Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»

Он сбежал. Она не простила. Теперь у него есть испытательный срок, чтобы стать отцом.

Вероника давно научилась обходиться без мужчин. Её щит — сарказм. Её крепость — жизнь с дочкой. Но когда на пороге появляется Алексей, отец её ребёнка, исчезнувший пять лет назад, она предлагает сделку: он проходит все круги ада — от сборки мебели из Икеи до родительских собраний.

Сможет ли архитектор небоскребов построить мост к своему ребёнку? И хватит ли у Вероники смелости снова довериться тому, кто однажды уже предал?

Осторожно: книга содержит сарказм, иронию и сцены, после которых захочется позвонить бывшему.🔥
Прошу подержать новинку❤️
Если вам понравилась моя история то жду от вас звёздочек ⭐ ❤️ с любовью ваша Аля Корс❤️

Офисные слухи, как паутина: одно неловкое слово — и ты уже в центре скандала. Ликерья Сомова, тихая бухгалтер, лишь хотела немного пощипать самолюбие бывшего. Но ее невинная ложь о романе с новым начальником обернулась огненным штормом.

И вот он, Дмитрий Волынский, стоит перед ней, такой харизматичный и недосягаемый, что дух захватывает. Его губы тронула улыбка, а в глазах — опасный блеск.
— Я знаю о нашем бурном романе, Ликерья. И у меня есть предложение.
— Я... я все объясню, Дмитрий Олегович, это просто недоразумение!
— Напротив, это очень кстати, — он наклонился так близко, что она почувствовала запах его парфюма. — Давайте сыграем эту комедию. Для пользы дела. Правила устанавливаю я.

Что скрывает Дмитрий? Игрушка в руках харизматичного босса — это именно то, чего хотела скромная бухгалтер? Ее сердце вот-вот совершит самую рискованную сделку в жизни, где ставка — ее собственные чувства.

— Он обожает, когда я хорошо выгляжу, — Алиса перевирала спагетти на вилке. — Говорит, я его глоток свежего воздуха.

Вероника молча солила воду для пасты. Тот самый рецепт, что он называл «вкусом дома».

— А как зовут твоего... глотка воздуха? — спросила она, и лед в ее голосе был настолько тонким, что Алиса его не услышала.

— Сергей. Представляешь? Такой серьезный, солидный...

Мир Вероники треснул без единого звука. Но вместо слез в ее глазах вспыхнул огонь.
Хорошо, Сергей. Ты хотел иметь двух женщин? Теперь у твоей любовницы будет личный повар. И это буду я.

— Не смей закрываться от меня, Мира!

Он вошёл в мою спальню без стука, как хозяин. От него пахло дорогим виски и опасностью. В его глазах плясали демоны, а на костяшках пальцев краснела свежая ссадина.

Артем Соколов, мой школьный кошмар и племянник отчима, лишь усмехнулся. Холодная, хищная усмешка.

— Это вряд ли. Я хочу, чтобы ты родила мне ребенка. Наследник скрепит нашу... сделку.

— Когда-то я сама просила тебя сделать меня своей! — выдохнула я, чувствуя, как подступают старые слёзы. — А ты оттолкнул. Выбрал другую...

Оркестровал мой позор. А теперь я — его жена по контракту. Он ненавидит меня. Я ненавижу его. Так почему его прикосновения обжигают, а в его взгляде я читаю не только ненависть, но и боль?

— Тогда ты была под запретом, — его губы в сантиметре от моих. — А теперь ты моя. И мне можно всё.

Он забрал мою свободу. Он требует моего тела. Но что, если однажды он захочет моего сердца?

“Уважаемый жилец из квартиры 55, прекратите долбить весь день!!!” – пальцы бегают по экрану телефона со скоростью звука, а меня всю колотит от злости.
“А у тебя не долбят, вот и психуешь?” – приходит ответ с кучей смеющихся смайлов.
“Хамло”, – отвечаю в сообщении и отбрасываю телефон в сторону.
Ну ничего, я тебе еще устрою веселую жизнь, ты еще пожалеешь, что по соседству поселился.

