Книги по тегу «властный герой»: ""
Пять лет Яна моет чужие полы и знает своё место — быть незаметной. Пока однажды дверь пентхауса на семнадцатом этаже не открывает не тот, кого она ждала.
— Если бы могла взять что угодно прямо сейчас — чего бы ты хотела?
— Чтобы кто-то заметил. Не как уборщицу. Как женщину.
— Ты заметила? Что я смотрел всё это время?
Два брата. Один — тишина и власть, другой — огонь и риск. Оба привыкли забирать то, что хотят. И теперь хотят её.
У них есть враг, готовый разрушить всё. У неё — выбор, который нельзя отменить: остаться невидимой или стать той, кого невозможно забыть.
Жёсткая, откровенная история о желании, которое сильнее страха, и о доме, который находишь не в стенах, а в руках тех, кто выбрал именно тебя.
— Если бы могла взять что угодно прямо сейчас — чего бы ты хотела?
— Чтобы кто-то заметил. Не как уборщицу. Как женщину.
— Ты заметила? Что я смотрел всё это время?
Два брата. Один — тишина и власть, другой — огонь и риск. Оба привыкли забирать то, что хотят. И теперь хотят её.
У них есть враг, готовый разрушить всё. У неё — выбор, который нельзя отменить: остаться невидимой или стать той, кого невозможно забыть.
Жёсткая, откровенная история о желании, которое сильнее страха, и о доме, который находишь не в стенах, а в руках тех, кто выбрал именно тебя.
Чтобы спасти умирающую сестру, Лиара под чужим именем проникает в Академию Первозданных.
Но в первый же день древняя магия объявляет её истинной парой последнего чистокровного дракона.
Он знает, что она самозванка.
Знает, что её появление в Академии не случайно.
И всё равно не отпускает.
Потому что без Лиары погибнет его род. А без дракона она уже не сможет спасти сестру.
Но в первый же день древняя магия объявляет её истинной парой последнего чистокровного дракона.
Он знает, что она самозванка.
Знает, что её появление в Академии не случайно.
И всё равно не отпускает.
Потому что без Лиары погибнет его род. А без дракона она уже не сможет спасти сестру.
В офисе поговаривают, что я нравлюсь боссу. Я в это не особо верила, ведь он казался таким холодным и суровым... Но однажды я накосячила с отчётом, и тогда поняла, что слухи были правдивы. А ещё что нравиться Алексею Данииловичу — совсем не привилегия, наоборот...
*****
— Вот скажи, зачем мне нужна помощница? — устало вздыхает он. — Если я вынужден решать подобные задачи сам?
Меня собираются увольнять? Паника перекрывает кислород в горле, и, хотя я помню, что собиралась слегка флиртовать и очаровывать, получается лишь прошелестить:
— Я исправлюсь…
— Для красоты? — будто не слыша меня, рассуждает Алексей Даниилович. — Признаю, с этим проблем нет. Но этого мало. Если я захочу тупо любоваться девушками, могу в любой момент залезть в интернет.
— Живая лучше… — бездумно лепечу.
Взгляд босса становится пристальнее. В глазах появляется нехороший блеск… Сглатываю.
— И чем же? — босс неожиданно поднимается с места, вальяжно обходит стол и интересуется: — Если и потрогать нельзя?
*****
— Вот скажи, зачем мне нужна помощница? — устало вздыхает он. — Если я вынужден решать подобные задачи сам?
Меня собираются увольнять? Паника перекрывает кислород в горле, и, хотя я помню, что собиралась слегка флиртовать и очаровывать, получается лишь прошелестить:
— Я исправлюсь…
— Для красоты? — будто не слыша меня, рассуждает Алексей Даниилович. — Признаю, с этим проблем нет. Но этого мало. Если я захочу тупо любоваться девушками, могу в любой момент залезть в интернет.
— Живая лучше… — бездумно лепечу.
Взгляд босса становится пристальнее. В глазах появляется нехороший блеск… Сглатываю.
— И чем же? — босс неожиданно поднимается с места, вальяжно обходит стол и интересуется: — Если и потрогать нельзя?
Мой муж - честный подлец. Изменил. Сознался. Развелся. Хм...
После 22 лет брака мой муж уходит к молодой любовнице. А я нахожу утешение в курортном романе и вскоре узнаю о беременности. Эта новость заставляет меня собрать жизнь заново. Но по иронии судьбы отец моего будущего ребенка оказывается парнем моей дочери.
