Книги в жанре «Драма» по тегу «tag»
— Что там, на твоём УЗИ? Всё в порядке?
— Всё хорошо. С ней… с ней всё хорошо.
— С ней? В смысле, с ней? Ты о чём?
— У нас будет дочка. Сегодня на УЗИ сказали.
— Ну, раз это девочка… То можешь проваливать. Мне девчонка не нужна.
Я вернулась домой раньше и застала любимого парня с другой. Не успела отойти от шока, как он заявил, что девочка, которую я ношу под сердцем, ему не нужна. И я... и я ему не нужна.
— Всё хорошо. С ней… с ней всё хорошо.
— С ней? В смысле, с ней? Ты о чём?
— У нас будет дочка. Сегодня на УЗИ сказали.
— Ну, раз это девочка… То можешь проваливать. Мне девчонка не нужна.
Я вернулась домой раньше и застала любимого парня с другой. Не успела отойти от шока, как он заявил, что девочка, которую я ношу под сердцем, ему не нужна. И я... и я ему не нужна.
Выхожу на парковку и вижу, как она льёт зелёнку на капот моей инфинити морской волны, прямо на аэрографированную морду оскаленного волка, и понимаю, что эта заноза в халате будет моей. Без вариантов. Такая бестия и в постели ураган!
Что? Так она работает в клинике, которую я только что купил? План выстраивается сам собой.
Ты моя, доктор Вероника. У тебя нет шансов!
Что? Так она работает в клинике, которую я только что купил? План выстраивается сам собой.
Ты моя, доктор Вероника. У тебя нет шансов!
— Илья, — голос у Миры незнакомый. Сдавленный. Чужой. — Ты можешь приехать?
— Что случилось?
— Я… — пауза. Я услышал, как она всхлипнула, но сдержалась. — Пожалуйста.
— Где ты?
— Дома. В смысле, в квартире. В новомодном жилищном комплексе.
— Я выезжаю.
Звонок бывшей жены разделил мою жизнь на «до» и «после». Четыре года практически тишины. И вдруг она просит забрать нашу дочь. На месяц. Может, навсегда.
Я — полковник ГРУ в отставке, привыкший просчитывать угрозы. Но того, что я узна́ю о её новом муже, мои навыки не предусматривали.
Я привык защищать. Но смогу ли я защитить ту, кого сам когда-то потерял? И захочет ли она, чтобы я остался, когда всё закончится?
Второй шанс дают не каждому. Но, кажется, судьба решила иначе.
— Что случилось?
— Я… — пауза. Я услышал, как она всхлипнула, но сдержалась. — Пожалуйста.
— Где ты?
— Дома. В смысле, в квартире. В новомодном жилищном комплексе.
— Я выезжаю.
Звонок бывшей жены разделил мою жизнь на «до» и «после». Четыре года практически тишины. И вдруг она просит забрать нашу дочь. На месяц. Может, навсегда.
Я — полковник ГРУ в отставке, привыкший просчитывать угрозы. Но того, что я узна́ю о её новом муже, мои навыки не предусматривали.
Я привык защищать. Но смогу ли я защитить ту, кого сам когда-то потерял? И захочет ли она, чтобы я остался, когда всё закончится?
Второй шанс дают не каждому. Но, кажется, судьба решила иначе.
У лифта соседка окинула Леру взглядом - от лица к животу.
- Нет, ну я понимаю, вы молодые… Но так отчаянно предаваться любовным утехам на таком сроке - это, по-моему, уже неприлично.
Лера моргнула.
- Простите… вы о чём?
Соседка фыркнула.
- А вы думали, что ничего не слышно? У нас стены тонкие. Всю неделю, что не ночь - ваши там охи, вздохи! Я спать не могу нормально! А у меня давление!
- Вы что-то путаете, - тут же отмахнулась Лера. - Я больше недели лежала на сохранении.
Соседка замерла с тем видом, когда понимаешь: сказал больше, чем нужно.
- Ой… ну… может, и показалось, - пробормотала она и не дожидаясь лифта пошагала по лестнице.
