Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
«Я полюбил другую женщину. Надеюсь, и ты сумеешь встретить своего человека».
На десятую годовщину я получила от мужа букет жёлтых тюльпанов и прощальную записку.
У мерзавца духа не хватило сознаться в измене, глядя мне в глаза. Предатель пошёл по пути меньшего сопротивления: накорябал записочку и, пока меня не было дома, собрал свои вещи и сбежал.
– Ты променял родных детей на проститутку! – цежу сквозь плотно сжатые зубы, глядя предателю в глаза.
– Оксана не проститутка, а няня наших детей и моя будущая жена. С кем останутся близнецы после развода – вопрос нерешённый. Дети любят Оксану как родную. Она без проблем справится с двойняшками и с лёгкостью заметит тебя! – с ненавистью в голосе произносит предатель.
На десятую годовщину я получила от мужа букет жёлтых тюльпанов и прощальную записку.
У мерзавца духа не хватило сознаться в измене, глядя мне в глаза. Предатель пошёл по пути меньшего сопротивления: накорябал записочку и, пока меня не было дома, собрал свои вещи и сбежал.
– Ты променял родных детей на проститутку! – цежу сквозь плотно сжатые зубы, глядя предателю в глаза.
– Оксана не проститутка, а няня наших детей и моя будущая жена. С кем останутся близнецы после развода – вопрос нерешённый. Дети любят Оксану как родную. Она без проблем справится с двойняшками и с лёгкостью заметит тебя! – с ненавистью в голосе произносит предатель.
- Ты что устроила? - мужчина прожигает меня взглядом.
- Восстановила справедливость! - отвечаю я, воинственно задирая подбородок.
- Ты хоть представляешь, сколько ремонт этой тачки стоит?! - продолжает испепелять меня хозяин ресторана.
- Мне всё равно! - признаюсь честно, - Оно того стоило!
- Да? - тянет саркастически, - И даже, когда ты будешь выплачивать стоимость этого ремонта?
- А мы с Данилой взаимозачет произведем! Я ему сделаю вычет из суммы алиментов, которые он мне скоро начнет платить! - нагло отвечаю.
Григорий Станиславович смотрит на меня, после - на мой живот. Но соображает быстро.
- Погоди! Ты от моего брата беременна?!
- Восстановила справедливость! - отвечаю я, воинственно задирая подбородок.
- Ты хоть представляешь, сколько ремонт этой тачки стоит?! - продолжает испепелять меня хозяин ресторана.
- Мне всё равно! - признаюсь честно, - Оно того стоило!
- Да? - тянет саркастически, - И даже, когда ты будешь выплачивать стоимость этого ремонта?
- А мы с Данилой взаимозачет произведем! Я ему сделаю вычет из суммы алиментов, которые он мне скоро начнет платить! - нагло отвечаю.
Григорий Станиславович смотрит на меня, после - на мой живот. Но соображает быстро.
- Погоди! Ты от моего брата беременна?!
– Катюш, давай поговорим в квартире. Мы же не чужие друг другу люди, столько всего прошли вместе, пережили, и нам есть что вспомнить.
– Так ты пришёл поностальгировать?
– Я пришёл ещё раз попросить у тебя прощения и предложить начать всё сначала.
– А что такое? Марину не так легко прогнуть под себя или она не хочет сдувать с тебя пылинки?
– Марина, – скривившись, Елисей зло фыркнул, давая понять, что в их отношениях произошёл раскол, – она не стоит и одного твоего пальца. Сам не знаю теперь, какой чёрт меня попутал связаться с этой эгоистичной стервой, но сегодня я закончил наши отношения.
– Ты бросил беременную девушку? Даже от тебя я такого не ожидала. Раньше ты всегда нёс ответственность за свои поступки.
– Так ты пришёл поностальгировать?
– Я пришёл ещё раз попросить у тебя прощения и предложить начать всё сначала.
– А что такое? Марину не так легко прогнуть под себя или она не хочет сдувать с тебя пылинки?
– Марина, – скривившись, Елисей зло фыркнул, давая понять, что в их отношениях произошёл раскол, – она не стоит и одного твоего пальца. Сам не знаю теперь, какой чёрт меня попутал связаться с этой эгоистичной стервой, но сегодня я закончил наши отношения.
– Ты бросил беременную девушку? Даже от тебя я такого не ожидала. Раньше ты всегда нёс ответственность за свои поступки.
— Не смей меня трогать! — шиплю я, едва не брызгая слюной, как настоящая змея.
Бывший внезапно начинает хохотать. А вот мне совершенно не до смеха. Едва успеваю прикусить язык, чтобы не наговорить лишнего. Сейчас я точно не в том положении, чтобы провоцировать этого непредсказуемого мужчину, от которого даже не знаю, чего можно ожидать.
Липкий страх накрывает с головой.
