Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»
-Лиза ждет ребенка. Первая беременность. Ей нельзя делать аборт, - говорит мой муж о своей любовнице, как ни в чем не бывало.
Тарелка выпала у меня из рук, разлетелась вдребезги мелкими осколками по полу, как и наш с Артуром брак.
-Это роковая ошибка. Я могу все объяснить. Надеюсь, ты поймешь, что нашей семье это никак не помешает, - слова любимого летят в спину острыми копьями.
Я не верю, что он говорит это.
-Семье?! Ты меня предал, Артур. Я хочу развестись. Я не прощу, - говорю спокойно, но крик рвется из груди.
Не могу дышать от боли. Я жила, словно в сказке, но все рухнуло в один момент.
Лиза, любовница моего мужа, уже сделала достаточно, чтобы я понимала, что будет дальше…
-Твои истерики сейчас лишние. Успокойся и вытри слезы. Ты без меня просто не сможешь, - хладнокровно бросает мой муж…
Тарелка выпала у меня из рук, разлетелась вдребезги мелкими осколками по полу, как и наш с Артуром брак.
-Это роковая ошибка. Я могу все объяснить. Надеюсь, ты поймешь, что нашей семье это никак не помешает, - слова любимого летят в спину острыми копьями.
Я не верю, что он говорит это.
-Семье?! Ты меня предал, Артур. Я хочу развестись. Я не прощу, - говорю спокойно, но крик рвется из груди.
Не могу дышать от боли. Я жила, словно в сказке, но все рухнуло в один момент.
Лиза, любовница моего мужа, уже сделала достаточно, чтобы я понимала, что будет дальше…
-Твои истерики сейчас лишние. Успокойся и вытри слезы. Ты без меня просто не сможешь, - хладнокровно бросает мой муж…
- А где ваша мама? Наверное, ищет вас, волнуется… Как её зовут?
- Не-а, не ищет!— заявляют почти хором двойняшки.
- Она на собеседовании!— чеканит тот, что справа.
- Ну, значит, так, бать,— говорит он же,— мы пришли предупредить!
Я усмехаюсь серьёзности тона парней. Малявки, а права качают.
- По-пацански ответишь за мамины слёзы, бать!— бросает второй.
Это что сейчас было? Детсадовцы угрожают расправой? Неоднозначная ситуация.
- Эй, детки? А конфет не хотите?— решаю разрядить ситуацию и указываю взглядом на одну из коробок, принесённых клиентами.
- Не нужны нам твои конфеты!— говорят они почти враз и улыбаются беззубой улыбкой. - Нам отец нужен! А мама одна с нами уже не правится скоро!
***
Еще вчера у меня не было детей, а сегодня я стал вдруг Батей!
- Не-а, не ищет!— заявляют почти хором двойняшки.
- Она на собеседовании!— чеканит тот, что справа.
- Ну, значит, так, бать,— говорит он же,— мы пришли предупредить!
Я усмехаюсь серьёзности тона парней. Малявки, а права качают.
- По-пацански ответишь за мамины слёзы, бать!— бросает второй.
Это что сейчас было? Детсадовцы угрожают расправой? Неоднозначная ситуация.
- Эй, детки? А конфет не хотите?— решаю разрядить ситуацию и указываю взглядом на одну из коробок, принесённых клиентами.
- Не нужны нам твои конфеты!— говорят они почти враз и улыбаются беззубой улыбкой. - Нам отец нужен! А мама одна с нами уже не правится скоро!
***
Еще вчера у меня не было детей, а сегодня я стал вдруг Батей!
— Слушай, я разлюбил тебя… — спокойно произносит муж.
— Я не понимаю, было же все хорошо, — недоуменно смотрю на Марата, перевожу взгляд на девушку, сидящую на нашей кровати рядом с ним. — Ты не мог сказать раньше, пока я не пригласила всю нашу семью?
— Тебя никто об этом не просил, — рычит муж. — В любом случае, просто прими это. Ты мне больше не нужна.
