Читать и слушать книги

— Поздравляю, — врач смотрит на Прохора. — Ваша жена беременна. Срок — семь-восемь недель.
Замираю. Считаю в уме. Его не было девять недель. Девять. Если семь-восемь, он решит, что это не его ребёнок.
— Это ошибка! — кричу врачу оглушённая чудовищной ложью. Обращаюсь к мужу: — Я никогда не изменяла тебе! Ребёнок твой! Только твой!
Не понимаю, что происходит в этой клинике?
— Давай сделаем ДНК, — предлагаю с мольбой в голосе. — Я докажу, что меня оболгали!
Врач качает головой.
— Это опасно для плода, — произносит как приговор. — На таком раннем сроке. Ребёнок может родиться с патологиями.
Понимаю, что свекровь всё подстроила и оплатила, но как доказать? Смотрю на мужа с мольбой. Надеюсь, что он встанет на мою сторону.
— Нет, — говорит он жёстко. — Мы не станем рисковать жизнью и здоровьем ребёнка моего друга. Я уже знаю правду. Мама права — ты изменяла мне с Костей.
В один день я из статуса "любимой жены" превращаюсь в "брошенку", и оказываюсь на улице чужого города.

Школьник Егор готов на всё, чтобы вытащить мать из нищеты. Даже на ложь. Его план прост и отчаян: под видом просьбы помочь с учебным проектом он звонит успешному экономисту — единственному человеку, который, как ему кажется, способен изменить их жизнь. Но чтобы получить шанс на встречу, Егору нужно выдержать череду испытаний: бесконечные отсрочки, странные ночные сообщения, болезнь наставника и его внезапное исчезновение на три недели.
С каждым новым обещанием, которое экономист не сдерживает, надежда Егора становится всё более хрупкой. А когда встреча наконец происходит, подросток узнаёт настоящую цену взрослой помощи. Оказывается, даже самые светлые слова могут быть лишь ширмой для холодного расчёта.
Это история о том, как мальчик учится различать искренность и манипуляцию, сталкивается с цинизмом мира взрослых и понимает: единственный, на кого можно положиться, — это он сам. И что иногда самый смелый поступок — не просить о помощи, а принять горькую правду и идти дальше — одному.

— Коля, — киваю в сторону девушки рядом с диджеем. — Кто такая?
Он щурится, всматриваясь.
— Так это Надька. Директор клуба. Организует всё, кружки ведёт. Сирота, из детдома. Снимает угол у тётки своей.
— Смотрит на меня постоянно, — замечаю я.
— Ага, — Серёга усмехается. — Тоже заметил. Глаз не сводит.— Он моментально оживляется. — Слышь, Коль, тут байка ходит. Говорят, она девственница.
Я чуть не давлюсь колой.
— Мне не даст, пробовал подкатить. Это тебя у нас бабы любят как кошки. Я на твоём месте не растерялся бы, — Серёга ухмыляется. — Давай на спор. Сегодня. Или завтра. Переспи с ней, проверь. Врут или нет? Хоть повеселимся.
— Если пересплю, то что?
— Мы с Колей ставим ящик коньяка.

— Яна, ты сама всё видела, — говорит ледяным тоном несостоявшаяся свекровь. — Не позорь нас и сама не позорься, уезжай. Мой сын теперь с Викой. У них будет всё, что ты никогда не сможешь ему дать. Ты для него — не более чем игрушка. Наигрался и выбросил. И если попытаешься вернуться в страну, посмеешь вмешиваться в его жизнь, я устрою тебе ад. У меня есть рычаги и возможности. Генерал мне поможет. У следователя уже лежит заявление на кражу тобой моего колье с изумрудами. Не дам ему ход ещё пару дней. За это время исчезни. Или вместо работы в хорошей клинике, окажешься на нарах в женской тюрьме. Ты меня поняла?
Я молчу. В душе ни боли, ни страха. Лишь глухая, холодная пустота, в которой не осталось ни искры жизни.
— Я поняла, — отвечаю тихо. — Не волнуйтесь. Я уеду.
— И не вздумай звонить Трофиму, — добавляет она. — Он не хочет тебя слышать. У него теперь другая жизнь. Не стоит раздражать его невесту.