— Оля, я не причиню тебе вреда, если, конечно, не будешь делать глупостей! — резко и холодно произносит бывший, переставая смеяться.
— Что тебе от меня нужно, Арман? И почему ты на свободе? Ты же должен быть ещё в тюрьме?! Зачем меня похитил?
— Я не похищал тебя! — отвечает бывший так легко, словно говорит о чём-то само собой разумеющимся. — А вот те ублюдки, которые это сделали, уже мертвы. Так что тебе не нужно их бояться.
— Но мне стоит бояться тебя!
Когда-то я отправила за решётку человека, которого любила больше жизни. Сейчас он появляется вновь, чтобы меня спасти… или уничтожить.
Бывший внезапно начинает хохотать. А вот мне совершенно не до смеха. Едва успеваю прикусить язык, чтобы не наговорить лишнего. Сейчас я точно не в том положении, чтобы провоцировать этого непредсказуемого мужчину, от которого даже не знаю, чего можно ожидать.
Липкий страх накрывает с головой.
— Оля, я не причиню тебе вреда, если, конечно, не будешь делать глупостей! — резко и холодно произносит бывший, переставая смеяться.
— Что тебе от меня нужно, Арман? И почему ты на свободе? Ты же должен быть ещё в тюрьме?! Зачем меня похитил?
— Я не похищал тебя! — отвечает бывший так легко, словно говорит о чём-то само собой разумеющимся. — А вот те ублюдки, которые это сделали, уже мертвы. Так что тебе не нужно их бояться.
— Но мне стоит бояться тебя!
Когда-то я отправила за решётку человека, которого любила больше жизни. Сейчас он появляется вновь, чтобы меня спасти… или уничтожить.
– Я не женюсь. Мне двадцать восемь лет, и я сам в состоянии выбрать себе женщину! Тем более жену!
Глаза отца вспыхнули яростью.
– Ты уже навыбирал! Одни европейские распутницы! Я понимаю, они доступнее, но надо думать головой, а не тем, что между ног. Тебе нужен законный наследник!
– Это тебе нужен наследник, раз так очевидно, я не подхожу на эту роль! – выдохнул глухо, пытаясь сохранить самообладание. – У тебя еще двое сыновей!
- Они слишком молоды, чтобы вести наш бизнес, - сухо и цинично произнес отец, – а ты мог бы быть уважительней к нашим традициям. И потому женишься по моему выбору! Я сказал - и так будет.
Я с первого взгляда мечтала о нем, и вот должна выйти за красавца Вазиля. Но чем обернется этот шанс - счастьем или полетом в темную бездну ненависти? Крушением всех надежд и мечты или возможностью завоевать любовь мужа....
Глаза отца вспыхнули яростью.
– Ты уже навыбирал! Одни европейские распутницы! Я понимаю, они доступнее, но надо думать головой, а не тем, что между ног. Тебе нужен законный наследник!
– Это тебе нужен наследник, раз так очевидно, я не подхожу на эту роль! – выдохнул глухо, пытаясь сохранить самообладание. – У тебя еще двое сыновей!
- Они слишком молоды, чтобы вести наш бизнес, - сухо и цинично произнес отец, – а ты мог бы быть уважительней к нашим традициям. И потому женишься по моему выбору! Я сказал - и так будет.
Я с первого взгляда мечтала о нем, и вот должна выйти за красавца Вазиля. Но чем обернется этот шанс - счастьем или полетом в темную бездну ненависти? Крушением всех надежд и мечты или возможностью завоевать любовь мужа....
– Карина, видишь ли… – он кашляет, – Мы с тобой в браке уже восемь лет… И я понял, что мы уже порядком друг другу надоели. И будет логично, если ты отсюда съедешь.
А незнакомка добавляет:
– А еще мы с Олегом решили, что вам не стоит воспитывать Леву. Но на выходных вы можете с ним видеться. Мы же не звери все-таки.
____
Мой муж не просто мне изменил, он еще считает что его любовница будет воспитывать моего четырехлетнего сына!
А незнакомка добавляет:
– А еще мы с Олегом решили, что вам не стоит воспитывать Леву. Но на выходных вы можете с ним видеться. Мы же не звери все-таки.
____
Мой муж не просто мне изменил, он еще считает что его любовница будет воспитывать моего четырехлетнего сына!
— Он мой сын.
— Ты издеваешься?.. Я спасала этого мальчика, лечила его. И теперь узнаю такое…
Борясь за жизнь ребенка, я даже подумать не могла, кем он на самом деле является моему мужу.
Что у его матери и моего любимого - отношения. И теперь я та, кто оказалась лишней.
Но я не сломаюсь. Не стану реветь в подушку. Они даже не догадываются, что будет дальше...
— Ты издеваешься?.. Я спасала этого мальчика, лечила его. И теперь узнаю такое…
Борясь за жизнь ребенка, я даже подумать не могла, кем он на самом деле является моему мужу.