После 22 лет брака мой муж уходит к молодой любовнице. А я нахожу утешение в курортном романе и вскоре узнаю о беременности. Эта новость заставляет меня собрать жизнь заново. Но по иронии судьбы отец моего будущего ребенка оказывается парнем моей дочери.
— Ты ему не мать, — сказал он спокойно, при всех, под бокал шампанского. — Ты просто хорошо помогла.
Семь лет я вставала к нему по ночам. Учила говорить по одному звуку. Знала, что он пьёт воду только из своей синей кружки и не засыпает, если погасить свет совсем. Я не рожала его. Я просто была его мамой — каждую ночь, каждую температуру, каждое первое слово.
А потом Максим привёл в наш дом ту женщину. Ту, из-за которой мой мальчик когда-то перестал говорить. И на дне рождения сына, при гостях, представил её как «настоящую маму».
Вечером мне пришло письмо от его юристов: «приближаться запрещено». А следом — голосовое с чужого номера. Четырнадцать секунд. Детский шёпот, забившийся в угол:
— Мам… забери меня. Пожалуйста.
По их бумагам я ему никто. Ни строчки, ни капли крови, ни одного права.
Но он зовёт мамой меня.
Как забрать сына, если по документам тебя не существует?
Семь лет я вставала к нему по ночам. Учила говорить по одному звуку. Знала, что он пьёт воду только из своей синей кружки и не засыпает, если погасить свет совсем. Я не рожала его. Я просто была его мамой — каждую ночь, каждую температуру, каждое первое слово.
А потом Максим привёл в наш дом ту женщину. Ту, из-за которой мой мальчик когда-то перестал говорить. И на дне рождения сына, при гостях, представил её как «настоящую маму».
Вечером мне пришло письмо от его юристов: «приближаться запрещено». А следом — голосовое с чужого номера. Четырнадцать секунд. Детский шёпот, забившийся в угол:
— Мам… забери меня. Пожалуйста.
По их бумагам я ему никто. Ни строчки, ни капли крови, ни одного права.
Но он зовёт мамой меня.
Как забрать сына, если по документам тебя не существует?
Старая усадьба среди болот, куда люди входят — и не возвращаются. Пятеро пропавших за два месяца. Ни тел, ни улик, ни требований выкупа. Только тишина, от которой воют собаки, и трясина, не желающая отдавать мертвецов.
Частный детектив Виктор Кравцов привык доверять только фактам. Для него не существует ни призраков, ни проклятий — лишь логика, улики и нераскрытые дела. Он берётся за расследование, чтобы разложить всё по полочкам. Но единственная выжившая, художница Ева Калныш, утверждает иное: дом, куда она вошла вместе с пропавшими, был живым. Он дышал. Он питался страхом. И он всё ещё ждет.
Что, если дом действительно помнит каждую смерть в своих стенах?
Что, если он поджидает не просто очередную жертву — а того, кто принесёт ему самую ценную пищу?
Детектив, отрицающий сверхъестественное, и художница, рисующая пророчества о смерти, отправляются в обитель тьмы, чтобы найти истину.
Частный детектив Виктор Кравцов привык доверять только фактам. Для него не существует ни призраков, ни проклятий — лишь логика, улики и нераскрытые дела. Он берётся за расследование, чтобы разложить всё по полочкам. Но единственная выжившая, художница Ева Калныш, утверждает иное: дом, куда она вошла вместе с пропавшими, был живым. Он дышал. Он питался страхом. И он всё ещё ждет.
Что, если дом действительно помнит каждую смерть в своих стенах?
Что, если он поджидает не просто очередную жертву — а того, кто принесёт ему самую ценную пищу?
Детектив, отрицающий сверхъестественное, и художница, рисующая пророчества о смерти, отправляются в обитель тьмы, чтобы найти истину.
— Я предупреждал: не выводи меня из себя.
— И что ты сделаешь?
Он медленно улыбнулся и сделал шаг ко мне.
— Для начала... влюблю тебя в себя. А потом сделаю всё, чтобы ты никогда не смогла уйти.
Я была лучшей фигуристкой страны.
Он — самым скандальным капитаном хоккейной команды.
Мы должны были стать лицом нового ледового шоу, но вместо идеальной пары получились две катастрофы.
Я ненавижу его наглость. Он смеётся над моими правилами.
