Читать и слушать книги
— Нам нужно развестись, — заявляет муж.
— Шутка такая? — ставлю перед ним тарелку с рагу.
— Нет. Так получилось, что наш брак … он изжил себя.
— Что ты несешь? Мы в браке менее пяти лет.
— Да. И я понял, что прежде всего брак должен быть взаимовыгодным союзом. Мы же не усиливаем друг друга. Ты тянешь меня назад.
— А как же любовь?
— Какая любовь, Лиза! — морщится. — Ты серая и скучная, мне даже перед партнерами стыдно появиться с тобой.
— У тебя другая? — спрашиваю то, что меня беспокоит последние несколько дней.
— Не стану лгать. Я собираюсь жениться на Анастасии. С ней у меня больше общего, а самое главное, что это будет взаимовыгодный союз. Поэтому… даю тебе неделю на сборы.
Муж посчитал наш брак невыгодным для своей карьеры, и выкинул меня из дома. Я ушла не оглядываясь, решив умолчать о моей долгожданной беременности. А спустя полгода он снова объявился в моей жизни, требуя вернуться к нему, в противном случае он отберет у меня ребенка.
— Шутка такая? — ставлю перед ним тарелку с рагу.
— Нет. Так получилось, что наш брак … он изжил себя.
— Что ты несешь? Мы в браке менее пяти лет.
— Да. И я понял, что прежде всего брак должен быть взаимовыгодным союзом. Мы же не усиливаем друг друга. Ты тянешь меня назад.
— А как же любовь?
— Какая любовь, Лиза! — морщится. — Ты серая и скучная, мне даже перед партнерами стыдно появиться с тобой.
— У тебя другая? — спрашиваю то, что меня беспокоит последние несколько дней.
— Не стану лгать. Я собираюсь жениться на Анастасии. С ней у меня больше общего, а самое главное, что это будет взаимовыгодный союз. Поэтому… даю тебе неделю на сборы.
Муж посчитал наш брак невыгодным для своей карьеры, и выкинул меня из дома. Я ушла не оглядываясь, решив умолчать о моей долгожданной беременности. А спустя полгода он снова объявился в моей жизни, требуя вернуться к нему, в противном случае он отберет у меня ребенка.
– Ты сам всё испортил, дурак! Сам! А теперь корчишь из себя примерного муженька!
Орет новая жена моего бывшего мужа.
– Ты просто дешёвка! – разносится на всю округу мужской бас. –Легкодоступная лживая дрянь! Надеялась, я не узнаю, что ты спишь с этим подонком?!
Блондиночка в розовом пальто отшатывается, но не замолкает.
– Он не подонок, он твой лучший юрист. А ты?! Ты сам–то, кто? Три года голову мне морочишь, кормишь обещаниями! Это ты виноват, что у нас все так вышло! Вечно сравнивал меня с ней, с бывшей своей!
Я стою в стороне и не могу пошевелиться. Наблюдаю за двумя голубками по вине которых разрушилась моя жизнь...
Орет новая жена моего бывшего мужа.
– Ты просто дешёвка! – разносится на всю округу мужской бас. –Легкодоступная лживая дрянь! Надеялась, я не узнаю, что ты спишь с этим подонком?!
Блондиночка в розовом пальто отшатывается, но не замолкает.
– Он не подонок, он твой лучший юрист. А ты?! Ты сам–то, кто? Три года голову мне морочишь, кормишь обещаниями! Это ты виноват, что у нас все так вышло! Вечно сравнивал меня с ней, с бывшей своей!
Я стою в стороне и не могу пошевелиться. Наблюдаю за двумя голубками по вине которых разрушилась моя жизнь...
— Думал, я не узнаю про то, что ты мне изменяешь? Я сама слышала, как ты хвастался перед своими дружками. “Моя дура слепая, она ничего не заподозрит.”
Заподозрила. Ещё как!
Сначала я хотела просто уйти. Потом подумала — а почему он должен отделаться легко?
Он посмеялся надо мной — значит, посмеются и над ним.
Мы с подругами сели на кухне, включили чайник и начали планировать акт возмездие. Спокойное, точное, с изюминкой. Он думал, я проглочу? Он ошибся.
Заподозрила. Ещё как!
Сначала я хотела просто уйти. Потом подумала — а почему он должен отделаться легко?
Он посмеялся надо мной — значит, посмеются и над ним.
Мы с подругами сели на кухне, включили чайник и начали планировать акт возмездие. Спокойное, точное, с изюминкой. Он думал, я проглочу? Он ошибся.
