Книги в жанре «Любовные романы»
ЗАВЕРШЕНО💗
— Какой я всё-таки счастливчик. Моя подчинённая решила отложить гору работы. И только для того, чтобы её босс ненадолго взбодрился, — издевательски произнёс Владислав Викторович, приложив ладонь к своей мощной груди, словно он глубоко тронут.
— Ушам не верю! — я упёрла руки в боки. — Я предлагаю вам полноценное счастье с Юлей! Прогулки под луной, совместные завтраки, долгие взгляды...
— Брехня для пенсионеров.
— Не паясничайте! Я помогу вам устроить личную жизнь, а вы мне — отпуск в июле. Простая сделка. Что скажете?
Мне нужен отпуск, и я его получу.
В любви и на войне все средства хороши. Поэтому готовьтесь, дорогой босс!
А почему вы так на меня смотрите? А я почему на вас так смотрю?
Тьфу. Кажется, всё пошло совсем не по плану…
— Какой я всё-таки счастливчик. Моя подчинённая решила отложить гору работы. И только для того, чтобы её босс ненадолго взбодрился, — издевательски произнёс Владислав Викторович, приложив ладонь к своей мощной груди, словно он глубоко тронут.
— Ушам не верю! — я упёрла руки в боки. — Я предлагаю вам полноценное счастье с Юлей! Прогулки под луной, совместные завтраки, долгие взгляды...
— Брехня для пенсионеров.
— Не паясничайте! Я помогу вам устроить личную жизнь, а вы мне — отпуск в июле. Простая сделка. Что скажете?
Мне нужен отпуск, и я его получу.
В любви и на войне все средства хороши. Поэтому готовьтесь, дорогой босс!
А почему вы так на меня смотрите? А я почему на вас так смотрю?
Тьфу. Кажется, всё пошло совсем не по плану…
Катя Соболева — королева цифр и точности. Её жизнь — это идеально заточенные карандаши и квартальные отчеты в тишине.
Дима Рокотов — рок-музыкант, чья муза — грохот гитары и творческий беспорядок.
Их разделяет лишь тонкая стена в доме, но соединяет — лютая ненависть. Стук, грохот, вызов полиции и война на выживание.
Но у судьбы паршивое чувство юмора. Одна случайная драка в подъезде переворачивает всё с ног на голову. Враг становится защитником, раздражение — искрой, а соседская война оборачивается таким накалом страсти, что теперь стены сотрясаются не от ругани…
Дима Рокотов — рок-музыкант, чья муза — грохот гитары и творческий беспорядок.
Их разделяет лишь тонкая стена в доме, но соединяет — лютая ненависть. Стук, грохот, вызов полиции и война на выживание.
Но у судьбы паршивое чувство юмора. Одна случайная драка в подъезде переворачивает всё с ног на голову. Враг становится защитником, раздражение — искрой, а соседская война оборачивается таким накалом страсти, что теперь стены сотрясаются не от ругани…
Все детство я думала, что он ненавидит меня, но все поменялось, когда он вернулся в родной город...
- Ну наконец-то! Сколько можно ждать, - пробурчала и подняла глаза.
- А ты все так же бубнишь, как старая бабка, - смеется тот, кто всю мою молодость меня подкалывал и благодаря которому у меня появились комплексы во внешности.
- Ну ты еще на десять лет пропади, а когда вернешься, у меня уже будут внуки, - оттолкнула лучшего друга брата – Сашу, и зашла в квартиру.
- Я думал у тебя уже внуки есть, выглядишь уже как бабка, - и этот гад начинает смеяться.
- Заткнись. Олег! Ты где? Почему меня встречает этот неандерталец?
- Ну наконец-то! Сколько можно ждать, - пробурчала и подняла глаза.
- А ты все так же бубнишь, как старая бабка, - смеется тот, кто всю мою молодость меня подкалывал и благодаря которому у меня появились комплексы во внешности.
- Ну ты еще на десять лет пропади, а когда вернешься, у меня уже будут внуки, - оттолкнула лучшего друга брата – Сашу, и зашла в квартиру.
- Я думал у тебя уже внуки есть, выглядишь уже как бабка, - и этот гад начинает смеяться.
- Заткнись. Олег! Ты где? Почему меня встречает этот неандерталец?
— Мой отец прибывает в двенадцать, — сказала она. — А твоя мама — в одиннадцать тридцать.
— Они приедут в один день!
Тишина в квартире стала звенящей. Даже уличный шум, казалось, стих. Паук в углу замер — то ли от ужаса, то ли из солидарности.
Они стояли в коридоре и смотрели друг на друга. Торшер в спальне мигнул — где-то в сети был перепад напряжения, — и тени на стенах дрогнули, словно квартира тоже осознала масштаб грядущей катастрофы.
