Книги в жанре «Эротика» по тегу «erotika-chitat-besplatno»
Максим Волин появился в моей жизни, как смерч. Ворвался и перевернул привычный серый мир с ног наголову. Сможет ли он вырвать меня из лап тех, кто планомерно, год за годом уничтожали меня? Или же станет палачом, который добьёт меня?
БЕСПЛАТНО ДО ЗАВЕРШЕНИЯ
Юля всегда считала себя обычным человеком. Но её кровь хранит тайну, которая перевернёт всё. Чтобы выжить в мир дроу, где каждый второй лжёт, она должна узнать, кем является на самом деле. И единственный, кто поможет ей в этом — воин, которому приказано следить за каждым её шагом.
Юля всегда считала себя обычным человеком. Но её кровь хранит тайну, которая перевернёт всё. Чтобы выжить в мир дроу, где каждый второй лжёт, она должна узнать, кем является на самом деле. И единственный, кто поможет ей в этом — воин, которому приказано следить за каждым её шагом.
Антон называл меня «скучными ощущениями». Хвастался любовницей перед друзьями, пока я накрывала стол. И даже не заметил, что я всё слышала.
Но он забыл: у нас ночевал его старший брат — Дима. Холодный, молчаливый, опасный. Тот, кто смотрел на меня так, что подкашивались колени.
Он зашёл в спальню. Я развязала пояс халата.
Пусть весь мир узнает, каких «скучных ощущений» Антон лишился. Месть — это блюдо, которое подают горячим. А Дима оказался слишком горяч.
Но он забыл: у нас ночевал его старший брат — Дима. Холодный, молчаливый, опасный. Тот, кто смотрел на меня так, что подкашивались колени.
Он зашёл в спальню. Я развязала пояс халата.
Пусть весь мир узнает, каких «скучных ощущений» Антон лишился. Месть — это блюдо, которое подают горячим. А Дима оказался слишком горяч.
Война длится сто лет, и люди проигрывают. Эльфы сильнее, быстрее, их магия древнее. Но мы ещё кусаемся. И когда генерал эльфийской армии попадает в мои руки, я решаю: он заговорит.
Я — маг крови. Моя магия питается болью, в моих руках кинжал и плеть.
Но этот эльф даже не морщится. Он смотрит на меня так, будто это я у него в плену.
Улыбается под пытками. И шепчет, что ждал меня.
Но почему он смотрит на меня так, будто это я — его единственная победа и принадлежу ему?
Я — маг крови. Моя магия питается болью, в моих руках кинжал и плеть.
Но этот эльф даже не морщится. Он смотрит на меня так, будто это я у него в плену.
Улыбается под пытками. И шепчет, что ждал меня.
Но почему он смотрит на меня так, будто это я — его единственная победа и принадлежу ему?
- Не смейте меня трогать! Я принадлежу другому мужчине!
Паника захлестывает, когда взгляд у Аслана становится абсолютно черным, наполненным чем-то диким.
Я едва успеваю сделать вдох, как он поднимает правую руку, а затем моего подбородка касается холодный металл.
Ахмедов приподнимает мое лицо пистолетом и криво ухмыляется:
- Ошибаешься, Сабина. Я тебя заберу, и никто мне не помешает.
Я испуганно вжимаюсь спиной в стену и шепчу:
- Так нельзя! Я помолвлена и…
- Твой отец лишил меня семьи, - чеканит Аслан. - Пришло время заплатить по счетам.
Накануне помолвки враг отца похищает меня прямо из свадебного салона. Аслан жесток и циничен, и готов провести меня через ад - только бы отомстить моей семье.
Но когда на свет вылезают тайны прошлого, мы с ним оказываемся связаны куда сильнее. И теперь уже я должна выбрать, как отомстить.
Паника захлестывает, когда взгляд у Аслана становится абсолютно черным, наполненным чем-то диким.
Я едва успеваю сделать вдох, как он поднимает правую руку, а затем моего подбородка касается холодный металл.
Ахмедов приподнимает мое лицо пистолетом и криво ухмыляется:
- Ошибаешься, Сабина. Я тебя заберу, и никто мне не помешает.
Я испуганно вжимаюсь спиной в стену и шепчу:
- Так нельзя! Я помолвлена и…
- Твой отец лишил меня семьи, - чеканит Аслан. - Пришло время заплатить по счетам.
Накануне помолвки враг отца похищает меня прямо из свадебного салона. Аслан жесток и циничен, и готов провести меня через ад - только бы отомстить моей семье.
Но когда на свет вылезают тайны прошлого, мы с ним оказываемся связаны куда сильнее. И теперь уже я должна выбрать, как отомстить.