Я мечтаю придушить его после каждой тренировки. А он с каждым днём всё сильнее убеждает меня, что падать совсем не страшно... если внизу ждут его руки.
Наш контракт запрещает любовь.
Вот только он никогда не умел играть по правилам.
И когда кто-то начинает разрушать мою жизнь, Артём объявляет войну каждому, кто посмеет приблизиться ко мне.
Потому что однажды этот невозможный хоккеист решил одну простую вещь.
Теперь я — его девушка. Даже если сама об этом ещё не знаю.
🏒 История Лены и Лехи живет здесь: «Ты будешь моей ошибкой» https://lit
— И что ты сделаешь?
Он медленно улыбнулся и сделал шаг ко мне.
— Для начала... влюблю тебя в себя. А потом сделаю всё, чтобы ты никогда не смогла уйти.
Я была лучшей фигуристкой страны.
Он — самым скандальным капитаном хоккейной команды.
Мы должны были стать лицом нового ледового шоу, но вместо идеальной пары получились две катастрофы.
Я ненавижу его наглость. Он смеётся над моими правилами.
Я мечтаю придушить его после каждой тренировки. А он с каждым днём всё сильнее убеждает меня, что падать совсем не страшно... если внизу ждут его руки.
Наш контракт запрещает любовь.
Вот только он никогда не умел играть по правилам.
И когда кто-то начинает разрушать мою жизнь, Артём объявляет войну каждому, кто посмеет приблизиться ко мне.
Потому что однажды этот невозможный хоккеист решил одну простую вещь.
Теперь я — его девушка. Даже если сама об этом ещё не знаю.
🏒 История Лены и Лехи живет здесь: «Ты будешь моей ошибкой» https://lit
Я всегда была тихой и правильной, но смерть лучшей подруги заставила меня понять: жизнь слишком коротка, чтобы бояться.
У нее было одно самое горячее желание. И я решила исполнить её желание за неё.
В одну безумную ночь я решилась.
Мне было больно, стыдно, я предавала все свои принципы — но сквозь унижение и слом пробивалось такое острое удовольствие, что я наконец поняла, что чувствую себя по-настоящему свободной.
У нее было одно самое горячее желание. И я решила исполнить её желание за неё.
В одну безумную ночь я решилась.
Мне было больно, стыдно, я предавала все свои принципы — но сквозь унижение и слом пробивалось такое острое удовольствие, что я наконец поняла, что чувствую себя по-настоящему свободной.
Татьяна бухгалтер на металлургическом заводе, разведена и давно подавляет свои истинные желания. Однажды, принеся документы в цех, она оказывается между двумя грубыми мужчинами — и привычный мир рушится, уступая место жёсткой, животной страсти, которую она так долго искала. Заводской гул становится фоном для её освобождения, а каждый обеденный перерыв превращается в испытание.
Он украл мою мечту и вышел с ней на сцену под своей фамилией.
Арт Ордынцев — мажор, наследник строительной империи и парень, которому привыкли уступать дорогу. Я — Веста Яровая, студентка архитектурного, девушка “не его формата” и автор проекта, который он назвал своим.
Я должна была просто доказать правду. Но вместо извинений получила предложение, от которого невозможно отказаться: фиктивная помолвка, общий проект, публичный дневник и два месяца рядом с человеком, которого я должна ненавидеть.
Для него я — проблема, способная разрушить идеальную семейную витрину.
Для его бывшей — временная ошибка.
Для его отца — неудобная девочка без нужной фамилии.
Но я не собираюсь становиться тише, тоньше, мягче и удобнее, чтобы заслужить место рядом с ним.
Арт Ордынцев — мажор, наследник строительной империи и парень, которому привыкли уступать дорогу. Я — Веста Яровая, студентка архитектурного, девушка “не его формата” и автор проекта, который он назвал своим.
Я должна была просто доказать правду. Но вместо извинений получила предложение, от которого невозможно отказаться: фиктивная помолвка, общий проект, публичный дневник и два месяца рядом с человеком, которого я должна ненавидеть.
Для него я — проблема, способная разрушить идеальную семейную витрину.
Для его бывшей — временная ошибка.
Для его отца — неудобная девочка без нужной фамилии.
Но я не собираюсь становиться тише, тоньше, мягче и удобнее, чтобы заслужить место рядом с ним.
Выберите полку для книги