Книги в жанре «Драма» по тегу «ochen-emotsionalno»
🔻ЗАВЕРШЕНА. НИЗКАЯ ЦЕНА🔻
— Ну, что в клуб? — хихикает брюнетка.
— Почему бы и нет, — отвечает мой муж.
— Не боишься, что нас увидят? — интересуется она с вызовом в голосе.
— О чем ты, милая? Все уже дома, — отвечает предатель, ухмыляясь.
Девица медленно тянется к нему. Они целуются.
Это поцелуй любовников — тех, кто уже давно перешёл все границы.
Хочу закрыть глаза, но не могу.
Я должна это видеть, чтобы больше не жить в иллюзиях и не обманываться. Ведь у измены нет права на прощение…
— Ну, что в клуб? — хихикает брюнетка.
— Почему бы и нет, — отвечает мой муж.
— Не боишься, что нас увидят? — интересуется она с вызовом в голосе.
— О чем ты, милая? Все уже дома, — отвечает предатель, ухмыляясь.
Девица медленно тянется к нему. Они целуются.
Это поцелуй любовников — тех, кто уже давно перешёл все границы.
Хочу закрыть глаза, но не могу.
Я должна это видеть, чтобы больше не жить в иллюзиях и не обманываться. Ведь у измены нет права на прощение…
Говорят, беда не приходит одна.
Сначала подруга ломает ногу, отчего мне приходится лететь в Турцию одной; потом в аэропорту теряют мой багаж. Но я не унываю.
Я очень ждала этот отпуск, и больше ничего не сможет испортить мне настроение. Ничего!
Разве что…
— Кристина? Вот это встреча.
Оборачиваюсь и, увидев его, впадаю в ступор.
— Влад?
Заносчивый, властный и упрямый. Это всё он — Влад Багрянцев.
И он не просто постоялец турецкого отеля, в котором мне предстоит провести отпуск.
Он не просто заселился в соседний номер и теперь будет мозолить мне глаза.
Он – мой бывший муж, после развода с которым я до сих пор не отошла.
Сначала подруга ломает ногу, отчего мне приходится лететь в Турцию одной; потом в аэропорту теряют мой багаж. Но я не унываю.
Я очень ждала этот отпуск, и больше ничего не сможет испортить мне настроение. Ничего!
Разве что…
— Кристина? Вот это встреча.
Оборачиваюсь и, увидев его, впадаю в ступор.
— Влад?
Заносчивый, властный и упрямый. Это всё он — Влад Багрянцев.
И он не просто постоялец турецкого отеля, в котором мне предстоит провести отпуск.
Он не просто заселился в соседний номер и теперь будет мозолить мне глаза.
Он – мой бывший муж, после развода с которым я до сих пор не отошла.
– Я предупреждал тебя?! – рявкает отчим, вжав меня в стену. – Я сказал: из дома ни ногой?! Мне тебя на цепь посадить, чтобы ты начала слушаться?!
Ярость в его взгляде опаляет мне щёки. К глазам подкатывают непрошенные слёзы. Его не волнует, что надо мной едва не надругались.
Важно только одно: я ослушалась его. Не повиновалась приказу.
– Зачем ты вообще меня сюда привёз? – к горлу подступает истерика. – Я же могу жить в другом доме, пока не вступлю в наследство! Ты же ненавидишь меня! Ты мне не отец! Ты для меня чужой! Просто мужчина, с которым вынуждена жить!
Взгляд его серых глаз застывает, словно у Демьяна внутри только что порвалась последняя нить его терпения.
– Прекрасно, - цедит он, сжимая пальцы на моих плечах. - Спасибо, что напомнила.
И сминает мои губы горячим поцелуем.
Ярость в его взгляде опаляет мне щёки. К глазам подкатывают непрошенные слёзы. Его не волнует, что надо мной едва не надругались.
Важно только одно: я ослушалась его. Не повиновалась приказу.
– Зачем ты вообще меня сюда привёз? – к горлу подступает истерика. – Я же могу жить в другом доме, пока не вступлю в наследство! Ты же ненавидишь меня! Ты мне не отец! Ты для меня чужой! Просто мужчина, с которым вынуждена жить!
Взгляд его серых глаз застывает, словно у Демьяна внутри только что порвалась последняя нить его терпения.