— Какой же ты… у нас будет ребенок.
Повисает гнетущая тишина.
— Он мне не нужен, — наконец выдыхает муж. — Я подал на развод. Так что… закрой дверь с той стороны.
И я закрыла. Ушла, как я думала навсегда. Вот только спустя четыре года мы вновь встречаемся с Маратом и… с его беременной любовницей.
А на руках у меня мой трехлетний сын…
— Я не понимаю, было же все хорошо, — недоуменно смотрю на Марата, перевожу взгляд на девушку, сидящую на нашей кровати рядом с ним. — Ты не мог сказать раньше, пока я не пригласила всю нашу семью?
— Тебя никто об этом не просил, — рычит муж. — В любом случае, просто прими это. Ты мне больше не нужна.
— Какой же ты… у нас будет ребенок.
Повисает гнетущая тишина.
— Он мне не нужен, — наконец выдыхает муж. — Я подал на развод. Так что… закрой дверь с той стороны.
И я закрыла. Ушла, как я думала навсегда. Вот только спустя четыре года мы вновь встречаемся с Маратом и… с его беременной любовницей.
А на руках у меня мой трехлетний сын…
— Милый, ты скоро станешь дедушкой, — не выдерживаю и выдаю на одном дыхании. — Наша дочь беременна.
Марат поднимает на меня взгляд, полный задумчивости. Кажется даже, что он не совсем расслышал мои слова.
— Лейла... — муж смотрит прямо мне в глаза. И что-то в его взгляде мне очень не нравится. — Я скоро стану отцом. Моя любовница беременна.
— Что? — это единственное слово, которое я могу выдавить из пересохшего горла.
— Я хочу быть честен с тобой. Да и смысл скрывать? Все равно узнаешь, — Марат размышляет вслух, как будто сам с собой разговаривает. — В наших отношениях ничего не изменится. Ты — моя жена. Ты слишком хороша. Во всем до скрежета зубов, — раздраженно произносит муж. — Это как есть постоянно в ресторанах, в которых мы и жрём. А хочется домашней стряпни, — он кивает головой в сторону тарелки. — Родной и понятной!
— Видимо, давно жрёшь на стороне... — задумчиво говорю и смотрю на Марата. Вижу по его глазам, что попала в точку.
Марат поднимает на меня взгляд, полный задумчивости. Кажется даже, что он не совсем расслышал мои слова.
— Лейла... — муж смотрит прямо мне в глаза. И что-то в его взгляде мне очень не нравится. — Я скоро стану отцом. Моя любовница беременна.
— Что? — это единственное слово, которое я могу выдавить из пересохшего горла.
— Я хочу быть честен с тобой. Да и смысл скрывать? Все равно узнаешь, — Марат размышляет вслух, как будто сам с собой разговаривает. — В наших отношениях ничего не изменится. Ты — моя жена. Ты слишком хороша. Во всем до скрежета зубов, — раздраженно произносит муж. — Это как есть постоянно в ресторанах, в которых мы и жрём. А хочется домашней стряпни, — он кивает головой в сторону тарелки. — Родной и понятной!
— Видимо, давно жрёшь на стороне... — задумчиво говорю и смотрю на Марата. Вижу по его глазам, что попала в точку.
Моя жизнь — эталон идеала. Я жена Тагира, властного бизнес-магната, чье имя знает весь город. Наша семья образец для подражания. Так я думала всегда. Пока он не забыл свой ежедневник. Одна находка — и я стою на краю правды, которая окажется страшнее любого моего кошмара. А это лишь только начало.
— Милана? Я забыл ежедневник.
Раздается грубый мужской голос за моей спиной. Он звучит, как выстрел.
Я резко оборачиваюсь, зажав злополучную книжечку в одной руке, а в другой сжимая смятые чеки.
Он стоит в дверях. Его взгляд скользит с моего лица на ежедневник в моей руке, на бумажки в другой.
