Читать и слушать книги
Иван Помидоров оказался в тисках долгов — живых, наглых и прожорливых. В отчаянной попытке спастись он начинает Великую Распродажу всего, что его окружает. Но с каждой проданной вещью — от верного пылесоса до царя-холодильника — исчезает не просто хлам, а кусочки его прошлого, якоря реальности и, наконец, здравый смысл. Сатирическая история о том, как борьба с ипотекой может превратиться в философское путешествие к краю абсурда.
— Помогите… он не приходит в себя…
— Где он?
— В спальне… быстрее…
Я захожу и уже знаю — этот вызов я не забуду никогда.
— Давление падает.
— Пульс нитевидный…
— Что он пил?!
Женщина в красной сорочке рыдает, цепляется за дверной косяк, качает головой.
— Ничего… он просто пришёл…
Я наклоняюсь ниже — и узнаю лицо.
— …Нет. Не может быть.
— Вы его знаете?
— Да. И слишком хорошо.
Он сказал утром: «Я задержусь». А сейчас я держу в руках жизнь человека, который выбрал другую.
— Это ваш муж?
— Пока да.
Сирена воет где-то внутри меня. И я понимаю: этот вызов изменит всё.
— Где он?
— В спальне… быстрее…
Я захожу и уже знаю — этот вызов я не забуду никогда.
— Давление падает.
— Пульс нитевидный…
— Что он пил?!
Женщина в красной сорочке рыдает, цепляется за дверной косяк, качает головой.
— Ничего… он просто пришёл…
Я наклоняюсь ниже — и узнаю лицо.
— …Нет. Не может быть.
— Вы его знаете?
— Да. И слишком хорошо.
Он сказал утром: «Я задержусь». А сейчас я держу в руках жизнь человека, который выбрал другую.
— Это ваш муж?
— Пока да.
Сирена воет где-то внутри меня. И я понимаю: этот вызов изменит всё.
Приехав в спортзал, где занимается мой муж, иду мимо пустого зала для стретчинга и останавливаюсь.
В углу, на коврике, лежит Вадим. А сверху на нём — худенькая девушка лет двадцати двух. Она сидит слишком уверенно, раздвинув ноги, разминая ему спину. Я застываю. Это была явно не тренер.
— Лиз, может, поедем в гостиницу? — тихо говорит ей он. — У тебя руки волшебные, нам надо уединиться…
Он переворачивается, притягивая её к себе, и они начинают целоваться — жадно, откровенно, так, как целуются те, кто давно вместе.
— А жена? Ты после опять вернешься к ней? — усмехается девица.
— Ой, Лиз… — отмахивается он. — Ты же знаешь, между нами давно ничего нет. Она располнела, один целлюлит!
— И когда ты уйдёшь от своей толстушки?
— Я же сказал — скоро, — спокойно отвечает он. — У нас сын. Не всё так быстро, как хотелось бы.
Они меня не слышат. Эта девка протяжно смеётся, не отрываясь от его губ — тех самых, которые ещё недавно касались меня...
В углу, на коврике, лежит Вадим. А сверху на нём — худенькая девушка лет двадцати двух. Она сидит слишком уверенно, раздвинув ноги, разминая ему спину. Я застываю. Это была явно не тренер.
— Лиз, может, поедем в гостиницу? — тихо говорит ей он. — У тебя руки волшебные, нам надо уединиться…
Он переворачивается, притягивая её к себе, и они начинают целоваться — жадно, откровенно, так, как целуются те, кто давно вместе.
— А жена? Ты после опять вернешься к ней? — усмехается девица.
— Ой, Лиз… — отмахивается он. — Ты же знаешь, между нами давно ничего нет. Она располнела, один целлюлит!
— И когда ты уйдёшь от своей толстушки?
— Я же сказал — скоро, — спокойно отвечает он. — У нас сын. Не всё так быстро, как хотелось бы.
Они меня не слышат. Эта девка протяжно смеётся, не отрываясь от его губ — тех самых, которые ещё недавно касались меня...
– О, ты уже ждёшь меня у самой двери? Что, опять будешь кидаться претензиями и в чём-то меня обвинять? – насмешливо, с плохо скрываемой агрессией спросил Толя, даже не посмотрев на меня.
– Ты же мне врёшь, да?
