Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «pervaya-lyubov»

Таня привыкла к тишине библиотек и порядку в мыслях. Вадим привык к гулу подпольных рингов и боли, которая не дает уснуть. Она искала способ выбраться из своего «правильного» мира, он был воплощением самого опасного, что в этом мире есть.

Когда их пути сошлись, пространство вокруг них начало искрить. Одно обещание защиты и вот она уже не сторонний наблюдатель. Она часть его мира. Мира, где за каждый вдох нужно платить, а финал любого боя предопределен.

Сможешь ли ты пройти этот путь до конца, зная, что в конце тебя ждет только пепел?

Раздался звонок в дверь, и я была уверена, что это Никита. Но за дверью стояла девушка. Я открыла дверь, и она сразу же зашла в квартиру.
— Добрый день! А вы к кому? — спросила я её. Может, это знакомая или родственница хозяина квартиры.
— Так вот ты какая, Алиса. — окинула меня высокомерным взглядом и скривила лицо.
— А вы кто? — удивлённо спросила я. Откуда она знает меня?
— Невеста Никиты. — теперь всё стало понятно. Я ей улыбнулась; уверена, что она подумала, что я пытаюсь завоевать его внимание. Я бы тоже так решила скорее всего, будь я на её месте.
— Очень приятно познакомиться, проходите! Я всегда буду рада его родным. Ведь он так сильно мне помог; никогда этого не забуду. — Я жестом пригласила её войти, но она снова посмотрела на меня не очень дружелюбным взглядом.

Он мой приёмный дедушка. И я по уши в него влюблена. От его проникновенного взгляда я столбенею и начинаю заикаться. Если бы он только знал, как я мечтаю о его поцелуях. Но, увы, я для него сопливая девчонка, которую он не перестанет ругать. Эта одержимость меня доконает. Он стал моим воздухом, моей несбыточной мечтой. Я скоро сойду с ума от этой любви. Ведь она медленно меня отравляет.

Что крепче, дружба или любовь? Эта книга не ответит на этот вопрос, но заставит задуматься, что дружба - это та же любовь. Для любимого человека, ты можешь сделать всё, не прося ничего взамен, ровно как и в настоящей крепкой дружбе.

Стас и Никита нашли друг друга случайно, но спустя два года, в их пиратскую стаю ворвется девушка, и откроет им истинную причину, из-за которой они так легко подружились.

Катя считала Льва почти братом.
Пока однажды он не увидел её полураздетой — и всё между ними не стало слишком неправильным.

Она готовится к поступлению в университет. Он валяет дурака и не знает, что делать со своей жизнью. Они живут под одной крышей в жаркой Тоскане, пытаются держать дистанцию и делают вид, что между ними ничего нет.

Только взгляды становятся слишком долгими.
Прикосновения - слишком опасными.
А чувства, которые не должны были появиться, уже невозможно остановить.

– Я не подкрадывался, – возразил ей.
– Ага, не подкрадывался, не обнимал, чисто ангелок, – красавица покачала головой.
– Хорошо, я отпущу тебя, но от края отойди.
– Договорились, – я разжал руки, а она отступила в сторону.
– Раз уж ты потревожил мой покой, то предлагаю вместе послушать ветер, – она снова повернулась к морю и прикрыла глаза, – слышишь? Он рассказывает истории. Он их знает огромное множество.
Я послушно стал рядом и закрыл глаза. Морской свежий бриз нес с моря свежесть и умиротворение. То, что мне нужно.
– Скоро будет дождь, смотри, не промокни, – голос девушки неожиданно раздался далеко. Она уже начала спускаться по тропинке вниз. – Видишь, ту тучу несет прямо на нас, – она показала пальчиком в сторону моря. Там действительно висела черная туча, которая вроде бы не двигалась.
– Уверена? – спросил с сомнением.
– Ветер бывает непостоянным! – девушка продолжила спускаться и почти скрылась из виду, а я только сообразил, что не узнал ни ее имени, ни как найти ее.

