Читать и слушать книги

Он не чувствует. Но живёт только когда она рядом.
Лиза - из мира утончённых манер и идеальных платьев.
Андрей - из тьмы ночных гонок, где эмоции заменяет скорость, а сердце бьётся только на скорости двести километров в час.

Он: адвокат в идеальном костюме с репутацией профи, который по ночам рискует всем ради адреналина.
Она: девочка, которая сбежала от пафоса ради мужчины, не умеющего сказать «я люблю» или даже «я чувствую».

Их связь не про нежность. Про хватку.
Мужчина с дефектом и правильная девочка, есть ли будущее у этих отношений?

— Варя, подожди. Это не то, что ты думаешь.
А женщина на кровати не стала ни закрываться, ни вскакивать, ни лепетать оправдания. Она медленно села, натянула на плечо мою же манеру держаться и улыбнулась мне. Моей улыбкой. Той самой, которую я считала только своей.
— Здравствуй, сестрёнка.
Она произнесла это так, словно это я пришла к ней в гости не вовремя, словно мне здесь нечего делать, а она сейчас будет очень мила, объясняя, что к чему. Я смотрела в собственное лицо напротив и сказала единственное, на что хватило голоса.
— Яна.

Я всегда считала, что моё место — у плиты. Что мои руки нужны только для того, чтобы месить тесто, а сердце — чтобы хранить молчание. Но жизнь — она как острый нож: режет неожиданно и глубоко. Я впустила в свой мир того, кто должен был остаться за дверью, и сама не заметила, как перестала быть просто наёмным поваром в чужом доме. Теперь я не просто женщина, которая умеет ждать и прятаться. Я та, кто посмела поверить, что заслуживает не только благодарности за ужин, но и любви — той, что согревает даже в самую холодную ночь. И пусть путь был долгим и полным сомнений, я наконец поняла: счастье не в том, чтобы быть найденной, а в том, чтобы перестать бояться быть собой.

— Это анализ ДНК, Яна.
— Павел, я только что родила тебе сына.
— Не мне. Он не мой. И домой ты с ним не поедешь.
В день выписки муж бросил меня на крыльце роддома с младенцем на руках и любовницей за плечом. Одна бумага с печатью должна была перечеркнуть всё: наш брак, моего сына, мою жизнь и моё право на правду.
Павел не знал одного: в тот день на крыльце роддома окажется генерал Роман Громов. Мужчина, который не станет спасать красивыми словами. Он просто не позволит им добить женщину, у которой на руках новорождённый ребёнок.

Мелиссе, как ей кажется, не повезло жить в странной семье. Необычные и непонятные фразы бабушки и дедушки, родителей, поведения братьев и сестры преследовали девочку с самого детства, и она чувствовала себя лишней в доме. Каждый день она видела «нормальных» людей на улице города и стыдилась своей семьи. Однако это лето многое изменит вокруг Мелиссы и в её мыслях. Бабушка, к которой Мелиссе и её сестре предстоит отправится, приверженка совсем других идей, и скоро девочка это поймёт. Странности её семьи вдруг станут для неё ценностями.

– Ире двадцать лет, а тебе сорок пять! Ты сошёл с ума?!
Муж холодно смотрит на меня.
– Истерика тебе не к лицу.
– Ты изменял мне прямо в нашей квартире…
– Можешь оставить её себе, я подписал бумаги. – Усмехается. Даже не пытается оправдаться. Уходит, хлопнув дверью.
Я тоже ухожу. Беременная.
Муж не узнает о ребёнке. Даже если найдёт меня, даже если снова вторгнется в мою жизнь.
Я смогу защитить свою дочь от человека, который предал нас обеих.

— Давай без истерик!
Персов кладёт кий на бильярдный стол и прищуривается.
Его женщины спешно покидают сауну, а я во все глаза смотрю на своего мужа. Ногти впиваются в ладони. Это не сон? Да нет, Аня, это не сон.
Демонстрируя идеальное тело и татуировку паука на всё плечо, муж нагло усмехается.
— Любимая, что-то не так? Я тебя обидел?
В горле встаёт ком. Ну вот и всё. Между нами пропасть, любимый, между нами, точно конец… Я тебя утоплю, и я это тебе гарантирую, сто процентов.

Марина привыкла прятать чувства за иронией и заполнять пустоту делами — пока в её жизни не появилось письмо из прошлого.

В ПЕРВЫЕ ДНИ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА
— Ты сейчас улыбнёшься, выйдешь ко всем и скажешь, что гордишься мной, — тихо произнёс муж, поправляя запонку. — Поняла, Лена?
— А если не скажу?
Он даже не повернулся. Только усмехнулся, будто я была не женой, а плохо обученной секретаршей.
— Тогда завтра у тебя не будет ни дома, ни сына, ни фамилии. Я всё подготовил.
Я стояла за кулисами городского форума, в дорогом платье, которое он сам выбрал для «идеальной семьи», и смотрела на экран его телефона. На нём была переписка с беременной любовницей. И документы, где моя жизнь уже аккуратно поделена без меня.
Муж хотел, чтобы я стала красивой декорацией в его депутатской карьере. Молчаливой, удобной, благодарной. Но в тот вечер я поняла: если меня уже вычеркнули из его будущего, значит, мне пора вычеркнуть его из своего.
Только он ещё не знал, что самый опасный человек на этом форуме — не его соперник. А женщина, которую он считал сломанной.

Настя вдруг сжимает мою руку с неожиданной силой. Ее глаза широко раскрыты, в них отчаяние.
– Алекс, послушай… – она задыхается, слова даются с трудом. – Это не только мой сын. Он и твой сын... Прости, что скрывала.
Мир на секунду замирает. Меня шатает, и я ошеломленно хватаюсь за каталку. А после смотрю на пацана, и вижу в нем себя. Черт... Да какого хрена?
– Послушай… – Настя хватает воздух ртом. – Я боюсь… если со мной что‑то случится во время операции… я не хочу, чтобы он попал в детдом. Обещай, что позаботишься о нем.
_________________
Он – мой лечащий врач. И мой бывший. Но он не знает, что мой сын – от него.