– Прекрасно, - цедит он, сжимая пальцы на моих плечах. - Спасибо, что напомнила.
И сминает мои губы горячим поцелуем.
Я возвращаюсь от родителей, предвкушая встречу с мужем. Не виделись всего 9 дней, но как же я соскучилась, господи!
Сегодня я скажу ему, что он наконец-то станет папой!
Прохожу в спальню. Что-то не так, что-то, что я не могу себе объяснить.
Отмахиваюсь от этого чувства, лезу в комод.
Сейчас приму душ, приготовлю ужин, скоро придет Рома и мы…
Сверху лежат мои комплекты белья, аккуратно сложенные. Вздыхаю и начинаю перебирать стопки.
Черный комплект. Белый. Темно-синий, который я давно не надевала.
Под ним что-то блестит.
Тонкий браслет лежит прямо между двумя моими комплектами, застежка зацепилась за край чашки. На середине подвеска, золотой скорпион с прозрачным камнем.
Я замираю, продолжая держать пальцами край белья.
Потому, что не ношу желтое золото.
И вообще, я дева, муж овен.
Значит, кто-то открывал этот ящик, стоял здесь, возле моей кровати, перебирал мои вещи, касался моего белья.
И этот же кто-то оставил «привет» , мимо которого я не смогла бы пройти.
Сегодня я скажу ему, что он наконец-то станет папой!
Прохожу в спальню. Что-то не так, что-то, что я не могу себе объяснить.
Отмахиваюсь от этого чувства, лезу в комод.
Сейчас приму душ, приготовлю ужин, скоро придет Рома и мы…
Сверху лежат мои комплекты белья, аккуратно сложенные. Вздыхаю и начинаю перебирать стопки.
Черный комплект. Белый. Темно-синий, который я давно не надевала.
Под ним что-то блестит.
Тонкий браслет лежит прямо между двумя моими комплектами, застежка зацепилась за край чашки. На середине подвеска, золотой скорпион с прозрачным камнем.
Я замираю, продолжая держать пальцами край белья.
Потому, что не ношу желтое золото.
И вообще, я дева, муж овен.
Значит, кто-то открывал этот ящик, стоял здесь, возле моей кровати, перебирал мои вещи, касался моего белья.
И этот же кто-то оставил «привет» , мимо которого я не смогла бы пройти.
– Анна, вы сегодня были великолепны. Зал просто стоял на ушах, – Павел делает шаг ко мне, обезоруживающе улыбаясь, и протягивает руку для приветствия. – Я счастлив, что скоро состоится наш совместный тур. Мы сделаем лучшее шоу в этой стране.
Веня тут же расплывается в широкой улыбке, победно поглядывая на меня, мол, «смотри, сам Беркутов пришел кланяться».
А я сижу, намертво вцепившись пальцами в подлокотники кресла, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Мои руки мелко дрожат. Этот человек стоит в двух шагах от меня, рассуждает о миллионах и славе, и даже не догадывается, что у нас есть общий сын.
Мысли о сыне, как всегда приводят меня в чувства.
Медленно разжимаю пальцы и заставляю себя подняться. Внутри полыхает жгучий огонь. Вся моя слабость, вся минутная паника испаряются, уступая место расчетливой, звенящей ярости.
Ты не узнал меня, Паша? Что ж, тем хуже для тебя. Теперь правила диктую я.
Веня тут же расплывается в широкой улыбке, победно поглядывая на меня, мол, «смотри, сам Беркутов пришел кланяться».
А я сижу, намертво вцепившись пальцами в подлокотники кресла, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Мои руки мелко дрожат. Этот человек стоит в двух шагах от меня, рассуждает о миллионах и славе, и даже не догадывается, что у нас есть общий сын.
Мысли о сыне, как всегда приводят меня в чувства.
Медленно разжимаю пальцы и заставляю себя подняться. Внутри полыхает жгучий огонь. Вся моя слабость, вся минутная паника испаряются, уступая место расчетливой, звенящей ярости.
Ты не узнал меня, Паша? Что ж, тем хуже для тебя. Теперь правила диктую я.
Случайно я узнала, что мой муж решил поправить здоровье в весьма специфическом заведении.
Он не положил вовремя трубку, и я услышала:
– Ну что, где там ваши медсестрички? Давайте их сюда, выбирать буду, какая из них займётся моим здоровьем.