Одна измена и жизнь Виктории треснула пополам.
Бывший муж думал, что после измены она будет плакать. Он ошибся.
Теперь его карьера зависит от её слова, а её сердце почему – то трепещет от мужчины, чьи намерения скрыты за безупречным костюмом.
Бывший муж думал, что после измены она будет плакать. Он ошибся.
Теперь его карьера зависит от её слова, а её сердце почему – то трепещет от мужчины, чьи намерения скрыты за безупречным костюмом.
— Вы заказывали выездную консультацию адвоката?
— Да, проходите.
Это была обычная консультация. Пока я не увидела на фото — своего мужа.
Его руки на животе беременной клиентки.
Она спокойно говорила: «Он скоро разведётся. Говорит, любит меня. Малыш может претендовать на бизнес своего отца».
А я просто сидела и слушала. Каждое слово било в грудь.
Ручка треснула в руке — и в ту же секунду двадцать лет брака разбились, как стекло. Ни крика, ни слёз — только холодная тишина, из которой выросла одна цель: отомстить.
— Да, проходите.
Это была обычная консультация. Пока я не увидела на фото — своего мужа.
Его руки на животе беременной клиентки.
Она спокойно говорила: «Он скоро разведётся. Говорит, любит меня. Малыш может претендовать на бизнес своего отца».
А я просто сидела и слушала. Каждое слово било в грудь.
Ручка треснула в руке — и в ту же секунду двадцать лет брака разбились, как стекло. Ни крика, ни слёз — только холодная тишина, из которой выросла одна цель: отомстить.
— Мама! Мама! Там моя мама! — кричит девочка на другой стороне дороги, указывая в мою сторону.
Её бледные щёчки покрыты слезами, а губы дрожат.
Два здоровенных амбала тащат её к тонированному чёрному автомобилю. Рядом с этой машиной стоит высокий темноволосый мужчина, чей тяжёлый взгляд направлен тоже на меня.
Я вздрагиваю, потому что... лицо этого человека кажется мне знакомым, хотя я точно нигде не могла с ним встречаться. Во всяком случае, после аварии.
— Надь, ты в порядке? — рука подруги касается моего плеча. — Что с тобой?
На мгновение я переключаю внимание на неё, а когда снова смотрю в сторону машины — девочка, незнакомый мужчина и два шкафообразных секьюрити уже скрываются в салоне.
— Не знаю... Вроде в порядке... Просто показалось, — отвечаю Мире, пытаясь справиться со странным чувством, будто я что-то забыла... Что-то очень важное...
Её бледные щёчки покрыты слезами, а губы дрожат.
Два здоровенных амбала тащат её к тонированному чёрному автомобилю. Рядом с этой машиной стоит высокий темноволосый мужчина, чей тяжёлый взгляд направлен тоже на меня.
Я вздрагиваю, потому что... лицо этого человека кажется мне знакомым, хотя я точно нигде не могла с ним встречаться. Во всяком случае, после аварии.
— Надь, ты в порядке? — рука подруги касается моего плеча. — Что с тобой?
На мгновение я переключаю внимание на неё, а когда снова смотрю в сторону машины — девочка, незнакомый мужчина и два шкафообразных секьюрити уже скрываются в салоне.
— Не знаю... Вроде в порядке... Просто показалось, — отвечаю Мире, пытаясь справиться со странным чувством, будто я что-то забыла... Что-то очень важное...
— Тём, я беременна! — кричу в широкую спину. — Я не хочу потерять ребенка. Прошу, помоги. Только на лечение…
Останавливается. В его глазах удивление, гнев... и отвращение.
— Ты ошибаешься. Я впервые тебя вижу, — чеканит острые, как лед, слова. — В первый и в последний раз. Выведите ее отсюда. — Кивает охране.
— Андрей Максимович, вас ждем, — выходит из зала секретарша.
«Андрей? Но… как это возможно?» – хочу спросить, но охранник подхватывает документы с пола и тащит меня дальше по коридору, отдаляя от Артёма-Андрея.
Это не тот Власов – понемногу доходит до меня. А значит, и не его ребенок. И у этого Власова в жилах, похоже, действительно какая-то другая жидкость…
***
Между нами – всего одна ночь, после которой я осталась одна с беременностью, оказавшейся под угрозой. Чтобы сохранить малыша, я вынуждена обратиться за помощью к его отцу. Вот только встретила я не Артёма. А его брата-близнеца. И за помощь он требует слишком высокую плату.
Останавливается. В его глазах удивление, гнев... и отвращение.
