Книги в жанре «Короткий любовный роман»
— Хочешь опять солгу, что ты моя единственная? — муж улыбнулся уголком губ. — Сейчас-то я не под присягой.
— Я всю молодость с тобой по военным городкам… — шепнула, сидя рядом с открытым чемоданом в гардеробной. — Дети до пятнадцати лет моря не видели. Ничего не видели. Отца не видели…
— Зато в моем сиянии всем жилось сытно и уютно, — потешался муж.
Он сидел в кресле, подпирал подбородок кулаком.
— Я тебя не прощу, — выдохнула коротко. — За эту девку из администрации, за ее беременность и за чертово закрытое завещание, где ты ей отписал наш дом в Гаграх…
Я с чемоданом вышла из гардеробной. Зажмурилась на мгновение.
— От кого ты узнала про закрытое завещание? — остановил меня супруг.
Я глубоко вздохнула. Как всегда привыкла делать «тихая жена генерала Карпатова».
— Опроси старых сослуживцев кто пожалел твою бедную супругу…
— Кто? — рыкнул муж, обдавая меня горячим дыханием.
— Тот, кто на протяжении всего нашего брака единственный не лгал и любил меня…
— Я всю молодость с тобой по военным городкам… — шепнула, сидя рядом с открытым чемоданом в гардеробной. — Дети до пятнадцати лет моря не видели. Ничего не видели. Отца не видели…
— Зато в моем сиянии всем жилось сытно и уютно, — потешался муж.
Он сидел в кресле, подпирал подбородок кулаком.
— Я тебя не прощу, — выдохнула коротко. — За эту девку из администрации, за ее беременность и за чертово закрытое завещание, где ты ей отписал наш дом в Гаграх…
Я с чемоданом вышла из гардеробной. Зажмурилась на мгновение.
— От кого ты узнала про закрытое завещание? — остановил меня супруг.
Я глубоко вздохнула. Как всегда привыкла делать «тихая жена генерала Карпатова».
— Опроси старых сослуживцев кто пожалел твою бедную супругу…
— Кто? — рыкнул муж, обдавая меня горячим дыханием.
— Тот, кто на протяжении всего нашего брака единственный не лгал и любил меня…
– У Арслана сейчас свадьба! Он женится на достойной!
Тетка мужа хватает меня за волосы, поднимает так, что у меня искры из глаз сыплются.
– Арслан опомнился! Решил взять достойную жену! Ту, которая способна выносить и родить сильных сыновей! Не чету тебе! Гулящей!
– Что вы такое говорите?! Что несете?!
– Арслан приказал выгнать тебя до его приезда с новой женой! Если останешься, он сам с тебя три шкуры спустит и не пожалеет для тебя ни палки, ни камня! Такие, как ты, – позор для нашего достопочтенного рода!
В мою спальню с мужем ворвалась стая родственниц мужа, меня за волосы выволокли на улицу, избили, пока мой муж брал вторую жену. Не подозревая, что его бесплодная жена уже носит под сердцем сына…
❗Быстрая выкладка❗
Тетка мужа хватает меня за волосы, поднимает так, что у меня искры из глаз сыплются.
– Арслан опомнился! Решил взять достойную жену! Ту, которая способна выносить и родить сильных сыновей! Не чету тебе! Гулящей!
– Что вы такое говорите?! Что несете?!
– Арслан приказал выгнать тебя до его приезда с новой женой! Если останешься, он сам с тебя три шкуры спустит и не пожалеет для тебя ни палки, ни камня! Такие, как ты, – позор для нашего достопочтенного рода!
В мою спальню с мужем ворвалась стая родственниц мужа, меня за волосы выволокли на улицу, избили, пока мой муж брал вторую жену. Не подозревая, что его бесплодная жена уже носит под сердцем сына…
❗Быстрая выкладка❗
ПОЛНЫЙ ТЕКСТ💙
— Я люблю её, Поль. Но от тебя уходить не собирался.
— Как удобно.
— У нас дочь. Семья. Одиннадцать лет вместе. Неужели ты всё разрушишь из-за одной женщины?
Смотрю на мужа и даже не верю, что он говорит это всерьёз.
— Это я разрушу?