– Кого он потерял? Ты серьезно?! Он меня потерял – человека, который любил его, все для него делал и никогда бы не предал! Я от карьеры отказалась, полжизни убила на то, чтобы его обстирывать и готовить!
– Псс! – Регина даже голову от меня отвернула, уперлась взглядом в стену, словно я недостойна ее взгляда. – Ты серьезно считаешь, что для твоего мужа это проблема? Найти себе женщину, которая будет его обстирывать и готовить?
– Ну пусть ищет, посмотрим.
– А и смотреть нечего. Ему для этого жениться не нужно. Соседку мою, Анну, твой Костик уже пригласил за домом следить и поварёшничать.
– Регин, ну я всегда знала, что ты гадина изрядная! Специально по больному месту бьешь?
– А как же! Просто так не зарастет, нужно поковырять немного…

«Угадывай, кого он потерял», — сказала гадалка. Муж со мной разводится, выселяет из дома, а она со своими дурацкими советами!
Или в ее словах всё же что-то есть важное?

Она потеряла ребёнка, дважды. И если в своём времени ей отомстить не удалось, то судьба решила расщедриться на второй шанс. Правда, её милость весьма условна, ведь Настя угодила в тело крепостной, бесправной женщины, проданной роднёй барину в полное подчинение. Сможет ли отомстить обидчику героиня?

В книге вы встретитесь:
– с самодурством барыни,
– с необузданностью юного барина,
– с неприятными сторонами крепостничества,
– с вольным духом степей Черноземья,
– со смешением народных говоров, что характерно для мест, о которых пойдёт речь.

Счастливый эпилог ожидается, но весьма условный.

В день развода взрослая дочь моего бывшего мужа поставила у двери чемодан.

— Я еду с тобой.

Олег решил, что я украла у него дочь, клиентов и дело. Но Майе двадцать два, и она сама выбирает, кого считать семьей. А я впервые за тринадцать лет выбираю себя.

Чтобы открыть центр реабилитации животных, мне придется начать с нуля, выдержать давление бывшего и не спутать честную помощь с новой зависимостью. Инженер Игорь Веденин не обещает меня спасти. Он просто оказывается рядом и делом доказывает, что взрослые отношения могут строиться без контроля и унижения.

Но вскоре выясняется: Игоря связывает с Олегом договор, способный оставить мой центр без оборудования в решающий момент. Он скрыл этот риск, надеясь все уладить сам.

Я уже выбрала себя. Теперь Игорю придется доказать, что рядом со мной он хочет быть партнером, а не еще одним мужчиной, который решает за двоих.

Когда он уходил к молодой, он оставил ей долги, старую машину и ипотеку. А она нашла в его забытой папке бизнес-план, который он когда-то забраковал. Через два года её стартап продают за сумму с шестью нулями. Он приходит проситься обратно.

Мой жених сидит на заднем сиденье. Света и Наташа целуют его с двух сторон, а он довольно смеётся, запрокинув голову. Я хочу открыть дверь, разбить стекло,.
— Не унижайся, — останавливает подруга. — Выставишь себя посмешищем!
Слёзы застилают глаза.Спрашиваю, почти беззвучно:
— Что мне делать?
Эмма гладит меня по голове, как маленькую.
— Судьба сама толкает тебя в нужном направлении. Джон улетает через три дня в Англию и хочет жениться на тебе. Соглашайся. Будешь жить в Лондоне. Забудешь это предательство, как страшный сон. Выйдешь замуж. Вылечишь отца...
Я улетаю в Англию, попадаю в золотую клетку. Рожаю дочерей-близняшек, а через пять лет узнаю, что вся моя жизнь была срежиссирована моей лучшей подругой с одной целью...

— Чьи это? — поднимаю руку. Трусы болтаются на пальце. Бордовое пятно в утреннем свете.
Муж смотрит. Не понимает. Потом доходит.
— Твои, — голос неуверенный, — ты что, не видишь?
— Мои? — я усмехаюсь. — Смотри.
Оттягиваю резинку своих трусов. Демонстрирую край кружева на бёдрах.
— Мои — на мне. А эти — чьи?
Он бледнеет. С лица спадает краска. Становится серым, как бетонная стена дачного забора.
— Не знаю, — выдавливает. — Наверное, старые.
— Старые? — я горько смеюсь. — Старые трусы не покупают в бутике на Кутузовском. И не дарят подругам на день рождения. Эти — из той же коллекции, что мои. Две одинаковые модели, Андрей. Одна у меня, вторая — у моей подруги, Оксаны.