– Что ты имеешь в виду?
– Ты не задерживаешься на работе. А причина твоей якобы забывчивости кроется в другой женщине, о которой ты постоянно думаешь. Я же права?
– У тебя очень больное воображение. Стоило мне задержаться на работе, о чём я тебя предупредил, как ты сразу же придумала мне любовницу.
Усмехнувшись, посмотрев на меня как на круглую дуру, Толя попытался пройти в ванную, но я упрямо встала у него на пути.
– Нам надо поговорить. О нас с тобой и наших отношениях. Пора уже...
– Лучше займись своими обязанностями. На, постирай!
Сняв с себя пиджак, Толя швырнул его мне в руки, но остался стоять на месте. Можно подумать, что он решил проверить мои нервы на прочность и узнать, сколько всего я смогу вынести и стерпеть.
– Ты же мне врёшь, да?
– Что ты имеешь в виду?
– Ты не задерживаешься на работе. А причина твоей якобы забывчивости кроется в другой женщине, о которой ты постоянно думаешь. Я же права?
– У тебя очень больное воображение. Стоило мне задержаться на работе, о чём я тебя предупредил, как ты сразу же придумала мне любовницу.
Усмехнувшись, посмотрев на меня как на круглую дуру, Толя попытался пройти в ванную, но я упрямо встала у него на пути.
– Нам надо поговорить. О нас с тобой и наших отношениях. Пора уже...
– Лучше займись своими обязанностями. На, постирай!
Сняв с себя пиджак, Толя швырнул его мне в руки, но остался стоять на месте. Можно подумать, что он решил проверить мои нервы на прочность и узнать, сколько всего я смогу вынести и стерпеть.
— Ты для меня не существуешь. Ожидала чего-то другого? Твоё сердце разбито? Плевать. Если ещё раз сунешься ко мне или попадёшься на глаза... Я станцую на осколках твоего сердца. Танго. И ты будешь аплодировать. Поняла? Исчезни.
Ошарашено замираю.
Дышать не получается, на грудь словно гранитную плиту положили. А под рёбрами проносится огненная волна, выжигающая всё внутри.
Ярость. Боль. Обречённость.
Всё смешалось в одно бурное чувство. Но когда волна схлынула, там, где было солнечное сплетение, осталась выжженная пустыня.
— Поняла, — измождённо выталкиваю. — Извини за беспокойство.
***
Я думала то, что было между нами, закончилось. Навсегда.
Я исчезла. Я изменилась. Я вернулась к своей обычной жизни.
Как вдруг объявляется он…
ПОДДЕРЖИТЕ КНИГУ комментариями, Жмите кнопочку "НРАВИТСЯ", Добавьте в БИБЛИОТЕКУ, чтобы видеть обновления.
❤️ ХЭ для Эрики и Козырева.
Ошарашено замираю.
Дышать не получается, на грудь словно гранитную плиту положили. А под рёбрами проносится огненная волна, выжигающая всё внутри.
Ярость. Боль. Обречённость.
Всё смешалось в одно бурное чувство. Но когда волна схлынула, там, где было солнечное сплетение, осталась выжженная пустыня.
— Поняла, — измождённо выталкиваю. — Извини за беспокойство.
***
Я думала то, что было между нами, закончилось. Навсегда.
Я исчезла. Я изменилась. Я вернулась к своей обычной жизни.
Как вдруг объявляется он…
ПОДДЕРЖИТЕ КНИГУ комментариями, Жмите кнопочку "НРАВИТСЯ", Добавьте в БИБЛИОТЕКУ, чтобы видеть обновления.
❤️ ХЭ для Эрики и Козырева.
— Лена, пожалуйста… Дай мне шанс.
— Шанс на что? Я должна сделать вид, что не видела тебя в ординаторской с другой? Да её стоны слышала вся больница…
— Я ошибся. Это ничего не значит…
Я стояла и смотрела на мужчину, с которым прожила столько лет, и впервые не понимала, как правильно поступить. Уйти — значит разрушить семью, оставить сына без отца. Остаться — значит предать себя. Он просил прощения, говорил правильные слова, держал меня за руку… а мне было противно даже от его дыхания рядом.
А потом его любовница сказала, что беременна. И наши жизни превратились в ад.