— А чего тебе не хватало? Я был рядом, обеспечивал семью…
— И восемь месяцев спал с другой.
Денис раздражённо выдыхает.
— Хочешь знать, почему я выбрал её?
— Очень.
— Тогда подойди к зеркалу, Полина. А потом вспомни, как выглядит Милана.
Мне тридцать шесть. Я вешу почти сто килограммов. У меня десятилетняя дочь и муж, который решил, что его предательство — следствие моей неидеальной фигуры.
Денис уверен, что после одиннадцати лет брака я проглочу измену и останусь удобной женой.
А я смотрю в зеркало и впервые думаю совсем о другом.
Если мой вес — такая большая проблема, почему именно он однажды умолял меня выйти за него замуж?
— Я люблю её, Поль. Но от тебя уходить не собирался.
— Как удобно.
— У нас дочь. Семья. Одиннадцать лет вместе. Неужели ты всё разрушишь из-за одной женщины?
Смотрю на мужа и даже не верю, что он говорит это всерьёз.
— Это я разрушу?
— А чего тебе не хватало? Я был рядом, обеспечивал семью…
— И восемь месяцев спал с другой.
Денис раздражённо выдыхает.
— Хочешь знать, почему я выбрал её?
— Очень.
— Тогда подойди к зеркалу, Полина. А потом вспомни, как выглядит Милана.
Мне тридцать шесть. Я вешу почти сто килограммов. У меня десятилетняя дочь и муж, который решил, что его предательство — следствие моей неидеальной фигуры.
Денис уверен, что после одиннадцати лет брака я проглочу измену и останусь удобной женой.
А я смотрю в зеркало и впервые думаю совсем о другом.
Если мой вес — такая большая проблема, почему именно он однажды умолял меня выйти за него замуж?
Пять лет назад я открыла свою фотостудию. Сейчас на меня работает команда профессионалов, но даже у них случаются форс-мажоры.
Сегодня утром была заказана съёмка в роддоме. Её должна была проводить Катя, но у неё заболел ребёнок, и мне пришлось выехать вместо неё.
Я прошла в холл и подняла камеру.
В 10:12 дверь из родильного блока открылась. Я навела объектив, готовясь запечатлеть счастливый момент.
Из дверей вышла женщина с малышом в голубом конверте. Навстречу ей из толпы шагнул мужчина.
Идеальная семья. Мама, папа и малыш в голубом конверте.
Только отец этого ребёнка — мой муж.
— Павел… — только и смогла сказать я.
— Стася? Что ты здесь делаешь? Ты же должна быть дома.
Сегодня утром была заказана съёмка в роддоме. Её должна была проводить Катя, но у неё заболел ребёнок, и мне пришлось выехать вместо неё.
Я прошла в холл и подняла камеру.
В 10:12 дверь из родильного блока открылась. Я навела объектив, готовясь запечатлеть счастливый момент.
Из дверей вышла женщина с малышом в голубом конверте. Навстречу ей из толпы шагнул мужчина.
Идеальная семья. Мама, папа и малыш в голубом конверте.
Только отец этого ребёнка — мой муж.
— Павел… — только и смогла сказать я.
— Стася? Что ты здесь делаешь? Ты же должна быть дома.
– Тёть Соня! Гошу сбили!
Моего сына сбила самокатчица в парке, когда он гулял с друзьями.
– Мам… – у сына белые губы. – Я руку сломал. Мне больно.
– Больно ему! – капризный голос. – Да он сам мне под колёса кинулся!
Девица в шортиках. Рыжая. И я её где-то видела...
– Да ты знаешь, сколько мой айфон стоит?! – презрительно смотрит на меня. – Я скажу любимому, что разбила телефончик из-за твоего тупого пацана! Тебе не жить, курица!
– Заткнись, – цежу. – Полиция разберётся.
На обочине тормозит чёрный «Мерседес».
Муж.
Срывается. Бежит к нам.
Но я не говорила ему. Не успела. Откуда он узнал?
– Вить…
Он пробегает мимо. Даже не взглянул на сына. Присаживается на корточки рядом с самокатчицей и тихо спрашивает:
– Ты в порядке, пусён?
Хорошо, дорогой. Иди к своей пусёне.
Ты купил дочь. Покалечил сына. Подставил меня.