Лера была уверена: ее муж не тот человек, что может предать в тот момент, когда их попытки стать родителями, спустя много лет и несколько выкидышей, почти увенчались успехом!
Но все же она решила проверить...
- Нет, ну я понимаю, вы молодые… Но так отчаянно предаваться любовным утехам на таком сроке - это, по-моему, уже неприлично.
Лера моргнула.
- Простите… вы о чём?
Соседка фыркнула.
- А вы думали, что ничего не слышно? У нас стены тонкие. Всю неделю, что не ночь - ваши там охи, вздохи! Я спать не могу нормально! А у меня давление!
- Вы что-то путаете, - тут же отмахнулась Лера. - Я больше недели лежала на сохранении.
Соседка замерла с тем видом, когда понимаешь: сказал больше, чем нужно.
- Ой… ну… может, и показалось, - пробормотала она и не дожидаясь лифта пошагала по лестнице.
Лера была уверена: ее муж не тот человек, что может предать в тот момент, когда их попытки стать родителями, спустя много лет и несколько выкидышей, почти увенчались успехом!
Но все же она решила проверить...
— Побриться надо. Принесешь дорожный клатч? Где-то в сумке в прихожей.
— Конечно.
Запускаю руку внутрь, шарю между сменным бельем и какими-то чеками. Пальцы натыкаются на холодный корпус. Достаю.
Это не его смартфон.
Входящий звонок. Телефон вибрирует в моей руке.
"ЛЮБИМКА"
Мир вокруг схлопывается до размеров этого гребаного экрана.
Кажется, если я сейчас вздохну, то просто рассыплюсь на куски прямо здесь, над его сумкой.
— Нашла? — голос Игоря из ванной звучит как выстрел в затылок.
Вздрагиваю. Паника накрывает меня с головой.
Нашла, милый, только совсем не то, что ты просил…
Он выходит из ванной, уже в чистой футболке, пахнет домом и уютом. Тот же Игорь.
Мой Игорь.
Которого я ждала три недели.
Или уже не мой?
— Родная, ты что-то бледная сегодня.
Ничего, “родной”, скоро я выведу тебя на чистую воду и бледнеть уже будешь ты.
— Конечно.
Запускаю руку внутрь, шарю между сменным бельем и какими-то чеками. Пальцы натыкаются на холодный корпус. Достаю.
Это не его смартфон.
Входящий звонок. Телефон вибрирует в моей руке.
"ЛЮБИМКА"
Мир вокруг схлопывается до размеров этого гребаного экрана.
Кажется, если я сейчас вздохну, то просто рассыплюсь на куски прямо здесь, над его сумкой.
— Нашла? — голос Игоря из ванной звучит как выстрел в затылок.
Вздрагиваю. Паника накрывает меня с головой.
Нашла, милый, только совсем не то, что ты просил…
Он выходит из ванной, уже в чистой футболке, пахнет домом и уютом. Тот же Игорь.
Мой Игорь.
Которого я ждала три недели.
Или уже не мой?
— Родная, ты что-то бледная сегодня.
Ничего, “родной”, скоро я выведу тебя на чистую воду и бледнеть уже будешь ты.
— Прошу ответить Вас, невеста? — спрашивает регистратор.
В этот момент двери распахиваются, и на пороге появляется человек, которого я никак не ожидаю увидеть. Тот, от кого я сбежала пять лет назад… Руслан Алиев.
— Эта свадьба не состоится, — отрезает он, подходя ближе. — А я предлагал по-хорошему.
— Антон, что здесь происходит? — спрашиваю своего жениха.
— Алиев, я верну тебе долг. Я обещаю, — его голос дрожит.
— Все сроки вышли. Я предупреждал. Дважды не повторяю, — Алиев берет меня за руку и тянет на себя. — Я забираю ее… в счет твоего долга.
В этот момент двери распахиваются, и на пороге появляется человек, которого я никак не ожидаю увидеть. Тот, от кого я сбежала пять лет назад… Руслан Алиев.
