Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
❤️ Минимальная цена для первых покупателей!
- Алену сбил не я, а наш драгоценный сынок. Что, он так и не признался? – щурится бывший муж.
- Горлов, что ты несешь? Проваливай прочь со своим чемоданом. Два года, как в разводе, ничего не перепутал?
- Как развелись, так и поженимся. Наигрался я с любовницей, хочу обратно домой. Сырничков поесть, насладиться уютом, кстати, что там у нас на обед? – нагло идет на кухню.
Дети затихают.
- Почему молчим? Где же радость на лицах? – с издевкой бросает Сергей, глядя на сына и дочь.
Знаю, что сейчас от них получит, но тут…
- Папочка, ты вернулся? Какое счастье, - подрывается Алена и бросается в объятия отца. – Мама, не строй из себя стерву, я давно не сержусь. Пусть остается. Ты уже немолодая, не тот возраст, чтобы перебирать женихов.
- Алену сбил не я, а наш драгоценный сынок. Что, он так и не признался? – щурится бывший муж.
- Горлов, что ты несешь? Проваливай прочь со своим чемоданом. Два года, как в разводе, ничего не перепутал?
- Как развелись, так и поженимся. Наигрался я с любовницей, хочу обратно домой. Сырничков поесть, насладиться уютом, кстати, что там у нас на обед? – нагло идет на кухню.
Дети затихают.
- Почему молчим? Где же радость на лицах? – с издевкой бросает Сергей, глядя на сына и дочь.
Знаю, что сейчас от них получит, но тут…
- Папочка, ты вернулся? Какое счастье, - подрывается Алена и бросается в объятия отца. – Мама, не строй из себя стерву, я давно не сержусь. Пусть остается. Ты уже немолодая, не тот возраст, чтобы перебирать женихов.
Меня выдают за бандита, а я прыгаю из окна прямо в кусты сирени. Знакомьтесь: моя новая жизнь.
Внизу — десять человек мафии и отчим-предатель. А ещё он. Стоит чуть поодаль в идеальном смокинге и смотрит так, будто я — мусор под его лакированной туфлей. Ледяное презрение. Чистое, концентрированное.
— Я предлагаю сделку, — говорит он позже, запершись со мной в комнате. — Фиктивный брак.
— Ты с дуба рухнул?
Он усмехается. Впервые. Хищно, заинтересованно.
— Это ты рухнула. С окна. Прямо ко мне в руки. Посмотрим, чья возьмёт.
Константин Корсаков — лучший кардиохирург страны, ледяной Дракула в дорогом костюме. Он купил меня у отчима, как вещь. Запер в золотой клетке. Решил, что может командовать.
Но он не знает одного: меня не сломать.
И даже если его губы на моей шее жгут больнее огня, а сердце колотится где-то в пятках — я не сдамся. Пусть этот напыщенный индюк в смокинге думает, что победил. Посмотрим, кто кого приручит, Дракула.
Внизу — десять человек мафии и отчим-предатель. А ещё он. Стоит чуть поодаль в идеальном смокинге и смотрит так, будто я — мусор под его лакированной туфлей. Ледяное презрение. Чистое, концентрированное.
— Я предлагаю сделку, — говорит он позже, запершись со мной в комнате. — Фиктивный брак.
— Ты с дуба рухнул?
Он усмехается. Впервые. Хищно, заинтересованно.
— Это ты рухнула. С окна. Прямо ко мне в руки. Посмотрим, чья возьмёт.
Константин Корсаков — лучший кардиохирург страны, ледяной Дракула в дорогом костюме. Он купил меня у отчима, как вещь. Запер в золотой клетке. Решил, что может командовать.
Но он не знает одного: меня не сломать.
И даже если его губы на моей шее жгут больнее огня, а сердце колотится где-то в пятках — я не сдамся. Пусть этот напыщенный индюк в смокинге думает, что победил. Посмотрим, кто кого приручит, Дракула.
Поздний вечер, дома меня не ждут, ведь я должна лежать на сохранении. Замираю у спальни, услышав знакомые голоса.
— Любимый, ты ведь хотел наследника, я тебе его подарю…, — голос Дарины.
Эта гадина — жена старшего брата моего мужа, и беременна вроде как от Виктора.
Я не дышу, слушаю.