Но я не буду просить пощады.
Потому что умолять будешь ты, когда твоя новая жизнь превратится в ад!
Моего сына сбила самокатчица в парке, когда он гулял с друзьями.
– Мам… – у сына белые губы. – Я руку сломал. Мне больно.
– Больно ему! – капризный голос. – Да он сам мне под колёса кинулся!
Девица в шортиках. Рыжая. И я её где-то видела...
– Да ты знаешь, сколько мой айфон стоит?! – презрительно смотрит на меня. – Я скажу любимому, что разбила телефончик из-за твоего тупого пацана! Тебе не жить, курица!
– Заткнись, – цежу. – Полиция разберётся.
На обочине тормозит чёрный «Мерседес».
Муж.
Срывается. Бежит к нам.
Но я не говорила ему. Не успела. Откуда он узнал?
– Вить…
Он пробегает мимо. Даже не взглянул на сына. Присаживается на корточки рядом с самокатчицей и тихо спрашивает:
– Ты в порядке, пусён?
Хорошо, дорогой. Иди к своей пусёне.
Ты купил дочь. Покалечил сына. Подставил меня.
Но я не буду просить пощады.
Потому что умолять будешь ты, когда твоя новая жизнь превратится в ад!
Достаю телефон, открываю заметки — те же, где вчера ночью написала список целей. Добавляю строки одну за другой:
Новый имидж — начато.
Бизнес — придумать направление.
Публичное появление — выбрать момент.
Мужчина рядом — не срочно, но держать в уме.
Убираю телефон, поднимаю взгляд на отражение в стекле витрины. Женщина смотрит на меня с прямой спиной, ничего не прячет за чёлкой и ни за что не извиняется — даже за собственное лицо.
— Ольга, — говорю почти беззвучно, одними губами, — ты меня не узнаешь. И это только начало.
Отражение улыбается первым.
Новый имидж — начато.
Бизнес — придумать направление.
Публичное появление — выбрать момент.
Мужчина рядом — не срочно, но держать в уме.
Убираю телефон, поднимаю взгляд на отражение в стекле витрины. Женщина смотрит на меня с прямой спиной, ничего не прячет за чёлкой и ни за что не извиняется — даже за собственное лицо.
— Ольга, — говорю почти беззвучно, одними губами, — ты меня не узнаешь. И это только начало.
Отражение улыбается первым.
- Уберите руки! - шиплю я в темноте сарая, вжимаясь в доски.
- Я просто ищу щеколду, - раздается над ухом шёпот Артура. - Тут слишком тесно, сложно ничего не задеть.
- Щеколда на двери, а не на моём бедре!
- Простите, в темноте трудно ориентироваться. Особенно, когда здесь так много... вас.
- Это шикарные формы! Уберите лапы!
- Мы застряли надолго, Аглая, - хмыкает он, не убирая горячих ладоней с моей талии. - Придётся договариваться.
+++++++
Я сбежала в деревню «Дно» лечить нервы после развода. План был прост: грядки, тишина и ноль мужчин. Но мой покой снес бампером джипа столичный бизнесмен.
Артур бесит меня до скрежета зубов! Самоуверенный, привыкший всё решать деньгами, он до нервной дрожи напоминает моего бывшего мужа.
По условиям завещания этому пижону нужно выжить здесь месяц без копейки в кармане и собрать 50 подписей местных, иначе он всё потеряет. Соседи уже устроили ему ад, заставляя батрачить за каждую роспись.
Но его главная проблема - я.
- Я просто ищу щеколду, - раздается над ухом шёпот Артура. - Тут слишком тесно, сложно ничего не задеть.
- Щеколда на двери, а не на моём бедре!
- Простите, в темноте трудно ориентироваться. Особенно, когда здесь так много... вас.
- Это шикарные формы! Уберите лапы!
- Мы застряли надолго, Аглая, - хмыкает он, не убирая горячих ладоней с моей талии. - Придётся договариваться.
+++++++
Я сбежала в деревню «Дно» лечить нервы после развода. План был прост: грядки, тишина и ноль мужчин. Но мой покой снес бампером джипа столичный бизнесмен.
Артур бесит меня до скрежета зубов! Самоуверенный, привыкший всё решать деньгами, он до нервной дрожи напоминает моего бывшего мужа.