А потом я своими глазами увидела эту “процедуру”. Но мужа это не слишком смутило.
– Это твоя любовница? – смотрю на отвратительную картину и не верю глазам.
– Наташ, ну ты чего? – криво усмехается Стахов, вальяжно развалившись на диване. – Это так, пробник, – небрежно кивает на девицу в белом халатике у своих ног. – А любовница сегодня меня кинула, – горестно вздыхает. – Так что теперь я весь твой, любимая! – раскрывает объятия.
А я даю ему смачную пощёчину так, что у него голова отлетает.
– Пробники – это теперь твой удел, а мне нужен развод!
Двадцать лет брака, дети взрослые, дочка скоро подарит нам внука, а у нашего главы семейства – бес в ребро!
И мой разрушенный до основания мир, который придётся заново собирать из осколков
Он не положил вовремя трубку, и я услышала:
– Ну что, где там ваши медсестрички? Давайте их сюда, выбирать буду, какая из них займётся моим здоровьем.
А потом я своими глазами увидела эту “процедуру”. Но мужа это не слишком смутило.
– Это твоя любовница? – смотрю на отвратительную картину и не верю глазам.
– Наташ, ну ты чего? – криво усмехается Стахов, вальяжно развалившись на диване. – Это так, пробник, – небрежно кивает на девицу в белом халатике у своих ног. – А любовница сегодня меня кинула, – горестно вздыхает. – Так что теперь я весь твой, любимая! – раскрывает объятия.
А я даю ему смачную пощёчину так, что у него голова отлетает.
– Пробники – это теперь твой удел, а мне нужен развод!
Двадцать лет брака, дети взрослые, дочка скоро подарит нам внука, а у нашего главы семейства – бес в ребро!
И мой разрушенный до основания мир, который придётся заново собирать из осколков
– Я люблю Сергея и сделаю его счастливым! – убеждает меня со слезами на глазах беременная любовница моего мужа. – Я рожу ему здорового ребёнка, а ты урода! – тычет пальцем в мой пока не слишком большой живот. – Не мучай ты всех! Отпусти его.
– Отпущу…, – выдавливаю еле слышно, сжимая в руках заключение генетика о том, что в моём животе, скорее всего, растёт ребёнок с синдромом Дауна.
– Ты сделаешь аборт? – смотрит на меня пытливо девица.
– Да, сделаю. А вам я желаю море счастья! Смотрите не захлебнитесь!
Десятилетний брак и моя долгожданная беременность закончились кошмаром. Казалось, счастье так близко…
Но открывшаяся правда разрушила до основания мою жизнь…
У мужа любовница, у них скоро будет ребёнок, а я оказалась с браком. Бракованный товар никому не нужен…
Что ж, любимый, ты сделал свой выбор!
А я сделаю свой…
– Отпущу…, – выдавливаю еле слышно, сжимая в руках заключение генетика о том, что в моём животе, скорее всего, растёт ребёнок с синдромом Дауна.
– Ты сделаешь аборт? – смотрит на меня пытливо девица.
– Да, сделаю. А вам я желаю море счастья! Смотрите не захлебнитесь!
Десятилетний брак и моя долгожданная беременность закончились кошмаром. Казалось, счастье так близко…
Но открывшаяся правда разрушила до основания мою жизнь…
У мужа любовница, у них скоро будет ребёнок, а я оказалась с браком. Бракованный товар никому не нужен…
Что ж, любимый, ты сделал свой выбор!
А я сделаю свой…
- Посмотри,- с азартным огоньком в глазах говорит Рита,- видишь двух шикарных мужиков за тем столиком? Это мой муж и мой любовник. Вот так надо, Галь,- подмигивает мне лукаво приятельница.
- Странно,- откинулась я на стуле, переведя взгляд с двух мужчин за тем самым пресловутым столом на Риту,- потому что это как раз мой муж и мой любовник...
Она цепенеет. Глаза сужаются, а на лбу проступает морщинка, даже несмотря на ботоксную атрофию всех мышц.
- То есть ты и мой муж.... - ее голос дрожит от уязвленности и неожиданности.
- То есть ты и мой муж..! - отвечаю ей хладнокровно.
О том, что мой благоверный завел себе любовницу, я случайно узнала на 8 марта.