— Даря, я тебя тоже люблю, — отвечает мой муж. — Но ты же понимаешь, как все сложно… Я не хочу скандала с братом. Давай оставим все как есть. Никто не узнает, что твой ребеночек от меня. А Аня…
Врываюсь в комнату.
— Что Аня? Говори! — хриплю я, рассматривая эту обнаженную парочку в нашей кровати.
Скандал в семье все же случился! Потому что я молчать не стала!
Два года после развода Сергей не вспоминал ни обо мне, ни о дочке.
Было тяжело, но я выстояла, вот только однажды бывший муж появился на пороге.
— Аня, ты не справляешься с ребенком, — заявил он. — Я хочу забрать дочь. У нас случилось несчастье, наш мальчик долго болел, и недавно его не стало. И теперь Дарине нужна замена.
— Любимый, ты ведь хотел наследника, я тебе его подарю…, — голос Дарины.
Эта гадина — жена старшего брата моего мужа, и беременна вроде как от Виктора.
Я не дышу, слушаю.
— Даря, я тебя тоже люблю, — отвечает мой муж. — Но ты же понимаешь, как все сложно… Я не хочу скандала с братом. Давай оставим все как есть. Никто не узнает, что твой ребеночек от меня. А Аня…
Врываюсь в комнату.
— Что Аня? Говори! — хриплю я, рассматривая эту обнаженную парочку в нашей кровати.
Скандал в семье все же случился! Потому что я молчать не стала!
Два года после развода Сергей не вспоминал ни обо мне, ни о дочке.
Было тяжело, но я выстояла, вот только однажды бывший муж появился на пороге.
— Аня, ты не справляешься с ребенком, — заявил он. — Я хочу забрать дочь. У нас случилось несчастье, наш мальчик долго болел, и недавно его не стало. И теперь Дарине нужна замена.
– Ну, чего звал? – плюхнулся я в кресло, по-хозяйски закинув ногу на ногу.
Дед гневно стиснул челюсть, прежде чем заговорить:
– Видел, чем ты занимался вчера.
– А, ты про клуб? – беспечно хмыкнул я. – Дед, да расслабься, мы просто с пацанами отрывались...
– Ты шампанским поливал толпу. По сто пятьдесят тысяч рублей за бутылку!
– Ну, технически, не я один, Кирюха тоже...
– Мне плевать на Кирюху, – отрезал дед. – Мне не плевать на фамилию Новицкий, которую благодаря тебе полощут по всем помойкам интернета! Я устал, Ярослав.
– Дед, ладно, я тебя понял, – закатил я глаза. – Меня уже мучает совесть. Буду вести себя тише, обещаю...
Дед поднял руку, заставляя меня замолчать:
– Ты едешь в деревню.
А?
– Что за приколы у тебя, дед? – недоверчиво усмехнулся я. – Какую ещё деревню?
– Это не приколы. В обычную деревню. К моему троюродному брату Егору.
– К кому?!
Дед гневно стиснул челюсть, прежде чем заговорить:
– Видел, чем ты занимался вчера.
– А, ты про клуб? – беспечно хмыкнул я. – Дед, да расслабься, мы просто с пацанами отрывались...
– Ты шампанским поливал толпу. По сто пятьдесят тысяч рублей за бутылку!
– Ну, технически, не я один, Кирюха тоже...
– Мне плевать на Кирюху, – отрезал дед. – Мне не плевать на фамилию Новицкий, которую благодаря тебе полощут по всем помойкам интернета! Я устал, Ярослав.
– Дед, ладно, я тебя понял, – закатил я глаза. – Меня уже мучает совесть. Буду вести себя тише, обещаю...
Дед поднял руку, заставляя меня замолчать:
– Ты едешь в деревню.
А?
– Что за приколы у тебя, дед? – недоверчиво усмехнулся я. – Какую ещё деревню?
– Это не приколы. В обычную деревню. К моему троюродному брату Егору.
– К кому?!
— Ты не пойдёшь с ним! — рычит он.
Я поднимаю взгляд на друга отца.
— Запрещаете?
— Предупреждаю.
— А если я не послушаюсь? — дерзко заявляю я.
— Буду наказывать! — зло отвечает он и хватает меня за талию. Рывком прижимает к себе.
А потом…
Я выросла на его глазах. Всегда была для него «маленькой девочкой». Но теперь друг отца смотрит на меня иначе…
Я поднимаю взгляд на друга отца.