Что у его матери и моего любимого - отношения. И теперь я та, кто оказалась лишней.
Но я не сломаюсь. Не стану реветь в подушку. Они даже не догадываются, что будет дальше...
- Я тебя прошу! Давай все закончим, малыш! Так всем будет лучше!
- Игорь, кому лучше? Я жить без тебя не могу! В лица прохожих всматриваюсь, тебя во всех ищу!
- Малышка, хватит! Я женат, у меня дочь! В этом году, Верон идет в школу, ты знаешь!
Внутри все сжимается. До боли, просто до сумасшествия. Что простите? Я просто отказываюсь верить своим ушам. Это невозможно. Просто невозможно. Нет, этого не может быть. Скажите мне что это просто сон. Просто сон….
- Я беременна, Игорь!
Ноги становятся ватными. Эти голоса я узнаю из тысячи. Голоса любимого мужа и…. Племянницы, той с которой была вместе, с пеленок, та которую, так сильно любила.
Удар. Нож в спину. Конец.
Толкаю дверь и замираю. Она у него на коленях. Руки сжимаются в кулаки. Вижу ее испуганный взгляд и его холодных, но таких некогда родных глаз.
- Как назовем? А я простите кем буду? Бабушкой?
Улыбаюсь, а у самой не передать что в душе. Ну вот и все. Конец. Как и не было пятнадцати лет брака. Что же вы натворили, что…
- Игорь, кому лучше? Я жить без тебя не могу! В лица прохожих всматриваюсь, тебя во всех ищу!
- Малышка, хватит! Я женат, у меня дочь! В этом году, Верон идет в школу, ты знаешь!
Внутри все сжимается. До боли, просто до сумасшествия. Что простите? Я просто отказываюсь верить своим ушам. Это невозможно. Просто невозможно. Нет, этого не может быть. Скажите мне что это просто сон. Просто сон….
- Я беременна, Игорь!
Ноги становятся ватными. Эти голоса я узнаю из тысячи. Голоса любимого мужа и…. Племянницы, той с которой была вместе, с пеленок, та которую, так сильно любила.
Удар. Нож в спину. Конец.
Толкаю дверь и замираю. Она у него на коленях. Руки сжимаются в кулаки. Вижу ее испуганный взгляд и его холодных, но таких некогда родных глаз.
- Как назовем? А я простите кем буду? Бабушкой?
Улыбаюсь, а у самой не передать что в душе. Ну вот и все. Конец. Как и не было пятнадцати лет брака. Что же вы натворили, что…
— Солнышко моё, помнишь, я тебе рассказывала о папе?
Ваня кивнул, и я продолжила.
— Пока ты будешь жить с ним.
Наконец-то я произнесла ту правду, которую долго держала в себе.
Сын после этих слов бросился на мою шею и заплакал.
— Мама...мама... мама...
Шептал, пока слёзы омывали его детское личико, я же гладила сына по голове и приговаривала.
— Всё будет хорошо, милый...он очень хороший...полюбит тебя...я вернусь...скоро... обещаю...
Шесть лет назад, чтобы спасти любимого от гнева моего отца, я сбежала, скрыв свою беременность, а теперь мне нужна помощь. Нашему с Михаилом сыну грозит опасность от человека, который решил завладеть наследством моего дяди, и я не придумала ничего лучше, как отдать Ваню бывшему.
Надеюсь, я не ошиблась...
Ваня кивнул, и я продолжила.
— Пока ты будешь жить с ним.
Наконец-то я произнесла ту правду, которую долго держала в себе.
Сын после этих слов бросился на мою шею и заплакал.
— Мама...мама... мама...
Шептал, пока слёзы омывали его детское личико, я же гладила сына по голове и приговаривала.
— Всё будет хорошо, милый...он очень хороший...полюбит тебя...я вернусь...скоро... обещаю...
Шесть лет назад, чтобы спасти любимого от гнева моего отца, я сбежала, скрыв свою беременность, а теперь мне нужна помощь. Нашему с Михаилом сыну грозит опасность от человека, который решил завладеть наследством моего дяди, и я не придумала ничего лучше, как отдать Ваню бывшему.
Надеюсь, я не ошиблась...
— Я не хотел, чтобы ты так узнала об этом.
— А как? Как я должна была об этом узнать? После родов? — я вскочила, сжимая кулаки. — Или когда она пришла бы к нам домой с ребёнком за руку?
Он молчал.
— Выходит, это её тест? Она специально подкинула его мне, чтобы я всё побыстрее узнала?
— А как? Как я должна была об этом узнать? После родов? — я вскочила, сжимая кулаки. — Или когда она пришла бы к нам домой с ребёнком за руку?
Он молчал.
— Выходит, это её тест? Она специально подкинула его мне, чтобы я всё побыстрее узнала?
Выберите полку для книги