— Мы можем отменить? — тихо спросила Яна. — Ну, сказать, что мы заболели. Что у нас ковид. Или чума. Или что мы передумали возвращаться и остались на Алтае навсегда. Пастухами.
— Они уже купили билеты.
… Яна закрыла глаза и попыталась представить, как её отец и мать Артёма сидят за одним столом. Воображение услужливо подсунуло картинку: Михаил Степанович, багровый от возмущения, размахивает бутылкой коньяка, а Елена Павловна читает ему лекцию о вреде алкоголя.
— Мы погибнем, — прошептала Яна.
— Шансы выжить всё таки есть. Процентов пять...
— Они приедут в один день!
Тишина в квартире стала звенящей. Даже уличный шум, казалось, стих. Паук в углу замер — то ли от ужаса, то ли из солидарности.
Они стояли в коридоре и смотрели друг на друга. Торшер в спальне мигнул — где-то в сети был перепад напряжения, — и тени на стенах дрогнули, словно квартира тоже осознала масштаб грядущей катастрофы.
— Мы можем отменить? — тихо спросила Яна. — Ну, сказать, что мы заболели. Что у нас ковид. Или чума. Или что мы передумали возвращаться и остались на Алтае навсегда. Пастухами.
— Они уже купили билеты.
… Яна закрыла глаза и попыталась представить, как её отец и мать Артёма сидят за одним столом. Воображение услужливо подсунуло картинку: Михаил Степанович, багровый от возмущения, размахивает бутылкой коньяка, а Елена Павловна читает ему лекцию о вреде алкоголя.
— Мы погибнем, — прошептала Яна.
— Шансы выжить всё таки есть. Процентов пять...
У Чон Су А нет времени на мечты - две работы, долги отца и несчастная мать. Единственная радость - крошечный сад на крыше старого дома, где она выращивает мяту и лимонное дерево.
Однажды сосед сверху крадёт её лимон.
Этот молчаливый странный мужчина не похож на других: он заживляет ожоги за несколько дней, поднимает тяжести одной рукой и говорит загадками. Он ищет что-то, вот уже шестьсот лет.
И почему-то он смотрит на неё так, будто она - самое настоящее чудо.
«Лимонный вор» - история о бедной девушке и бессмертном воине, который устал от вечности. Их встреча пахнет мятой, лимонами и первой грозой.
Однажды сосед сверху крадёт её лимон.
Этот молчаливый странный мужчина не похож на других: он заживляет ожоги за несколько дней, поднимает тяжести одной рукой и говорит загадками. Он ищет что-то, вот уже шестьсот лет.
И почему-то он смотрит на неё так, будто она - самое настоящее чудо.
«Лимонный вор» - история о бедной девушке и бессмертном воине, который устал от вечности. Их встреча пахнет мятой, лимонами и первой грозой.
Он поднимает моё лицо за подбородок. Смотрит в глаза. Долго.
— Не надо, — почему-то шепчу я.
— Думаешь, я тебя поцелую?
Он наклоняется. Медленно. Медленнее, чем можно выдержать. Я закрываю глаза.
— Я не целуюсь с теми, кого не выношу.
***
Она потеряла всё: любимого, мечту танцевать и веру в себя. Теперь её мир — это пыльный книжный магазин, где она прячется от прошлого за чужими историями.
Он не ищет отношений. У него опасный бизнес, холодный рассудок и полное нежелание впускать кого-то в свою жизнь. Но случайная встреча с болтливой девушкой выбивает его из колеи, и он не может перестать о ней думать.
Их тянет друг к другу с опасной силой, но у каждого есть то, что они скрывают. И его тайна способна уничтожить её заново.
🔥 Романтическая эротика 18+
💔 СЛР, преодоление трудностей гг
👑 Властный мажор с холодным сердцем
— Не надо, — почему-то шепчу я.
— Думаешь, я тебя поцелую?
Он наклоняется. Медленно. Медленнее, чем можно выдержать. Я закрываю глаза.
— Я не целуюсь с теми, кого не выношу.
***
Она потеряла всё: любимого, мечту танцевать и веру в себя. Теперь её мир — это пыльный книжный магазин, где она прячется от прошлого за чужими историями.
Он не ищет отношений. У него опасный бизнес, холодный рассудок и полное нежелание впускать кого-то в свою жизнь. Но случайная встреча с болтливой девушкой выбивает его из колеи, и он не может перестать о ней думать.
Их тянет друг к другу с опасной силой, но у каждого есть то, что они скрывают. И его тайна способна уничтожить её заново.
🔥 Романтическая эротика 18+
💔 СЛР, преодоление трудностей гг
👑 Властный мажор с холодным сердцем
Меня уволили за то, что я разбила поставщику голову ящиком с рукколой. Казалось, карьера закончилась, но судьба подкинула шанс — работу в лучшем ресторане города. Правда, вместе с ней достался шеф, который способен вывести из себя одним взглядом.