— Запрещаете?
— Предупреждаю.
— А если я не послушаюсь? — дерзко заявляю я.
— Буду наказывать! — зло отвечает он и хватает меня за талию. Рывком прижимает к себе.
А потом…
Я выросла на его глазах. Всегда была для него «маленькой девочкой». Но теперь друг отца смотрит на меня иначе…
– Девочка, – стараюсь, чтобы голос звучал мягче, – кто ты?
– Мама меня зовет зайкой, – тихо произносит малышка, продолжая вжиматься в бетонную стенку.
Смотреть на окруживших ее дядей-бандитов боится.
Мокрое белое платьице липнет к телу, что дрожит от холода.
– А вы холосый дядя? Доблый?
Раздаются смешки. Я и хороший добрый дядя – понятия несовместимые.
Цыкаю, и все разом замолкают.
Протягиваю девочке свою куртку.
– Скажи… Зайка, а где твоя мама?
Зачистив промзону от людей Вадика Буры, неожиданно нахожу прячущуюся маленькую девочку. Как она тут оказалась одна и в таком виде? Мама малышки в опасности. Девочка молит о помощи. А ее зеленые глаза заставляют мою память всколыхнуться, вспомнить другую…
– Мама меня зовет зайкой, – тихо произносит малышка, продолжая вжиматься в бетонную стенку.
Смотреть на окруживших ее дядей-бандитов боится.
Мокрое белое платьице липнет к телу, что дрожит от холода.
– А вы холосый дядя? Доблый?
Раздаются смешки. Я и хороший добрый дядя – понятия несовместимые.
Цыкаю, и все разом замолкают.
Протягиваю девочке свою куртку.
– Скажи… Зайка, а где твоя мама?
Зачистив промзону от людей Вадика Буры, неожиданно нахожу прячущуюся маленькую девочку. Как она тут оказалась одна и в таком виде? Мама малышки в опасности. Девочка молит о помощи. А ее зеленые глаза заставляют мою память всколыхнуться, вспомнить другую…
Самая неудачная покупка последнего года смотрела на него твёрдым взглядом и гордо поднимала подбородок.
Непокорная. Дерзкая, но такая манящая.
- Знаешь, во сколько ты мне обошлась? - рыкнул на неё Арслан.
- Явно переплатили за бракованный товар! - ощетинилась Василиса.
- Всё равно отработаешь всё до копейки!
- Пусть тот, кто меня на этот аукцион за волосы притащил - отрабатывает! Я вам ничего не должна!
- Я тебе жизнь спас! Между тобой и этой сворой шакалов теперь стою только я!
- Постойте пока денёк-другой на стрёме - я сбежать успею!
- Сбежать? Ты без меня и дня не выживешь, Васька!
- Выживала как-то пять лет без вас и ещё столько же выживу!
- Тогда завтра я вышвырну тебя на все четыре стороны - тренируй ноги и лёгкие! Бежать надо будет быстро! Я с удовольствием посмотрю на твой смертельный забег.
Василиса стиснула зубы.
Она убежит.
Выживет.
И отомстит всем, кто отнял у неё семью и будущее.
Непокорная. Дерзкая, но такая манящая.
- Знаешь, во сколько ты мне обошлась? - рыкнул на неё Арслан.
- Явно переплатили за бракованный товар! - ощетинилась Василиса.
- Всё равно отработаешь всё до копейки!
- Пусть тот, кто меня на этот аукцион за волосы притащил - отрабатывает! Я вам ничего не должна!
- Я тебе жизнь спас! Между тобой и этой сворой шакалов теперь стою только я!
- Постойте пока денёк-другой на стрёме - я сбежать успею!
- Сбежать? Ты без меня и дня не выживешь, Васька!
- Выживала как-то пять лет без вас и ещё столько же выживу!
- Тогда завтра я вышвырну тебя на все четыре стороны - тренируй ноги и лёгкие! Бежать надо будет быстро! Я с удовольствием посмотрю на твой смертельный забег.
Василиса стиснула зубы.
Она убежит.
Выживет.
И отомстит всем, кто отнял у неё семью и будущее.
Меня отправляют в Сибирь, где я обязана отработать целый год в клане медведей.
Но меня бесит даже не это, а то что новый Босс делает всё, чтобы я уволилась по собственному желанию.
Вот только не на ту нарвался.