— Эта свадьба не состоится, — отрезает он, подходя ближе. — А я предлагал по-хорошему.
— Антон, что здесь происходит? — спрашиваю своего жениха.
— Алиев, я верну тебе долг. Я обещаю, — его голос дрожит.
— Все сроки вышли. Я предупреждал. Дважды не повторяю, — Алиев берет меня за руку и тянет на себя. — Я забираю ее… в счет твоего долга.
— Сам вылезешь или за шкирку?
— Не надо за шкилку! — звучит вдруг тоненько и следом раздается всхлип.
Из-за стола сперва показывается курчавая темная макушка, а потом заплаканное детское лицо. Кажется, девчонке не больше шести.
— Ты кто? — спрашиваю первое, что приходит на ум.
Откуда здесь, черт возьми, взялся ребенок? Да еще и в такое время.
— Любаша, — снова хлюпает носом.
— Как сюда попала? И с кем пришла?
Девчонка мнется, кусает губу. Опускает вниз слипшиеся ресницы и отвечает:
— Я Сухаля искала.
— Зачем тебе Сухарь?
Догадаться, что Сухарь это я, не сложно. Само собой, мне известно, как меня называют подчиненные.
— Потому что он злодей. Он и Ольга логопед. Я хотела им сказать, чтобы маму не обижали. И чтоб не жлали ее, она холошая. А они — нет.
— Так… И?
— И потелялась…
Голос становится совсем тихим. Большущие градины слез ползут вниз по щекам, а я ума не приложу, что делать и чей это ребенок. И самое главное, как она оказалась в моем кабинете?
— Не надо за шкилку! — звучит вдруг тоненько и следом раздается всхлип.
Из-за стола сперва показывается курчавая темная макушка, а потом заплаканное детское лицо. Кажется, девчонке не больше шести.
— Ты кто? — спрашиваю первое, что приходит на ум.
Откуда здесь, черт возьми, взялся ребенок? Да еще и в такое время.
— Любаша, — снова хлюпает носом.
— Как сюда попала? И с кем пришла?
Девчонка мнется, кусает губу. Опускает вниз слипшиеся ресницы и отвечает:
— Я Сухаля искала.
— Зачем тебе Сухарь?
Догадаться, что Сухарь это я, не сложно. Само собой, мне известно, как меня называют подчиненные.
— Потому что он злодей. Он и Ольга логопед. Я хотела им сказать, чтобы маму не обижали. И чтоб не жлали ее, она холошая. А они — нет.
— Так… И?
— И потелялась…
Голос становится совсем тихим. Большущие градины слез ползут вниз по щекам, а я ума не приложу, что делать и чей это ребенок. И самое главное, как она оказалась в моем кабинете?
— Твоя тупая жена снова жрет гормоны, — голос бывшей моего мужа. — Инга, подружка-гинеколог, видела ее. Стимуляцию делает.
— Марго, успокойся, — отвечает Денис. — Я же секретно сделал вазектомию. Не будет у нас с ней детей. Я с этой левой бабой только из-за денег ее отца. А дети у меня уже есть, от любимой женщины. И благодаря этой лохушке и ты, и они живете красиво и в достатке…
Звук поцелуя.
В груди взрывается бомба.
Этот козел знал, что я месяцами прохожу адское лечение от бесплодия, когда сам стерилизован.
Внизу из зала доносится хит: «О, боже, какой мужчина…»
Не мужчина, а козлина… Ничего. Вы узнаете, что значит связаться с униженной женщиной, напичканной гормонами, из которой двое аферистов решили сделать «козу отпущения…
— Марго, успокойся, — отвечает Денис. — Я же секретно сделал вазектомию. Не будет у нас с ней детей. Я с этой левой бабой только из-за денег ее отца. А дети у меня уже есть, от любимой женщины. И благодаря этой лохушке и ты, и они живете красиво и в достатке…
Звук поцелуя.
В груди взрывается бомба.
Этот козел знал, что я месяцами прохожу адское лечение от бесплодия, когда сам стерилизован.