Гнев, отрицание, торг. Принятие? Никогда! Не смогу!
Я уйду, но перед тем, как уйти- отомщу, чтобы не чувствовать себя так глупо и униженно!
Они помогли мне «ярко» отметить 8 марта, а я им- День дурака!
- Странно,- откинулась я на стуле, переведя взгляд с двух мужчин за тем самым пресловутым столом на Риту,- потому что это как раз мой муж и мой любовник...
Она цепенеет. Глаза сужаются, а на лбу проступает морщинка, даже несмотря на ботоксную атрофию всех мышц.
- То есть ты и мой муж.... - ее голос дрожит от уязвленности и неожиданности.
- То есть ты и мой муж..! - отвечаю ей хладнокровно.
О том, что мой благоверный завел себе любовницу, я случайно узнала на 8 марта.
Гнев, отрицание, торг. Принятие? Никогда! Не смогу!
Я уйду, но перед тем, как уйти- отомщу, чтобы не чувствовать себя так глупо и униженно!
Они помогли мне «ярко» отметить 8 марта, а я им- День дурака!
— Стерва, — рычит Арчил, тыча мне в лицо телефон.
На фото — мои ноги на талии чужого мужика. Моя голова, откинутая в сладострастном стоне.
— Ты решила сделать из меня рогоносца?!
— Фи… нашёл из-за чего рычать, — ухмыляюсь и пожимаю плечами.
— Ты мне изменяешь, гадюка?!
«А ты мне — нет?» — вертится на языке. Но…
Я не из тех «олених», что устраивают истерики.
И Арчу пока не нужно знать правду.
Взбешенный Арч вылетает из ванной. Хлопок двери сотрясает дом.
Смотрю в зеркало взглядом пантеры, что вышла на охоту:
— Вот тебе, милый, и вишенка на торт твоей измены, — шепчу, набирая номер.
— План «Б» в силе. Приступаем завтра…
Я только что объявила войну человеку, которого люблю больше жизни…
И я ее собираюсь выиграть. Любой ценой…
На фото — мои ноги на талии чужого мужика. Моя голова, откинутая в сладострастном стоне.
— Ты решила сделать из меня рогоносца?!
— Фи… нашёл из-за чего рычать, — ухмыляюсь и пожимаю плечами.
— Ты мне изменяешь, гадюка?!
«А ты мне — нет?» — вертится на языке. Но…
Я не из тех «олених», что устраивают истерики.
И Арчу пока не нужно знать правду.
Взбешенный Арч вылетает из ванной. Хлопок двери сотрясает дом.
Смотрю в зеркало взглядом пантеры, что вышла на охоту:
— Вот тебе, милый, и вишенка на торт твоей измены, — шепчу, набирая номер.
— План «Б» в силе. Приступаем завтра…
Я только что объявила войну человеку, которого люблю больше жизни…
И я ее собираюсь выиграть. Любой ценой…
- Умная, но нищая и без семьи. Найди мне такую и быстро, Кай, - приказал отец.
- Четыреста миллионов. Что будет с девчонкой за такое? Это же уголовка!
- Не сделаешь – лишу всего! А жизнь левой девки ничего не стоит.
Чтобы похитить громадную сумму, отцу нужна нищая сирота. Подставить ее, сделать виновной вместо себя и избавиться потом. И я ее нашел, привел к нему. Аппетитную пышку с ореховым взглядом, которую жизнь загнала в угол.
Но только в одном папаша ошибся – пугать меня было не нужно, я от его денег давно не завишу. А вот от ее улыбки уже, кажется, да.
И ее жизнь для меня уже стоит всего…
- Четыреста миллионов. Что будет с девчонкой за такое? Это же уголовка!
- Не сделаешь – лишу всего! А жизнь левой девки ничего не стоит.
Чтобы похитить громадную сумму, отцу нужна нищая сирота. Подставить ее, сделать виновной вместо себя и избавиться потом. И я ее нашел, привел к нему. Аппетитную пышку с ореховым взглядом, которую жизнь загнала в угол.
Но только в одном папаша ошибся – пугать меня было не нужно, я от его денег давно не завишу. А вот от ее улыбки уже, кажется, да.
И ее жизнь для меня уже стоит всего…
Подборка эмоциональных драм
Выберите полку для книги