Книги по тегу «властный герой»: ""
- Мария это вам! – и что вы думаете? Мария чуть не поплыла от вида этих самых ландышей.
Я уже руки в боксёрских перчатках потянула за цветами, но потом в голове, как набат, голос Петровича: «Смотри, Елизарова, никаких контактов перед боем, подсыпят что-нибудь и карьере конец!»
Смотрю на этого красаучика, лыбится, как майская роза. Да ты, наверное, казачок засланный… огляделась по сторонам, рядом никого, только мы вдвоём… ну сам напросился, нечего тут отравленные цветочки мне протягивать.
Развернулась и выписала этой улыбающейся морде прямой по корпусу, лови, гадёныш.
Вот только не знала я в тот момент, что расплачиваться мне придётся за этот поступок… да ещё и чем!
Чтобы я ему щи-борщи варила? Да я не знаю с какой стороны к плите подходить! Не по адресу претензии, дорогой!
Я уже руки в боксёрских перчатках потянула за цветами, но потом в голове, как набат, голос Петровича: «Смотри, Елизарова, никаких контактов перед боем, подсыпят что-нибудь и карьере конец!»
Смотрю на этого красаучика, лыбится, как майская роза. Да ты, наверное, казачок засланный… огляделась по сторонам, рядом никого, только мы вдвоём… ну сам напросился, нечего тут отравленные цветочки мне протягивать.
Развернулась и выписала этой улыбающейся морде прямой по корпусу, лови, гадёныш.
Вот только не знала я в тот момент, что расплачиваться мне придётся за этот поступок… да ещё и чем!
Чтобы я ему щи-борщи варила? Да я не знаю с какой стороны к плите подходить! Не по адресу претензии, дорогой!
Настя не собиралась в отпуск.
В ее планах работа и первоначальный взнос по ипотеке.
Поездка в корпоративный отель была спонтанным и отчасти вынужденным решением.
Еще более нежданным событием оказалась встреча с боссом, который поселился в соседнем номере.
Сможет ли Настя расслабиться и отдохнуть или как ответственный сотрудник продолжит выполнять каждый приказ требовательного босса, несмотря на то, что они на море, а не в офисе?
В ее планах работа и первоначальный взнос по ипотеке.
Поездка в корпоративный отель была спонтанным и отчасти вынужденным решением.
Еще более нежданным событием оказалась встреча с боссом, который поселился в соседнем номере.
Сможет ли Настя расслабиться и отдохнуть или как ответственный сотрудник продолжит выполнять каждый приказ требовательного босса, несмотря на то, что они на море, а не в офисе?
В тридцать шесть лет я поняла, что моя жизнь мне не принадлежит. Я была жилеткой, кошельком и безотказной помощницей для всей семьи. И тогда я сбежала. Выключила телефон и уехала в одинокий домик в Кавказских горах.
Я искала тишину. А нашла снежный плен и мужчину, который заставил меня вспомнить, каково это — быть слабой. Рустам спасает чужие жизни, но его собственная душа давно покрылась льдом.
Мы оказались заперты под одной крышей, и теперь нам придется снять свои маски. Сможет ли простая домашняя женщина с аппетитными формами растопить сердце сурового спасателя? И позволит ли он ей вернуться в прошлую жизнь, когда сойдут снега?
Я искала тишину. А нашла снежный плен и мужчину, который заставил меня вспомнить, каково это — быть слабой. Рустам спасает чужие жизни, но его собственная душа давно покрылась льдом.
Мы оказались заперты под одной крышей, и теперь нам придется снять свои маски. Сможет ли простая домашняя женщина с аппетитными формами растопить сердце сурового спасателя? И позволит ли он ей вернуться в прошлую жизнь, когда сойдут снега?
— Ты здесь никто, булочка. Стены твои, а всё, что в них — моё. И я никуда не уйду.
Я бросила Москву, чтобы начать жизнь с чистого листа в старом бабушкином доме в сердце гор. Мечтала печь хлеб и дышать туманами, а нашла ЕГО.
Руслан Болатаев. Хмурый горец, хозяин огромной пасеки и мужчина, чьи плечи шире моих горизонтов. Он заявляет, что этот дом принадлежит ему по праву силы и договора. Он не верит в мои бизнес-планы и считает меня изнеженной городской «пышкой», которая сбежит после первого же ливня.
Но он еще не знает, на что я способна ради своей мечты. Мы заперты в одном доме на целый год. Между нами — юридический тупик, гул пятисот пчелиных семей и искры, от которых загорается воздух.
Я завоюю этот перевал. Даже если для этого придется сначала завоевать сердце его сурового хозяина.
В тексте вас ждут:
Очень горячий и надежный герой (настоящий мужчина-скала);
Героиня с аппетитными формами (не унывает и потрясающе готовит);
Вынужденное сожительство (от ненависти до сумасшедшей
Я бросила Москву, чтобы начать жизнь с чистого листа в старом бабушкином доме в сердце гор. Мечтала печь хлеб и дышать туманами, а нашла ЕГО.
