Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «russkie-romany»

Мой идеальный брак был построен на лжи. Любимый муж, от которого я жду ребёнка, два года назад обещал спасти самого близкого мне человека и не сделал этого. Сегодня прошлое догнало меня, и я узнала правду. Его ложь стоила жизни. Можно ли простить такое?

– А что скажет будущий отец, он кого ждет? – ведущая, проводящая гендер-пати, подходит к моему мужу и протягивает ему микрофон.
– Пацана.
– А если будет девочка?
– Девочек нам не надо, – бескомпромиссно отвечает. – У меня в семье всегда пацаны рождались. Мой отец. Дед. Брат. У меня тоже будет сын, чтобы продолжить нашу фамилию и род.
– Ты мог бы не выражать так открыто свою позицию относительно девочки. Тут гости, все смотрят на нас, – отпускаю его руку и шепчу, чтобы только он слышал.
– Я говорю то, что считаю нужным сказать. Не будет никакой девочки.
Я хотела провести вечеринку, чтобы узнать, кто у нас родиться, а получила в итоге развод. Будешь потом еще жалеть, но ничего назад не вернуть. Ты сам от нас отказался.

– Я любовница твоего мужа! Я родила Игнату сына! – завляет моя младшая сестра
Слова сестры заставляют сердце сжаться от боли. Невозможно!
– А знаешь, почему Игнат тебя до сих пор не бросил? – продолжает мерзавка. – Он боялся потерять бизнес, ведь компания по документам принадлежит тебе. Но любимый нашёл выход! В случае твоей смерти имущество делить не придётся! Знаешь, почему эклеры, которые я тебе принесла, горчили? В них был яд!
Голова резко начинает кружиться со страшной силой. Адская боль пронизывает каждую клеточку моего тела, заставляя кричать. Картинка перед глазами расплывается, а после погружается во тьму, и я теряю сознание…

Двадцать лет брака. Счастливая новость о второй беременности омрачилась тем, что я узнала об изменах любимого мужа. Он четыре года спал с моей родной младшей сестрой. Она родила ему сына. Теперь мерзавка хочет занять моё место и прибегает к самым грязным методам, из-за которых я могу потерять малыша и погибнуть сама.

Она пришла к нему сломанной — не только ногой, но и душой. Её мир сузился до боли, страха и стерильной больничной тишины.
Он вошёл в эту тишину не как врач, а как стихия. Михаил Сергеевич. Человек, чей взгляд видел не диагноз, а бездну её боли. Его профессиональные, защищённые перчатками руки стали первым якорем в её свободном падении, а молчаливое понимание — началом исцеления.

Но там, где заканчивается терапия, начинается нечто большее. Запретное. Опасное. Между доверием пациента и долгом врача вспыхивает искра, способная спасти — или испепелить обоих. Когда границы стираются, а «стоп-слово» становится единственным правилом в игре с огнём, им предстоит понять: что это — падение или спасение? Профессиональная ошибка или единственный шанс на жизнь?

Пока я была на дежурстве, муж поехал навестить маму и помочь ей с огородом.
Вот только парился он не в деревенской бане, а в новом аквакомплексе, где случайно попал в объектив моей подруги. Он целовался у всех на виду со своей коллегой Викторией.
Дома я обнаружила пропажу всех семейных накоплений, а уже на следующий день любовница похвасталась на своей страничке новеньким автомобилем.
Что ж, предатель, ты вернешь все деньги и дорого заплатишь за измену!

Она годами тащила на себе брак, который давно превратился в пустую оболочку, — и вот теперь твёрдо решила поставить точку.
Он же даже не сразу понимает, что её слова — не очередной бытовой вопрос, а конец их совместной жизни.

— Мы разводимся, милый, — говорю мужу, пока он что‑то читает в ноутбуке.
— Карточка там, возьми и купи, — отрешённо бросает он, не поднимая глаз.
— Володя, я подала на развод. Сегодня.
Он наконец поднимает взгляд, хмурится:
— Что значит «развод»? Если это шутка, то несмешная.
— Никаких шуток. Я зашла на Госуслуги и подала заявление.
— Я не понимаю, чего тебе не хватает?
— Всего хватает, Володь. Дом — полная чаша. Только не моя, — спокойно отвечаю я.
Эти слова ставят точку в наших отношениях — и открывают для меня дверь в новую жизнь, где больше нет места равнодушию.

— Ты обещал, что решишь. Сколько ещё ждать?
— Майя, не сейчас. У меня семья.
— Семья? — она усмехнулась. — А ребёнок во мне — это что тогда? Ошибка?
Я стояла в коридоре собственной квартиры и слушала, как мой муж обсуждает беременность другой женщины.
Без стыда. Без страха. Будто меня уже не существует.
Он думал, что я промолчу. Что закрою глаза. Что переживу и забуду.
Но в тот вечер я поняла главное: предатель не раскаивается — он просто ждёт, когда ему снова станет удобно.
Эта история о том, как я узнала правду. И о том, чем за неё ему пришлось заплатить.

ЗАВЕРШЕНО!
Подхожу к машине мужа и замираю, заметив, как ритмично она покачивается, словно на волнах. Через слабо тонированное стекло вижу смазанные, но абсолютно понятные силуэты полуобнаженных тел.
Тошнота подкатывает к горлу, а мир теряет краски, пока мое сердце рвется на части.
И вдруг женщина, которая в такой сладкой истоме извивается под моим мужем, поворачивает голову в мою сторону. И наши взгляды встречаются сквозь стекло.
Время растворяется в тумане осознания случившегося, и вот он, мой благоНЕверный, во всей своей красоте распахивает дверь машины и выскакивает на улицу, глядя на меня круглыми от удивления и неожиданности глазами.
А дальше лишь банальные и совершенно бессмысленные фразы: «Дай мне все объяснить» и «Это не то, что ты подумала».

— Алло, — знакомый женский голос протяжно и чуть издевательски отвечает.
— Алина? Где Матвей!? Почему ты берёшь его телефон?
Раздаётся весёлый заливистый смех. Какого чёрта двоюродная сестра делает у нас дома?
— Он в душе.
— Что? Почему? – мой голос бледный, напряжённый.
Я уже всё понимаю, но продолжаю задавать никому не нужные вопросы.
____________________
Хотела развеяться после измены парня, но встретила их. Эти мужчины сводят с ума. Заставляют нарушать запреты. Умом понимаю – лучше одной, но всё равно снова и снова впускаю их в свою жизнь.
Они оба от меня без ума, но получится ли у нас построить что-то большее?

В сером, забытом временем городке единственным местом притяжения стала старинная пекарня «Счастье», где по секретному рецепту выпекают «хлеб счастья». За ним выстраиваются длинные очереди — не столько из-за вкуса, сколько из-за слухов, что он может изменить жизнь. Оля, потерявшая веру в будущее после личной трагедии, каждое воскресенье занимает очередь, как ритуал, чтобы просто почувствовать связь с миром.