Он требует невозможного, цепляется к каждой мелочи и уверен, что я долго не продержусь. А я не собираюсь сдаваться. Даже если с каждым днем все труднее понять, чего мне хочется сильнее — придушить его… или поцеловать.
Он требует невозможного, цепляется к каждой мелочи и уверен, что я долго не продержусь. А я не собираюсь сдаваться. Даже если с каждым днем все труднее понять, чего мне хочется сильнее — придушить его… или поцеловать.
Три моих железных правила: не спать с коллегами. Не спорить с начальством. Не верить красивым мужикам, которые говорят комплименты пышкам вроде меня.
Новый главврач Артём Волков заставил меня нарушить все три.
Он холоден как скальпель и красив как грех. Он смотрит на меня так, что плавится позвоночник. Он целует меня в своём кабинете, пока за дверью идёт планёрка.
Я знаю, чем заканчиваются такие сказки для девушек с пятьдесят вторым размером. Но, кажется, я уже не могу остановиться.
Новый главврач Артём Волков заставил меня нарушить все три.
Он холоден как скальпель и красив как грех. Он смотрит на меня так, что плавится позвоночник. Он целует меня в своём кабинете, пока за дверью идёт планёрка.
Я знаю, чем заканчиваются такие сказки для девушек с пятьдесят вторым размером. Но, кажется, я уже не могу остановиться.
Я не ожидала, что, возвращаясь летом от бабушки обнаружу в квартире незнакомца. А точнее – бывшего бандита, которому на время просто необходимо «схорониться»! И как вы думаете где? Точно – в моей квартире!
Хм, ну что же, посмотрим кто кого!
— Ты кто?
— Этот вопрос должна задать я! Это моя квартира, а вот как вы сюда попали? Хотя нет, не отвечайте, я звоню в полицию, пусть они с вами разбираются!
— Не дерзи. И не нужно никуда звонить.
— А кто вы? И почему я не должна звонить в полицию?
— Завтра обсудим, а сейчас я пошел спать, – уверенно говорит, отступает на шаг и идёт в гостиную, тихо, будто бы не делает ничего странного — просто идёт спать.
— Эй! Подождите!
— Вы собираетесь тут жить? — спрашиваю, голос дрожит, но я стараюсь сделать его твёрдым.
— Да.
Хм, ну что же, посмотрим кто кого!
— Ты кто?
— Этот вопрос должна задать я! Это моя квартира, а вот как вы сюда попали? Хотя нет, не отвечайте, я звоню в полицию, пусть они с вами разбираются!
— Не дерзи. И не нужно никуда звонить.
— А кто вы? И почему я не должна звонить в полицию?
— Завтра обсудим, а сейчас я пошел спать, – уверенно говорит, отступает на шаг и идёт в гостиную, тихо, будто бы не делает ничего странного — просто идёт спать.
— Эй! Подождите!
— Вы собираетесь тут жить? — спрашиваю, голос дрожит, но я стараюсь сделать его твёрдым.
— Да.
Она прижата к стене, и её сердце колотится мне в рёбра.
— Скажи моё имя. Правильно.
— Илюша, — шепчет она мне в губы, и приторно улыбается, и я знаю, что это провокация, и всё равно от этого ласкового, невозможного «Илюша» у меня темнеет перед глазами.
Мои пальцы в её волосах. Тяну, запрокидывая голову, и её горло передо мной, открытое, беззащитное.
— Пусти.
— Неправильно. Скажи.
— Заслужи.
Наклоняюсь к её шее. Не касаюсь. Веду дыханием от ключицы к уху, и она вздрагивает, и поворачивает голову, подставляясь, и ненавидит себя за это, я вижу, как сжимаются её пальцы в моей хватке.
— Скажи.
— Илия, — выдыхает она наконец, и от звука собственного имени её голосом я теряю контроль.
— Хорошая девочка...
— Скажи моё имя. Правильно.
— Илюша, — шепчет она мне в губы, и приторно улыбается, и я знаю, что это провокация, и всё равно от этого ласкового, невозможного «Илюша» у меня темнеет перед глазами.
Мои пальцы в её волосах. Тяну, запрокидывая голову, и её горло передо мной, открытое, беззащитное.
— Пусти.
— Неправильно. Скажи.
— Заслужи.
Наклоняюсь к её шее. Не касаюсь. Веду дыханием от ключицы к уху, и она вздрагивает, и поворачивает голову, подставляясь, и ненавидит себя за это, я вижу, как сжимаются её пальцы в моей хватке.
— Скажи.
— Илия, — выдыхает она наконец, и от звука собственного имени её голосом я теряю контроль.
— Хорошая девочка...
Выберите полку для книги