Книги по тегу «второй шанс»: ""

Я видела, как он целовал другую.
Не просто другую. Мою бывшую подругу.

Он улыбался ей той самой улыбкой, от которой у меня когда-то подкашивались колени. А она смотрела на него так, будто он принадлежал ей.

А я стояла на другой стороне улицы и не могла вдохнуть.

Он предал меня. Растоптал. Уничтожил всё, во что я верила.

Но он ещё не знает, с кем связался.

Я больше не та девочка, которая ждала его до полуночи. Не та, что прощала всё. Не та, что любила без оглядки.

— Ты изменилась.
— Да. И знаешь что? Мне это нравится.

Он хочет вернуть меня. Хочет объяснить. Хочет, чтобы я снова поверила.
Но у меня другие планы.

Предатель. Ты пожалеешь.

Мне сорок пять, за плечами двадцать лет работы с ароматами, а впереди, как я думала, вполне понятная жизнь.

Пока однажды дверь моей подсобки не открылась в другой мир.

Теперь у меня есть закрытая двадцать три года парфюмерная лавка, чужой город и совсем немного времени, чтобы доказать: я имею право здесь работать.

А еще есть Кайден — дракон-командор, которого собственная семья собирается лишить родового имени и герба. Через тридцать дней он потеряет право командовать Первым крылом, если не получит новый личный ароматический герб.

Он предлагает мне большие деньги за композицию, похожую на семейную.

Я отказываюсь.

Потому что копировать чужое я не умею.

Зато могу попытаться создать аромат, который будет принадлежать только ему.

Вот только для этого придется понять, кто такой Кайден, когда перестает быть командором и Аркелем. А мне самой — открыть Дом Вард, пережить войну с влиятельной Гильдией и решить, чего я хочу от своей второй жизни.

Она видит меня первой. Не отскакивает. Не пугается. Холодные, зелёные, как у кошки глаза — встречаются с моими. В уголках полных губ дрогнула улыбка.
Алексей оборачивается. Его лицо белеет.
— Оля?..
Я не могу издать ни звука. Горло сжалось.
— Оля, ты не так поняла! — Он отпускает её руку, делает шаг ко мне. Бормочет нелепые оправдания: — Мы просто... разряжались после операции. Говорили.
— В душе? — хриплю пересохшим горлом. — Говорили? С твоей рукой на ней?
Катерина нарочито медленно поправляет халат на плече.
— Ольга Викторовна, какая может быть ревность?.. — говорит она спокойно, почти снисходительно. — Мы все на нервах. Алексей Игоревич помог мне снять стресс. Как коллега.
От намёка на поддержку «коллеги» темнеет в глазах.
— Молчи, — шиплю я ей. Смотрю на него: — Ты. С ней. Здесь.
— Мы разговаривали! — выдаёт он глупость за глупостью. — Обсуждали тактику! Сложная была операция, ты же понимаешь...

Владен Ройгард отверг меня перед всей стаей.

Сказал, что женщина с моей кровью опасна для волчат. Что рядом с альфой мне больше нет места. Что его дом больше не мой.

Я ушла в снег без защиты, без имени будущей луны и почти без сил. А потом нашла первого ребенка-оборотня — голодного, испуганного, с обломком железного ошейника на шее.

Потом второго. Третьего. Пятого.

Так появился Дом тепла — старый трактир у северной дороги, где потерянные волчата впервые перестали просыпаться от каждого шороха. Здесь пахло хлебом, дымом, травами и мокрой шерстью. Здесь дети учились спать без цепей. Здесь мой очаг не пускал тех, кто приходил забрать силой.

Но однажды на пороге появился Владен.

Он пришел за волчатами своей стаи.

Только теперь это был не его дом. И не его приказ.

Альфа может командовать Грозовым Логом. Но в моем доме он всего лишь мужчина, который однажды мне не поверил.

Пять лет назад Дамиан Василакис назвал меня продажной и исчез.
Он не знал, что я носила под сердцем его ребёнка.
Теперь он вернулся - богатый, властный, безжалостный. Увидел нашу дочь и решил, что я украла у него наследницу.
Он требует тест ДНК, брак и моё подчинение.
Только Дамиан не знает главного: я никогда его не предавала.