Внизу из зала доносится хит: «О, боже, какой мужчина…»
Не мужчина, а козлина… Ничего. Вы узнаете, что значит связаться с униженной женщиной, напичканной гормонами, из которой двое аферистов решили сделать «козу отпущения…
— Я скучал по тебе, Элис, — его голос прозвучал тихо, почти ласково.
Итан шагнул вперёд. Лунный свет скользнул по его лицу — безупречный костюм, идеальная осанка, лёгкая улыбка на губах. И глаза. Прозрачно–голубые, смотревшие прямо на неё.
— Тебе не сбежать от меня. И ты это знаешь.
Он подошёл к кровати и склонился над ней. Элис отпрянула, вжавшись в изголовье.
— Где она? — спросил Итан, и в его голосе появилась та самая бархатная, ядовитая нотка, от которой кровь стыла в жилах.
— Не смей приближаться к ней, — выдохнула Элис.
— Ты родила моего ребёнка, — спокойно произнёс он. — И думала, что сможешь скрыть её от меня?
— Она не твоя.
— Она моя. И я заберу её. Заберу вас обеих…
Перед вам продолжение мрачного психологического триллера
«Искусство быть Тенью»
Том 3
«Рассвет»
Итан шагнул вперёд. Лунный свет скользнул по его лицу — безупречный костюм, идеальная осанка, лёгкая улыбка на губах. И глаза. Прозрачно–голубые, смотревшие прямо на неё.
— Тебе не сбежать от меня. И ты это знаешь.
Он подошёл к кровати и склонился над ней. Элис отпрянула, вжавшись в изголовье.
— Где она? — спросил Итан, и в его голосе появилась та самая бархатная, ядовитая нотка, от которой кровь стыла в жилах.
— Не смей приближаться к ней, — выдохнула Элис.
— Ты родила моего ребёнка, — спокойно произнёс он. — И думала, что сможешь скрыть её от меня?
— Она не твоя.
— Она моя. И я заберу её. Заберу вас обеих…
Перед вам продолжение мрачного психологического триллера
«Искусство быть Тенью»
Том 3
«Рассвет»
— Пап, ты хочешь, чтобы я женился на ней? — холодно спрашивает мужчина в дорогом костюме.
Я замираю с мокрой шваброй у стены.
— Да. На ней, — спокойно отвечает его отец. — Молодая. Здоровая. Не из твоих глянцевых кукол. Такая родит наследника.
— Она же уборщица.
Слова бьют по лицу сильнее пощёчины.
— У неё есть имя, — выдыхаю я, сжимая ручку швабры. — Надежда.
Миллиардер медленно поворачивается ко мне. Смотрит так, будто уже считает, сколько стоит моя бедность, моя больная мать и моё молчание.
— Завтра в девять, Надежда, — произносит он. — Придёшь ко мне в кабинет. Обсудим условия.
Я работаю днём администратором в сервисном центре, а вечерами мою полы в офисе крупного холдинга. Мне срочно нужны деньги на лечение мамы, и я готова терпеть многое. Но не то, что два богатых мужчины решат мою судьбу за моей спиной.
Я замираю с мокрой шваброй у стены.
— Да. На ней, — спокойно отвечает его отец. — Молодая. Здоровая. Не из твоих глянцевых кукол. Такая родит наследника.
— Она же уборщица.
Слова бьют по лицу сильнее пощёчины.
— У неё есть имя, — выдыхаю я, сжимая ручку швабры. — Надежда.
Миллиардер медленно поворачивается ко мне. Смотрит так, будто уже считает, сколько стоит моя бедность, моя больная мать и моё молчание.
— Завтра в девять, Надежда, — произносит он. — Придёшь ко мне в кабинет. Обсудим условия.
Я работаю днём администратором в сервисном центре, а вечерами мою полы в офисе крупного холдинга. Мне срочно нужны деньги на лечение мамы, и я готова терпеть многое. Но не то, что два богатых мужчины решат мою судьбу за моей спиной.
Выберите полку для книги