— Ты ошибаешься. Я впервые тебя вижу, — чеканит острые, как лед, слова. — В первый и в последний раз. Выведите ее отсюда. — Кивает охране.
— Андрей Максимович, вас ждем, — выходит из зала секретарша.
«Андрей? Но… как это возможно?» – хочу спросить, но охранник подхватывает документы с пола и тащит меня дальше по коридору, отдаляя от Артёма-Андрея.
Это не тот Власов – понемногу доходит до меня. А значит, и не его ребенок. И у этого Власова в жилах, похоже, действительно какая-то другая жидкость…
***
Между нами – всего одна ночь, после которой я осталась одна с беременностью, оказавшейся под угрозой. Чтобы сохранить малыша, я вынуждена обратиться за помощью к его отцу. Вот только встретила я не Артёма. А его брата-близнеца. И за помощь он требует слишком высокую плату.
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🔥
— Ты для него просто пустышка, Алён. Бракованная женщина, которая даже родить не может.
Это сказала моя лучшая подруга, наряжая со мной ёлку. Просто между делом, поправляя на ветке гирлянду:
— А я беременна от твоего мужа. Две полоски за два месяца.
Тебе три года не хватило. Естественный отбор, дорогая.
И, легко улыбаясь, добавила:
— Собери вещи и освободи квартиру. Мы с малышом хотим жить в нормальных условиях.
А вечером я стояла в аэропорту и смотрела, как он нежно прижимает её к себе. Как целует, как осторожно гладит её живот.
И поняла, что единственный, кто верил в нашу любовь, — это я.
Как жить дальше, когда самая страшная измена — от двух самых близких людей?
— Ты для него просто пустышка, Алён. Бракованная женщина, которая даже родить не может.
Это сказала моя лучшая подруга, наряжая со мной ёлку. Просто между делом, поправляя на ветке гирлянду:
— А я беременна от твоего мужа. Две полоски за два месяца.
Тебе три года не хватило. Естественный отбор, дорогая.
И, легко улыбаясь, добавила:
— Собери вещи и освободи квартиру. Мы с малышом хотим жить в нормальных условиях.
А вечером я стояла в аэропорту и смотрела, как он нежно прижимает её к себе. Как целует, как осторожно гладит её живот.
И поняла, что единственный, кто верил в нашу любовь, — это я.
Как жить дальше, когда самая страшная измена — от двух самых близких людей?
Многие годы мы счастливо жили с любимым. На расстоянии. Но стоило съехаться, как моя жизнь превратилась в ад.
Роскошная обложка от LeraSmart
Роскошная обложка от LeraSmart
Сын был в курсе измен отца и узнаю случайно, подслушав их разговор.
- Отец, я тебя прикрою – не переживай. Разверну ее на входе, а если не получится, то скажу, что это телочка моя. Не разболтаю, что она твоя любовница. Телефон при себе держи.
- Смотри у меня!
- Обижаешь! – усмехается Игнат. – Еще докинешь соточку в качестве благодарности.
А после нашла сладкую парочку возле загородного домика для важных персон. Купались в купели с подогревом. Мужа по татуировке тигра на рельефной спине узнала. На нем восседала блондинка с пышными формами, и их едва прикрывали клочки белой ткани, называемые почему-то купальником.
Муж не считал себя виноватым.
- Сейчас успокаиваешься, разворачиваешься и не возникая едешь домой осторожно, - произносит цинично, пока его подстилка верещит без умолку. – Я не намерен обсуждать с тобой, чем занимаюсь в свободное от работы время. Ты моя жена, и твое дело детей рожать, что особо не удается. Остальное не должно волновать.
- Отец, я тебя прикрою – не переживай. Разверну ее на входе, а если не получится, то скажу, что это телочка моя. Не разболтаю, что она твоя любовница. Телефон при себе держи.
- Смотри у меня!
- Обижаешь! – усмехается Игнат. – Еще докинешь соточку в качестве благодарности.
А после нашла сладкую парочку возле загородного домика для важных персон. Купались в купели с подогревом. Мужа по татуировке тигра на рельефной спине узнала. На нем восседала блондинка с пышными формами, и их едва прикрывали клочки белой ткани, называемые почему-то купальником.
Муж не считал себя виноватым.
- Сейчас успокаиваешься, разворачиваешься и не возникая едешь домой осторожно, - произносит цинично, пока его подстилка верещит без умолку. – Я не намерен обсуждать с тобой, чем занимаюсь в свободное от работы время. Ты моя жена, и твое дело детей рожать, что особо не удается. Остальное не должно волновать.
Выберите полку для книги