Руслан Болатаев. Хмурый горец, хозяин огромной пасеки и мужчина, чьи плечи шире моих горизонтов. Он заявляет, что этот дом принадлежит ему по праву силы и договора. Он не верит в мои бизнес-планы и считает меня изнеженной городской «пышкой», которая сбежит после первого же ливня.
Но он еще не знает, на что я способна ради своей мечты. Мы заперты в одном доме на целый год. Между нами — юридический тупик, гул пятисот пчелиных семей и искры, от которых загорается воздух.
Я завоюю этот перевал. Даже если для этого придется сначала завоевать сердце его сурового хозяина.
В тексте вас ждут:
Очень горячий и надежный герой (настоящий мужчина-скала);
Героиня с аппетитными формами (не унывает и потрясающе готовит);
Вынужденное сожительство (от ненависти до сумасшедшей
Вы когда-нибудь любили того, кого ненавидели сильнее всего на свете? Он разрушил её жизнь, она поклялась уничтожить его, но каждое их столкновение — это не битва, а опасная, мучительная прелюдия к чему-то, чего они оба боятся больше смерти. Их слова режут, как отточенные лезвия, их молчание давит, как бетонная плита, а каждое прикосновение — это не ласка, а огненная попытка сжечь друг друга дотла, лишь бы не признавать правду: они не могут ни жить вместе, ни существовать отдельно.
Они привыкли побеждать, но никогда не умели проигрывать — не друг другу, а самим себе. Здесь нет компромиссов: либо война до последнего вздоха, либо капитуляция без права на отступление. Но что делать, когда сдаться — значит признать, что единственный, кто видит тебя насквозь, это тот, кого ты ненавидишь больше всех? Когда его ярость — это единственное, что заставляет тебя чувствовать себя живой? Когда ты знаешь, что если отпустишь его, то умрёшь от пустоты?
Они привыкли побеждать, но никогда не умели проигрывать — не друг другу, а самим себе. Здесь нет компромиссов: либо война до последнего вздоха, либо капитуляция без права на отступление. Но что делать, когда сдаться — значит признать, что единственный, кто видит тебя насквозь, это тот, кого ты ненавидишь больше всех? Когда его ярость — это единственное, что заставляет тебя чувствовать себя живой? Когда ты знаешь, что если отпустишь его, то умрёшь от пустоты?
Толкаю тяжёлую дверь кабинета и замираю на пороге.
Время останавливается.
Воздух уходит из лёгких одним резким болезненным выдохом.
Мой муж прижимает к столу какую - то бабу…
- Д-денис? - с невероятным трудом, через силу, выдавливаю из себя какой-то глухой, сдавленный, чужой звук.
Он недовольно поднимает голову. Медленно. Лениво. Как человек, которого оторвали от чего-то важного.
Наши глаза встречаются.
И в его взгляде я не вижу ничего. Ни капли стыда. Ни намёка на раскаяние. Ни тени сожаления.
- Выйди, - рычит он. Именно рычит - низко, утробно, по-звериному. Одно слово. Даже не предложение. Приказ. - Выйди отсюда. Сейчас же…
Время останавливается.
Воздух уходит из лёгких одним резким болезненным выдохом.
Мой муж прижимает к столу какую - то бабу…
- Д-денис? - с невероятным трудом, через силу, выдавливаю из себя какой-то глухой, сдавленный, чужой звук.
Он недовольно поднимает голову. Медленно. Лениво. Как человек, которого оторвали от чего-то важного.
Наши глаза встречаются.
И в его взгляде я не вижу ничего. Ни капли стыда. Ни намёка на раскаяние. Ни тени сожаления.
- Выйди, - рычит он. Именно рычит - низко, утробно, по-звериному. Одно слово. Даже не предложение. Приказ. - Выйди отсюда. Сейчас же…
Муж уехал в командировку, а вечером я увидела его в такси, целующего другую женщину. Я молча собрала вещи и уехала в поселок своего детства.
Я думала, что спряталась навсегда. Поменяла симку, завела кота, приняла ухаживания соседа Васи, который смотрит на меня щенячьими глазами ещё со школы. И даже новость о том, что беременна от предателя, меня не сломала. Я же не плакса, в конце концов?
Десять лет я была счастлива в своем маленьком мире. Пока однажды вечером на пороге моего дома не вырос ОН. В камуфляже, при погонах, с тем же стальным взглядом. Генерал приехал за своей беглой женой.
— Здравствуй, жена, — сказал он, глядя на моего сына, который копия он. — Я соскучился.
А рядом стоял Васька, готовый за меня порвать любого. И теперь мне предстоит выбрать: гордая одиночка, верный друг или дать второй шанс отцу моего ребенка, который, кажется, готов перевернуть мир, чтобы вернуть меня? И самое главное — выдержит ли моё сердце ещё одну войну?
Я думала, что спряталась навсегда. Поменяла симку, завела кота, приняла ухаживания соседа Васи, который смотрит на меня щенячьими глазами ещё со школы. И даже новость о том, что беременна от предателя, меня не сломала. Я же не плакса, в конце концов?