✨ЗАВЕРШЕНО✨
— Говорил же тебе держаться от него подальше. Будь осмотрительней с мужчинами.
— Со всеми?
— Да.
— И с тобой?
— Я твой брат.
Музыка была громкой, поэтому мы едва ли не кричали, чтобы слышать друг друга, говорили, близко наклонив головы. Глаза Али были в нескольких сантиметрах от моих глаз, ее губы были близко. Вся она, такая нежная, хрупкая, маленькая в моих руках, была близко. Слишком.
Песня завершилась как раз вовремя. Аля сделала шаг назад и сказала:
— Ты не ответил. Ты мой брат, но ведь тоже мужчина.
— Вот ты и получила ответ.
***
Расчетливый, беспринципный, хладнокровный, один из самых дорогих адвокатов в стране – таким меня знают все. Но даже у меня есть слабость – младшая сестра, потерянная в детстве.
Я потратил большие деньги и использовал все свои связи, чтобы найти её. Все могло бы закончиться тихой семейной идиллией, если бы не одно "но"...
Действительно ли она та, кого я искал? Ведь к сестре не чувствуют того, что чувствую я…

— Я от тебя ухожу, — продолжил он холодным, механическим голосом. — Давно хотел это сделать, но мне было тебя жаль.
Только сейчас я заметила, что он протягивает мне пачку купюр. Деньги. На аборт.
Я подняла взгляд на его лицо. Чужое. Словно передо мной стоял незнакомец, а не человек, с которым я прожила двадцать лет.
Вокруг нас качались разноцветные воздушные шары. Над камином красовался плакат с надписью "Ты скоро станешь папой!".
— Пожалуйста, скажи, что это шутка, — я еле выдавила из себя слова. Горло сдавило так сильно, что стало трудно дышать. — Это наш ребенок.
— Какая шутка, Ир! — он поморщился, и кинул деньги на столик. — Тебе сорок лет, какие дети?! У меня есть другая. Странно что у тебя вообще получилось забеременеть. У нас же и секса почти нет... пару раз за последние месяцы приходилось. Но опять же, я спал с тобой из жалости!
Из спальни, из кладовки, из кухни начали выходить люди. Наши друзья. Мои подруги. Они должны были выскочить с криками "Поздравляем!"

– Тебе не нужно разбираться с моими проблемами, – проговорила, слыша, что около подъезда остановилась машина. Надеюсь, это уже полиция. – Я справлюсь.
– И как ты будешь здесь одна? – странный вопрос. Его не заботило, когда он окунулся с головой в новые отношения и оставил меня.
– Как и два последних года.
Его губы сжались в тонкую линию.
– Сомневаюсь, что уже сегодня поставят новое стекло, – продолжил Влад. – Тут холодно и небезопасно.
– А тебе ли не все равно? – я прищурилась.
– Не все равно. Ты всегда будешь для меня родным человеком. И я хочу, чтобы ты была в безопасности.
А почему бы прямо не сказать… Он просто боится того, что если со мной что-нибудь случится, детям придется переехать к нему, а его пассии это не очень-то и понравится.
Она натура творческая и, по словам детей очень не любит, когда они громко разговаривают и смеются. Вдохновение у нее, видите ли, пропадает.
– Переживай о своей художнице, не обо мне.
Влад тяжело вздохнул.
– Настя…

- Мне пацан нужен… Сын! Понимаешь? – прижимаю к себе новорожденную малышку, словно защищая. – Вторая девка… вторая!? Ты что творишь?
- Так вместе творим, Хамза… следующий точно сын будет, ну не злись, - смотрю на своего любимого мужа и просто не узнаю, глаза бешенством горят.
- Сын будет, но не от тебя! – бьёт словами наотмашь, не жалея… не любя…
Я чуть малышку из рук не выронила от его слов, уже предвидя чьё имя он сейчас назовёт…
- Зара вернулась… моя Зара, - при упоминании её имени мой Хамза засветился весь… столько лет прошло…
Старая любовь не ржавеет?
Она же сама бросила его и за богатого замуж убежала… семь лет её не было, а как к родителям вернулась мой сразу к ней забегал?
- И что гулять с ней будешь? Меня и детей позорить? – откуда только силы после тяжёлых родов взялись.
- Ну почему же гулять… второй женой возьму!
Это что за мода сейчас такая пошла вторых жён приводить? Думает, я спокойно проглочу и смирюсь? Ну это мы ещё будем посмотреть!

Нажимаю пальцем на звонок. В надежде поскорее увидеть родное лицо Стаса. Но дверь открывает не он. На пороге стоит Женя. Моя школьная подруга. Моя лучшая подруга.
На ней надет лёгкий халатик, облегающий уже так явно беременный живот. Смотрю на нее, и мир вокруг меня начинает рушиться. Стены дома, которого я считала своей крепостью, плывут, превращаясь в призрачные силуэты. Женя стоит на пороге, и не думая запускать меня внутрь, туда, где лежат мои вещи, на полках стоят мои книги и находится мой муж. Она выглядит как хозяйка дома, которая решает впустить ей или нет нежданную гостью.
˗ Ярославна… Ты вернулась? – ее голос звучит как-то обеспокоенно, с нотками страха.
Но в глазах я вижу что-то другое. Уверенность. Триумф. Я молчу. Слова застряли в горле, превратившись в комок боли.

в конце ХЭ