Я хоть и не оборотень, но коготочки у меня имеются.
Так что, готовьтесь к войне, Босс!
***
Я превратила Альфа-самца, одного из самых могущественных оборотней Сибири в... клумбу, отхлестав его букетом тюльпанов.
- Если вы думаете, что я напишу заявление на увольнение, то… фиг вам, а не моё заявление!
Небрежно бросаю остатки букета на его стол и невозмутимым тоном продолжаю:
- Вам, как обычно, подать кофе? Или сегодня предпочтете выпить чашечку ромашкового чая?
Но меня бесит даже не это, а то что новый Босс делает всё, чтобы я уволилась по собственному желанию.
Вот только не на ту нарвался.
Я хоть и не оборотень, но коготочки у меня имеются.
Так что, готовьтесь к войне, Босс!
***
Я превратила Альфа-самца, одного из самых могущественных оборотней Сибири в... клумбу, отхлестав его букетом тюльпанов.
- Если вы думаете, что я напишу заявление на увольнение, то… фиг вам, а не моё заявление!
Небрежно бросаю остатки букета на его стол и невозмутимым тоном продолжаю:
- Вам, как обычно, подать кофе? Или сегодня предпочтете выпить чашечку ромашкового чая?
Я терпеть не могу начальников, которые считают, будто мир держится на строгих регламентах.
А Павел Миронов как раз из таких.
Новый директор объявил войну всему, что не укладывается в его скучные рамки "нормального".
Он уверен, что меня нужно дисциплинировать.
Я же считаю, что его нужно срочно изгнать из офиса, желательно вместе с ежедневными отчетами.
Теперь Миронов лично проверяет мои сделки, придирается к комментариям в таблицах и заставляет отчитываться так часто, что я скоро начну видеть его во сне. В кошмарах, разумеется.
Проблема только в том, что со временем этот самодовольный тиран начинает казаться не таким уж ужасным. Даже интересным.
Но служебный роман — плохая идея.
Особенно, когда рядом появляется женщина из прошлого моего босса.
А Павел Миронов как раз из таких.
Новый директор объявил войну всему, что не укладывается в его скучные рамки "нормального".
Он уверен, что меня нужно дисциплинировать.
Я же считаю, что его нужно срочно изгнать из офиса, желательно вместе с ежедневными отчетами.
Теперь Миронов лично проверяет мои сделки, придирается к комментариям в таблицах и заставляет отчитываться так часто, что я скоро начну видеть его во сне. В кошмарах, разумеется.
Проблема только в том, что со временем этот самодовольный тиран начинает казаться не таким уж ужасным. Даже интересным.
Но служебный роман — плохая идея.
Особенно, когда рядом появляется женщина из прошлого моего босса.
Я лежу в нашей общей постели, и раздумываю о своем будущем.
Месть. Как же она сладка…
Жених поступил как скотина. Но что, если... что если я выйду за него замуж?
Не буду устраивать скандал и отменять торжество.
Повеселюсь на свадьбе, получу подарки, сделаю шикарные фотографии.
Выйду!
И не потому, что жажду праздника и кольца на пальце. Сделаю это, чтобы отомстить.
А что мне терять? Пару месяцев?
Они ничто, на фоне пяти лет, которые потратила на пустые мечты с подлецом.
Заберу у Дениса все, что полагается жене по закону: половину дома, который собираемся приобрести, половину машины, которую планируем поменять на более дорогую. Я разрушу его мир так же, как он разрушил мой. А потом пошлю на три веселых буквы и уйду, улыбаясь и зная, что выстояла.
Месть. Как же она сладка…
Жених поступил как скотина. Но что, если... что если я выйду за него замуж?
Не буду устраивать скандал и отменять торжество.
Повеселюсь на свадьбе, получу подарки, сделаю шикарные фотографии.
Выйду!
И не потому, что жажду праздника и кольца на пальце. Сделаю это, чтобы отомстить.
А что мне терять? Пару месяцев?
Они ничто, на фоне пяти лет, которые потратила на пустые мечты с подлецом.
Заберу у Дениса все, что полагается жене по закону: половину дома, который собираемся приобрести, половину машины, которую планируем поменять на более дорогую. Я разрушу его мир так же, как он разрушил мой. А потом пошлю на три веселых буквы и уйду, улыбаясь и зная, что выстояла.
Выберите полку для книги