, будто я только что вторглась в её личную опочивальню.
— Как ты посмела, дрянь? — спрашиваю я тихо, мысленно примеряясь, куда приложить тяжёлый кубок в этот раз.
Юля прыскает.
— Ха! А что, не нравится отдавать своё, сестрица? — спрашивает мерзавка с ленивой насмешкой. — Я про мужа, если ты вдруг не поняла.
Я бросаю короткий взгляд на Артура и губы непроизвольно искажаются в презрении.
— А ты, королева наша, на большее-то не способна оказалась? Мой муж - это твой предел?!
У Юли дёргается щека, челюсть падает в растерянности. Шестерёнка в голове усиленно работает.
— Не строй из себя остроумную. — Она вскидывает подбородок. — Твой муж - единственное хорошее, что у тебя было. И он мой!
После измены предатели получат, что заслужили, потому что всё в жизни возвращается…
Он — хищник, привыкший брать своё. Она — его единственная жертва, которая выжила.
Пять лет назад он уничтожил её жизнь одним росчерком пера и даже не запомнил её имени. Люди для Кости — лишь цифры в отчетах, расходный материал для строительства империи.
Теперь она вернулась. Другая. Холодная. Недосягаемая. Женщина, на которую невозможно не смотреть, и которую преступно хочется присвоить. Он сделает всё, чтобы она принадлежала ему, не подозревая, что сам идет в капканы, расставленные её тонкими пальцами.
Костя хочет её. Но он забыл главное: она уже была его. И он сам сделал всё, чтобы навсегда лишить себя права даже на её взгляд.
Пять лет назад он уничтожил её жизнь одним росчерком пера и даже не запомнил её имени. Люди для Кости — лишь цифры в отчетах, расходный материал для строительства империи.
Теперь она вернулась. Другая. Холодная. Недосягаемая. Женщина, на которую невозможно не смотреть, и которую преступно хочется присвоить. Он сделает всё, чтобы она принадлежала ему, не подозревая, что сам идет в капканы, расставленные её тонкими пальцами.
Костя хочет её. Но он забыл главное: она уже была его. И он сам сделал всё, чтобы навсегда лишить себя права даже на её взгляд.
Кабинет мужа в конце коридора, немного в стороне от остальных. Дверь прикрыта, под ней полоска света.
Останавливаюсь перед дверью. Сердце колотится. Стою и не решаюсь войти, и не могу уйти.
И тут слышу…
Сначала неразборчиво, потом отчетливее. Женский голос, высокий, задыхающийся:
— Ох, как хорошо...
И его голос. Серёжкин. Такой знакомый. С придыханием:
— Сейчас будет ещё лучше.
Останавливаюсь перед дверью. Сердце колотится. Стою и не решаюсь войти, и не могу уйти.
И тут слышу…
Сначала неразборчиво, потом отчетливее. Женский голос, высокий, задыхающийся:
— Ох, как хорошо...
И его голос. Серёжкин. Такой знакомый. С придыханием:
— Сейчас будет ещё лучше.
Выберите полку для книги