И в его глазах, обычно таких уверенных и непроницаемых, я вижу панику.
— Тагир, — говорю я, и мой голос звучит на удивление спокойно, холодно. Я держу один из чеков перед собой. — Кто такая Елена Гордеева? Твоя тайная любовница?
Эффект мгновенный и точный. Он замирает, будто врос в пол. Время в кабинете останавливается.
Когда он поднимает на меня глаза, в них уже нет испуга.
— Милана? Я забыл ежедневник.
Раздается грубый мужской голос за моей спиной. Он звучит, как выстрел.
Я резко оборачиваюсь, зажав злополучную книжечку в одной руке, а в другой сжимая смятые чеки.
Он стоит в дверях. Его взгляд скользит с моего лица на ежедневник в моей руке, на бумажки в другой.
И в его глазах, обычно таких уверенных и непроницаемых, я вижу панику.
— Тагир, — говорю я, и мой голос звучит на удивление спокойно, холодно. Я держу один из чеков перед собой. — Кто такая Елена Гордеева? Твоя тайная любовница?
Эффект мгновенный и точный. Он замирает, будто врос в пол. Время в кабинете останавливается.
Когда он поднимает на меня глаза, в них уже нет испуга.
– Вы с ума сошли? Кто вам дал право меня лапать?!
– А тебе типа не понравилось?
– Вы мне не понравились!
– А он? – мужчина совершенно по-хамски показал взглядом вниз. – Познакомить вас?
Он просто хотел помочь девушке с машиной.
Она – чтобы он испарился с горизонта.
Но он Борзый, он решил, что она его солнце и точка.
– А тебе типа не понравилось?
– Вы мне не понравились!
– А он? – мужчина совершенно по-хамски показал взглядом вниз. – Познакомить вас?
Он просто хотел помочь девушке с машиной.
Она – чтобы он испарился с горизонта.
Но он Борзый, он решил, что она его солнце и точка.
— Уборка номеров! — бросаю я громко. — Уже ухожу.
Спешу на выход, но постоялец занимает весь проход и почему-то не двигается.
— Анна? — слышу над головой.
Резко вскидываю голову и врезаюсь в ледяной серый взгляд.
Не могу дышать.
Так и стою с мусорным пакетом и грязным пылесосом в дешевом халате с убранными под косынку светлыми волосами.
Перед ним.
Бывшим мужем.
Человеком, который так жестоко предал.
Выгнал меня ни с чем из нашего дома.
Оставил без гроша, лишь с небольшой сумкой, сломанной жизнью и тайной под сердцем.
Артем Соколов. Именно он стоит спустя пять лет после нашей последней встречи в номере убогой гостиницы, где я убираюсь.
Хуже и придумать нельзя было.
Спешу на выход, но постоялец занимает весь проход и почему-то не двигается.
— Анна? — слышу над головой.
Резко вскидываю голову и врезаюсь в ледяной серый взгляд.
Не могу дышать.
Так и стою с мусорным пакетом и грязным пылесосом в дешевом халате с убранными под косынку светлыми волосами.
Перед ним.
Бывшим мужем.
Человеком, который так жестоко предал.
Выгнал меня ни с чем из нашего дома.
Оставил без гроша, лишь с небольшой сумкой, сломанной жизнью и тайной под сердцем.
Артем Соколов. Именно он стоит спустя пять лет после нашей последней встречи в номере убогой гостиницы, где я убираюсь.
Хуже и придумать нельзя было.
– Настя, – раздражённо рявкает мужчина скалой нависая надо мной. – Сейчас же посмотри мне в глаза!
– Что вы от меня еще хотите? — вскрикиваю.
– Я хочу, чтобы ты мне сейчас правду сказала, – Руслан резко хватает меня за руку, и тянет на себя. — Это мой ребенок? Смотри мне в глаза и отвечай! — рычит мне в лицо.
Горло перехватывает, слова застревают как осколки. Я не могу ни вдохнуть, ни соврать. Его пальцы горячие, как клеймо, взгляд — бездна, из которой не вырваться. Всё, что я пыталась спрятать за молчанием, всплывает наружу.