По условиям завещания этому пижону нужно выжить здесь месяц без копейки в кармане и собрать 50 подписей местных, иначе он всё потеряет. Соседи уже устроили ему ад, заставляя батрачить за каждую роспись.
Но его главная проблема - я.
— Я тобой брезгую, — спокойно говорит мой муж.
В нашу брачную ночь.
Смотрю на Азамата и не узнаю того, кого когда-то считала самым достойным мужчиной.
— Подбирать то, что уже потоптано чужими ногами, не в моих правилах, — чеканит он. — Сиди тихо и пользуйся шансом, который тебе подарила судьба.
— А как же... наследники? — вырывается у меня.
Он усмехается и берёт с комода ключи от машины.
— То, что я брезгую своей женой, не значит, что я собираюсь держать целибат. Меня ждёт долгая и очень приятная ночь. С той, к которой захочется прикоснуться...
В нашу брачную ночь.
Смотрю на Азамата и не узнаю того, кого когда-то считала самым достойным мужчиной.
— Подбирать то, что уже потоптано чужими ногами, не в моих правилах, — чеканит он. — Сиди тихо и пользуйся шансом, который тебе подарила судьба.
— А как же... наследники? — вырывается у меня.
Он усмехается и берёт с комода ключи от машины.
— То, что я брезгую своей женой, не значит, что я собираюсь держать целибат. Меня ждёт долгая и очень приятная ночь. С той, к которой захочется прикоснуться...
До свадьбы моей старшей дочери оставалось девять дней, когда жених позвонил и сказал, что её не будет.
А через несколько часов его мать вошла в наш дом и бросила:
— Сначала разберитесь, кто у вас кому мать. Потом приходите свататься.
Я ждала, что муж возмутится. Что свекровь потребует объяснений. Что три мои золовки хотя бы удивятся.
Но никто не удивился.
Одна заплакала.
Муж попросил меня «не поднимать то, что давно похоронено».
А свекровь велела увести из комнаты мою пятнадцатилетнюю дочь.
К утру я узнаю, что двадцать два года жила в семье, где правду обо мне знали все.
И это окажется только первой тайной моего мужа.
А через несколько часов его мать вошла в наш дом и бросила:
— Сначала разберитесь, кто у вас кому мать. Потом приходите свататься.
Я ждала, что муж возмутится. Что свекровь потребует объяснений. Что три мои золовки хотя бы удивятся.
Но никто не удивился.
Одна заплакала.
Муж попросил меня «не поднимать то, что давно похоронено».
А свекровь велела увести из комнаты мою пятнадцатилетнюю дочь.
К утру я узнаю, что двадцать два года жила в семье, где правду обо мне знали все.
И это окажется только первой тайной моего мужа.
Я искала мужа всего пять минут — и нашла его в комнате за банкетным залом, с расстёгнутой рубашкой и моей младшей сестрой, прижавшейся к нему слишком близко.
— Только не кричи, — говорит Кристина и даже не думает отстраниться. — Тебе всё равно никто не поверит.
И она права. Два часа назад мы расписались — теперь я не невеста, а жена, и бежать из этого брака с воплем некуда. А когда наутро я прихожу к родителям с правдой, отец устало просит «не раздувать»: это же младшая, она не могла.
Мне не верит никто. Что ж. Доказывать словами я больше не стану.
Они забрали моего мужа, моё место в семье и моё доброе имя — и уверены, что выиграли. Они только не поняли, кого впустили в свой круг.
Я не закачу скандал. Я просто заберу всё...
— Только не кричи, — говорит Кристина и даже не думает отстраниться. — Тебе всё равно никто не поверит.
И она права. Два часа назад мы расписались — теперь я не невеста, а жена, и бежать из этого брака с воплем некуда. А когда наутро я прихожу к родителям с правдой, отец устало просит «не раздувать»: это же младшая, она не могла.
Мне не верит никто. Что ж. Доказывать словами я больше не стану.
Они забрали моего мужа, моё место в семье и моё доброе имя — и уверены, что выиграли. Они только не поняли, кого впустили в свой круг.
Я не закачу скандал. Я просто заберу всё...
Выберите полку для книги