— Извиняйся, давай. Кивни, если поняла, — тихо сказал я ей на ухо; она кивнула. — Я сейчас отпущу тебя, и ты извинишься. А если будешь кричать, я тебя побью, — еле-еле сдерживал смех, когда всё это ей говорил.
Отпустил её рот и повернул к себе. И что я увидел? Ни капли страха; она рассматривала меня, как под микроскопом, даже прищурилась немного; мне очень захотелось прикрыться.
— Я жду, —напомнил я ей. — Извинений жду, — и скрестил руки на груди.
— Ну ладно. Будет по-вашему. Я прошу у вас прощения, — с каким-то одолжением сказала она и сверлит меня своими васильковыми глазами. Какие красивые у неё глаза! И губки, которые она поджимает. Носик красивый, маленький и аккуратный. Она какая-то нежная, воздушная; мне очень захотелось её обнять и почувствовать её в объятьях, и я это сделал.
Прижал её к себе. Одной рукой держал её за спинку, а второй гладил по волосам. Чувствую, что мелкая тоже гладит меня по спине. Приятно. Я ещё плотнее к ней прижался и положил подбородок на её голову.

— Я не верю в любовь. Я не верю, что два человека могут жить вместе и не возненавидеть друг друга через пять лет. Я не верю в счастливые семьи, потому что никогда их не видела.
— Я хочу тебе доказать: любовь существует.
— И как ты это сделаешь? Подаришь мне кота, которого я буду любить, а он меня? — съязвила я.
— Нет. Я предлагаю пари.
Я приподняла бровь. Пари? Становится все интереснее и интереснее.
— Какое пари?
— Ты пойдешь на свидания с пятью кандидатами. По три свидания с каждым. И я помогу тебе… ну, не влюбиться, нет, а хотя бы поверить, что это возможно.

Амелия, вынужденная покинуть Москву по воле отца и оказывается в солнечной Калифорнии, там, где всё кажется ярким, глянцевым и до боли чужим. Её «ссылка» под предлогом получения образования, способ убрать неудобную дочь с глаз долой, пока отец строит новую семью.
В аэропорту девушку встречает Кирилл Викторович Богданов, друг отца и человек, которого Амелия когда-то в юности считала воплощением надёжности и силы. Детская влюблённость, старательно забытая за пять лет, вспыхивает с новой силой, но теперь на её место приходят растерянность, гордость и желание доказать, что она больше не та робкая девочка, нуждающаяся в присмотре.
Противостояние Амелии с волей отца, напряжённое, полное невысказанных чувств, взаимодействие с другом отца и попытка найти опору в незнакомой стране складываются в эмоциональную историю о том, как сложно отстоять право на собственную жизнь и как порой единственный человек, способный стать твоим якорем, оказывается самым опасным выбором из всех возможных.

Люба после пары рюмок за ужином почти в ноль.
На ночь устанавливает диванные подушки ровно посередине.
— Прошу их никуда не скидывать, — язык чуть заплетается, но сердито сводит брови.
Смешная.
Как только уснешь, сразу и уберу. Буду завоевывать Любовь, всеми возможными способами.
Мур запрыгивает к ее подушке и, покрутившись, устраивается, громко мурлыкая.
Люба тоже заползает на огороженную часть и валится плашмя, прикрыв глаза.
Ой, пьянчужка...
Выключаю свет и укладываюсь на своей «выделенной» половине.
— Голова кружится... — шепчет тихо.
Это плохо. Приподнимаюсь. Откинув одну подушку, наклоняюсь к ней проверить. Лежит с закрытыми глазами, улыбаясь. Трогаю губами лоб.
— Мы на каруселях?
— Мгхм...
Может, тазик принести на всякий случай? А то вдруг...
— И ты меня целуешь?
Секунду растерянно торможу.
— А ты хочешь?
— Ммм... — облизывает губки.
Ее ладошка ложится мне на щеку. Вздрагиваю. И примагничиваюсь.
Люба! Зачем меня так провоцировать? Я же не железный.
— У тебя