Он скрипит зубами от злости, а я — от страха и того самого странного чувства, которое не умерло, хоть я и клялась, что похоронила его.
Теперь между нами не просто одна ночь — между нами жизнь, о которой он не должен был узнать.Но этот человек всегда узнает правду. Всегда добьется своего.
И если он решил забрать меня — никто не спасёт. Даже я сама.
– Что вы от меня еще хотите? — вскрикиваю.
– Я хочу, чтобы ты мне сейчас правду сказала, – Руслан резко хватает меня за руку, и тянет на себя. — Это мой ребенок? Смотри мне в глаза и отвечай! — рычит мне в лицо.
Горло перехватывает, слова застревают как осколки. Я не могу ни вдохнуть, ни соврать. Его пальцы горячие, как клеймо, взгляд — бездна, из которой не вырваться. Всё, что я пыталась спрятать за молчанием, всплывает наружу.
Он скрипит зубами от злости, а я — от страха и того самого странного чувства, которое не умерло, хоть я и клялась, что похоронила его.
Теперь между нами не просто одна ночь — между нами жизнь, о которой он не должен был узнать.Но этот человек всегда узнает правду. Всегда добьется своего.
И если он решил забрать меня — никто не спасёт. Даже я сама.
Мой муж думает, что он гений. Что его роман с замужней шалавой останется тайной навсегда.
Максим целует меня на ночь и верит, что я ничего не знаю. Дарит подарки без повода и считает, что отводит подозрения от себя.
Какой наивный.
Вчера за завтраком я мило спросила: "Милый, ты веришь в карму?"
Он засмеялся. Сказал, что это чушь для дурочек.
Ошибается. Карма существует. И у неё есть имя — Елена Крестовская.
Я хирург. Привыкла резать без дрожи в руках и попадать точно в цель. Двенадцать лет брака научили меня всем его слабостям.
Думал, предашь меня и останешься безнаказанным?
Игра началась, дорогой. Посмотрим как ты запоешь.
Максим целует меня на ночь и верит, что я ничего не знаю. Дарит подарки без повода и считает, что отводит подозрения от себя.
Какой наивный.
Вчера за завтраком я мило спросила: "Милый, ты веришь в карму?"
Он засмеялся. Сказал, что это чушь для дурочек.
Ошибается. Карма существует. И у неё есть имя — Елена Крестовская.
Я хирург. Привыкла резать без дрожи в руках и попадать точно в цель. Двенадцать лет брака научили меня всем его слабостям.
Думал, предашь меня и останешься безнаказанным?
Игра началась, дорогой. Посмотрим как ты запоешь.
Муж открывает синюю бархатную коробочку перед восхищенным лицом пигалицы, и она вскидывает руки с театральным восторгом.
Он, с видом джентльмена, достает внушительное, переливающееся холодным блеском колье. Нежно укладывает на её шею и застегивает замочек. Губами касается ее обнаженного плеча.
А его дорогая игрушка самодовольно щёлкает себя на телефон, поправляя подарок на шее.
— Я видела достаточно, — мой голос поразительно ровен и тих. — Можем ехать.
— И что ты сделаешь? — спрашивает подруга.
Я медленно поворачиваю голову от окна с этим мерзким зрелищем к ней.
— Накажу...
Он, с видом джентльмена, достает внушительное, переливающееся холодным блеском колье. Нежно укладывает на её шею и застегивает замочек. Губами касается ее обнаженного плеча.
А его дорогая игрушка самодовольно щёлкает себя на телефон, поправляя подарок на шее.
— Я видела достаточно, — мой голос поразительно ровен и тих. — Можем ехать.
— И что ты сделаешь? — спрашивает подруга.
Я медленно поворачиваю голову от окна с этим мерзким зрелищем к ней.
— Накажу...
Русская фантастика онлайн
Выберите полку для книги