— Шанс на что? Я должна сделать вид, что не видела тебя в ординаторской с другой? Да её стоны слышала вся больница…
— Я ошибся. Это ничего не значит…
Я стояла и смотрела на мужчину, с которым прожила столько лет, и впервые не понимала, как правильно поступить. Уйти — значит разрушить семью, оставить сына без отца. Остаться — значит предать себя. Он просил прощения, говорил правильные слова, держал меня за руку… а мне было противно даже от его дыхания рядом.
А потом его любовница сказала, что беременна. И наши жизни превратились в ад.
Иногда, чтобы начать жить, нужно всё потерять. А чтобы услышать себя, нужно встретить того, кто слушает тишину между твоими словами. Это история не о бегстве от прошлого. Это история о том, как найти в себе смелость стать живой — без разрешения, без гарантий, и без оглядки.
— Да расслабься ты, — рассмеялась она. — Дома у тебя что? Уставшая жена, вечно с работы. Ни огня, ни желания.
— Не начинай… — хрипит муж ей в шею.
— А что не так говорю? — она прижалась к нему ближе. — Я же вижу. Она тебя давно не ублажает. Ты живёшь рядом с женщиной, а ходишь неудовлетворенный.
Он промолчал. Не возразил. Вместо этого полез ей под халат, а она залилась смехом.
Я застыла в коридоре и смотрела, как мой муж развлекается с главврачом. В ту секунду стало ясно: мне врали давно. Дома. На работе. В глаза. Он говорил, что устал и работает ради семьи. А на самом деле просто изменял. Но слёз не будет. Будет кое-что поинтереснее — расплата.
— Не начинай… — хрипит муж ей в шею.
— А что не так говорю? — она прижалась к нему ближе. — Я же вижу. Она тебя давно не ублажает. Ты живёшь рядом с женщиной, а ходишь неудовлетворенный.
Он промолчал. Не возразил. Вместо этого полез ей под халат, а она залилась смехом.
Я застыла в коридоре и смотрела, как мой муж развлекается с главврачом. В ту секунду стало ясно: мне врали давно. Дома. На работе. В глаза. Он говорил, что устал и работает ради семьи. А на самом деле просто изменял. Но слёз не будет. Будет кое-что поинтереснее — расплата.
После измены жениха прямо перед свадьбой Вика поклялась больше не подпускать к себе мужчин. Но как сохранить дистанцию, когда вынуждена жить с шикарным незнакомцем под одной крышей? И что опаснее — его явный интерес или её собственное внезапное желание вновь рискнуть?
— Я знаю, что ты беременна от моего брата, — невозмутимо заявил Алексей. — Я не могу допустить, чтобы ты уехала отсюда неизвестно куда с ребенком под сердцем. Это неправильно. Мой брат поступил, как скот, но это не значит, что я должен поступать также. Из-за глупости Антона пострадала ты и мой еще неродившийся племянник.
— Ну и что же вы предлагаете? — невесело поинтересовалась Вика. — Рано или поздно придётся начинать с нуля строить свою жизнь. Ничего мне не в первой. Как-нибудь справлюсь.
— Зачем всё начинать с нуля одной, когда если можно выйти замуж? — хмуро поинтересовался мужчина.
— Извините, но я вас не совсем понимаю, — растерялась девушка, не улавливая логику Алексея.
— Я предлагаю тебе выйти за меня замуж! — второе предложение руки и сердца в ее жизни прозвучало настолько неожиданно, что надолго лишило дара речи.
Викторию бросил у алтаря её жених, и теперь его старший брат предлагает свою кандидатуру в качестве мужа...
— Ну и что же вы предлагаете? — невесело поинтересовалась Вика. — Рано или поздно придётся начинать с нуля строить свою жизнь. Ничего мне не в первой. Как-нибудь справлюсь.
— Зачем всё начинать с нуля одной, когда если можно выйти замуж? — хмуро поинтересовался мужчина.
— Извините, но я вас не совсем понимаю, — растерялась девушка, не улавливая логику Алексея.
— Я предлагаю тебе выйти за меня замуж! — второе предложение руки и сердца в ее жизни прозвучало настолько неожиданно, что надолго лишило дара речи.
Викторию бросил у алтаря её жених, и теперь его старший брат предлагает свою кандидатуру в качестве мужа...
Выберите полку для книги