Десять лет я была счастлива в своем маленьком мире. Пока однажды вечером на пороге моего дома не вырос ОН. В камуфляже, при погонах, с тем же стальным взглядом. Генерал приехал за своей беглой женой.
— Здравствуй, жена, — сказал он, глядя на моего сына, который копия он. — Я соскучился.
А рядом стоял Васька, готовый за меня порвать любого. И теперь мне предстоит выбрать: гордая одиночка, верный друг или дать второй шанс отцу моего ребенка, который, кажется, готов перевернуть мир, чтобы вернуть меня? И самое главное — выдержит ли моё сердце ещё одну войну?
Двадцать пять лет я была примерной женой и матерью.
Приставкой к своему мужу.
Держалась за его богатство и статус.
И вот теперь его нет.
И оказалось, что он мне оставил на прощание не только наследство, но и огромный долг, который я теперь вынуждена отдавать двум хищным и ненасытным красавчикам.
Алику и Булату...
***
Но это всего полбеды: как выяснилось, теперь я - владелица подпольного элитного борделя, которым управлял мой муж! И только я могу придумать, как снова поставить этот очень странный бизнес, в котором я совершенно не разбираюсь...
Приставкой к своему мужу.
Держалась за его богатство и статус.
И вот теперь его нет.
И оказалось, что он мне оставил на прощание не только наследство, но и огромный долг, который я теперь вынуждена отдавать двум хищным и ненасытным красавчикам.
Алику и Булату...
***
Но это всего полбеды: как выяснилось, теперь я - владелица подпольного элитного борделя, которым управлял мой муж! И только я могу придумать, как снова поставить этот очень странный бизнес, в котором я совершенно не разбираюсь...
Она была светом в её ледяной жизни. Но выбрала другого.
Двести лет назад, задолго до того, как Моргана переступила порог Обсидиановой обители, здесь уже горела запретная любовь.
Элинор Вейн — смертная девушка с огнём в глазах. Мартисия Блэквуд — наследница древнего рода, чья душа никогда не знала тепла. Они встретились и стали сёстрами. Нерушимыми. Вечными.
Но появился ОН. Рейвен — легендарный воин с красными глазами, тот, кто знал тайну Камня Трёх Лун. Элинор полюбила его. А Мартисия смотрела и молчала.
Когда правда о демоне внутри камня раскрылась, когда Элинор решила пожертвовать собой, Мартисии пришлось выбирать: умереть вместе с подругой или предать её, чтобы выжить.
Она выбрала жизнь. И проклятие на двести лет.
Это история о том, как рождаются злодеи. О том, что любовь бывает разной. И о том, что иногда спасти — значит потерять.
Двести лет назад, задолго до того, как Моргана переступила порог Обсидиановой обители, здесь уже горела запретная любовь.
Элинор Вейн — смертная девушка с огнём в глазах. Мартисия Блэквуд — наследница древнего рода, чья душа никогда не знала тепла. Они встретились и стали сёстрами. Нерушимыми. Вечными.
Но появился ОН. Рейвен — легендарный воин с красными глазами, тот, кто знал тайну Камня Трёх Лун. Элинор полюбила его. А Мартисия смотрела и молчала.
Когда правда о демоне внутри камня раскрылась, когда Элинор решила пожертвовать собой, Мартисии пришлось выбирать: умереть вместе с подругой или предать её, чтобы выжить.
Она выбрала жизнь. И проклятие на двести лет.
Это история о том, как рождаются злодеи. О том, что любовь бывает разной. И о том, что иногда спасти — значит потерять.
Их власть абсолютна.
Самый могущественный клан.
“Кавказское Царство” криминала.
А я та, кто случайно забеременела от Царя Кавказа.
– Мне не нужны дети от девки для постельных утех. Мой род заберёт ребенка. Одного. А ты исчезнешь. Растворишься. Будто и не было тебя, - грубо говорит глава Кавказского Царства своей спутнице.
Я слышу это за закрытой дверью его кабинета. У меня в руках дрожит свадебная корзина с ядовитыми цветами, а под сердцем его дитя.
Я не должна была оказаться в его постели. Но теперь в его власти моя судьба и судьба нашего сына. Его тайного наследника, о существовании которого он не должен узнать.
Самый могущественный клан.
“Кавказское Царство” криминала.
А я та, кто случайно забеременела от Царя Кавказа.
– Мне не нужны дети от девки для постельных утех. Мой род заберёт ребенка. Одного. А ты исчезнешь. Растворишься. Будто и не было тебя, - грубо говорит глава Кавказского Царства своей спутнице.
Я слышу это за закрытой дверью его кабинета. У меня в руках дрожит свадебная корзина с ядовитыми цветами, а под сердцем его дитя.
Я не должна была оказаться в его постели. Но теперь в его власти моя судьба и судьба нашего сына. Его тайного наследника, о существовании которого он не должен узнать.
Выберите полку для книги