Меня зовут Лилия. Шестнадцать лет назад меня, сироту из детдома, приютила семья Зарецких. Они дали мне имя, дом и любовь. Но у них был сын — Дамир. Мой старший брат. Красивый, как падший ангел, и холодный, как зимняя сталь. Для мира он — наследник миллиардной империи, для меня — человек, который годами превращал мою жизнь в ад своей ревностью и контролем.
В день моего девятнадцатилетия он переступил черту. Он больше не хочет быть «братом». Он хочет владеть мной. Целиком. Без остатка.
Дамир уверен, что это любовь. Но я знаю правду: это голод хищника, это жажда обладания. Он готов уничтожить любого, кто посмотрит в мою сторону, включая Дениса — парня, который показал мне, что такое нежность и тепло.
Дамир говорит, что сломает меня, если я не сдамся. Он не знает одного: даже у самой сломленной куклы есть сердце, которое он никогда не сможет получить. Потому что одержимость — это не любовь. Но удастся ли мне доказать это ему, не потеряв себя?
В день моего девятнадцатилетия он переступил черту. Он больше не хочет быть «братом». Он хочет владеть мной. Целиком. Без остатка.
Дамир уверен, что это любовь. Но я знаю правду: это голод хищника, это жажда обладания. Он готов уничтожить любого, кто посмотрит в мою сторону, включая Дениса — парня, который показал мне, что такое нежность и тепло.
Дамир говорит, что сломает меня, если я не сдамся. Он не знает одного: даже у самой сломленной куклы есть сердце, которое он никогда не сможет получить. Потому что одержимость — это не любовь. Но удастся ли мне доказать это ему, не потеряв себя?
Уинтер умеет быть невидимой, поэтому когда Райдер однажды входит в её кофейню и заказывает эспрессо, она даже не пытается поздороваться. Зато запоминает его заказ, его маршрут и код от домофона, запах его подушки, когда он в командировке.
Из дневника:
День Х. Он прошёл мимо и, кажется, почуял мои духи.
День ХХ. Вчера он уехал, а я спала в его кровати всю ночь.
День ХХХ. Он был с другой. Я видела, как он отводит ее в спальню...
Уинтер думает, что контролирует эту историю, пока однажды вечером двери не запираются за её спиной.
Из дневника:
День Х. Он прошёл мимо и, кажется, почуял мои духи.
День ХХ. Вчера он уехал, а я спала в его кровати всю ночь.
День ХХХ. Он был с другой. Я видела, как он отводит ее в спальню...
Уинтер думает, что контролирует эту историю, пока однажды вечером двери не запираются за её спиной.
— Ты свободна. Уходи. Документы готовы.
— Нет. Женись на мне.
— Брак — только для оленей. Для рогатых идиотов, которые бегут в ЗАГС в надежде на вечное счастье.
— Тогда будем парой бешеных оленей.
— Я не умею любить. С цветами, прогулками при луне…
— А я и не прошу. Я приказываю.
— Ты хоть понимаешь, кого просишь? Я ломаю людей. Я не создан для семьи.
— А я не умею бояться. Придётся тебе учиться.
Она вошла в его клетку с розовым платьем и ножом для бумаг. Он поклялся горами, что никогда не женится. Угадайте, кто сдастся первым?
— Нет. Женись на мне.
— Брак — только для оленей. Для рогатых идиотов, которые бегут в ЗАГС в надежде на вечное счастье.
— Тогда будем парой бешеных оленей.
— Я не умею любить. С цветами, прогулками при луне…
— А я и не прошу. Я приказываю.
— Ты хоть понимаешь, кого просишь? Я ломаю людей. Я не создан для семьи.
— А я не умею бояться. Придётся тебе учиться.
Она вошла в его клетку с розовым платьем и ножом для бумаг. Он поклялся горами, что никогда не женится. Угадайте, кто сдастся первым?
Двенадцать чудовищ. Двенадцать ночей. Одна проклятая богами женщина.
Гераклия не убивает врагов, она укрощает их.
И после каждого подвига оставляет себе трофей. Шкуру, рог, пояс, семя...
Гераклия не убивает врагов, она укрощает их.
И после каждого подвига оставляет себе трофей. Шкуру, рог, пояс, семя...
Я ушла из дома после очередной ссоры с мужем, сама не зная куда, и оказалась в баре, где встретила Олега — и эта ночь перевернула всё моё существо, подарив мне жаркие прикосновения, первый в жизни незабываемый опыт, о котором я раньше даже не мечтала.
Выберите полку для книги