Пятнадцать лет я строила дома, карьеру мужа и наш идеальный брак.

За один вечер Лев сообщает, что любит другую. А следом я узнаю, что из главного проекта нашего бюро исчезло мое имя.

Муж уверен: я соглашусь на тихий развод, сохраню должность и продолжу создавать проекты под его фамилией.

Он ошибся.

Я ухожу.

И принимаю предложение Демьяна Сереброва — главного конкурента Льва и человека, которого мой муж ненавидит уже пять лет.

Демьян предлагает то, чего я не получила за пятнадцать лет брака: большой проект, где автором буду только я.

Но очень скоро выясняется, что у врага моего мужа есть собственная причина протянуть мне руку.

И теперь мне придется понять, можно ли доверять мужчине, который с самого начала признался, что хочет мной воспользоваться.

Потому что второй раз позволить кому-то решить, кем мне быть, я уже не могу.

— Борька, рыжий, ты как тут оказался, бандит?
Держу на руках кота и смотрю на своих перепуганных детей.
— Мамуля, мы хорошо себя вели, правда.
— Мы тихо сидеви, а потом этот… Выжий…
— Он на дядю прыгнул, а дядя хороший…
Смотрю на хорошего дядю и замираю, потому что никакой он не хороший.
Он бывший, который обещал жениться, а потом выгнал, посчитав воровкой.
— Женя?
А теперь он готов уволить меня потому, что мои дети притащили на открытие его нового ресторана рыжего кота, который устроил настоящий погром.
— Ты ничего не хочешь мне сказать, Евгения? Кто отец твоих детей?

— Глеб Константинович. Там с охраны звонят, говорят мальчик какой-то требует пустить его к вам.
— Мальчик? — непонимающе уставился на секретаршу.
— Мальчик. Маленький. Может полицию вызвать? Ребёнок один бродит непонятно где.
— Не надо полицию, — нахмурился я. — Приведите его ко мне.
Секретарша озадаченно кивнула и скрылась за дверью. Вернулась через пару минут, пропуская в кабинет того самого мальчишку из парка. Артём вошёл, стараясь выглядеть уверенно, но его выдавали сбившееся дыхание и широко распахнутые глаза, с любопытством оглядывающие мой просторный кабинет с панорамными окнами.
— Вот, Глеб Константинович, — с лёгким недоумением в голосе произнесла секретарша и, получив от меня кивок, удалилась, притворив за собой тяжёлую дверь.
Мы остались одни. Я откинулся в кресле, стараясь принять максимально безобидный вид, хотя внутри всё замерло в напряжённом ожидании.
— Привет… пап, — тихо выдохнул Артём и посмотрел на меня, слишком похожими на мои, серыми глазами.

— Ты звонил в больницу? Она там ещё не сдохла?
Резко замираю с ключами в руке, которыми только что открыла свою квартиру, где меня не было очень долго.

— Нет. Зачем? — голос принадлежит моему мужу, и моё сердце пропускает удар. Что происходит?

— Как зачем, Богдан? Если она умрёт, то не нужно будет ничего делить после развода. Неужели тебе неинтересно?

— А с мелким ты будешь сидеть? — слышу пренебрежительный хмык.

— Я? Нет! Я тебе своих рожу. А этих сдадим в интернат. Зачем тебе дети от ущербной жены?

— Старшая в любом случае останется со мной, — отвечает он строго, — на ней слишком много всего оформлено, по мелкому решим, если она помрёт.

Вчера доктор сказал мне, что я буду жить. Неизвестно как долго, но буду. А сегодня мой муж подписал мне смертный приговор.

Я мечтала увидеть вулканы Исландии, а получила магическую усадьбу с протекающей крышей, пустой пасекой и курами, которые несутся только в темноте.
Теперь мне снова двадцать два, родня собирается признать меня сумасшедшей, а через месяц Золотой родник продадут за долги.
Что ж, придётся договариваться с домовым, чинить сыроварню, открывать гостевой дом и превращать переспелые груши в деньги.
Главное — не подпускать к документам козла.
А к сердцу — слишком наблюдательного соседа.