Книги по тегу «героиня с ребенком»: ""
Циничный миллионер и король сделок Арсений Крылов абсолютно уверен в своём контроле над миром, пока одно унизительное пари с отцом не вырывает его из башни Москва-Сити и не швыряет на благотворительную ярмарку, обрекая на целую неделю унижений.
Изображать Деда Мороза в красной шубе с бородой из ваты! Что может быть хуже для человека с аллергией на всё человеческое и праздничное?
Хуже этого предновогоднего ада... лишь его хозяйка, в которой он с ужасом узнает свою бывшую, Леру, по иронии судьбы ставшую теперь его боссом. И она явно наслаждается своей маленькой местью. А в качестве бонуса к унижению прилагаются два шестилетних сорванца с его упрямым взглядом и невыносимым характером.
Сможет ли царь горы, привыкший всё покупать, «заключить» главную сделку в своей жизни, где вместо акций на кону доверие детей и сердце женщины, которую он однажды предал?
Изображать Деда Мороза в красной шубе с бородой из ваты! Что может быть хуже для человека с аллергией на всё человеческое и праздничное?
Хуже этого предновогоднего ада... лишь его хозяйка, в которой он с ужасом узнает свою бывшую, Леру, по иронии судьбы ставшую теперь его боссом. И она явно наслаждается своей маленькой местью. А в качестве бонуса к унижению прилагаются два шестилетних сорванца с его упрямым взглядом и невыносимым характером.
Сможет ли царь горы, привыкший всё покупать, «заключить» главную сделку в своей жизни, где вместо акций на кону доверие детей и сердце женщины, которую он однажды предал?
— Аля, Ксюша беременна от меня. Я во второй раз стану отцом, — восторженно заявляет муж.
— Так ты же не хотел больше детей?
— Это от тебя он не хотел, а от меня очень даже хочет, — заявляет нахалка.
Впрочем, это аргумент.
— Ты съедешь? Или нам с Лёшей переехать? — спрашиваю я.
— Лёша останется жить с нами. Он должен расти вместе с моим вторым ребёнком. Ты тоже можешь остаться, — шокирует муж.
Возомнил себя хозяином гарема? Или почувствовал кровь гор? Он даже не кавказец, чтобы это было хоть сколько-то приемлемо.
— Ты что несёшь?
— Я ни на чем не настаиваю. Ты можешь уйти, но Лёша останется со мной. Я уже обсудил это с адвокатом. Суд будет на моей стороне.
Когда же он все успел?
Мне тоже нужен адвокат.
Отец очень нахваливал одного своего знакомого, говорил, что в случае чего нужно обратиться именно к нему.
Что ж… Если мне нужно будет вернуться на улицы прошлого, в город, где я родилась, я это сделаю. Все сделаю, чтобы отстоять своего сына.
— Так ты же не хотел больше детей?
— Это от тебя он не хотел, а от меня очень даже хочет, — заявляет нахалка.
Впрочем, это аргумент.
— Ты съедешь? Или нам с Лёшей переехать? — спрашиваю я.
— Лёша останется жить с нами. Он должен расти вместе с моим вторым ребёнком. Ты тоже можешь остаться, — шокирует муж.
Возомнил себя хозяином гарема? Или почувствовал кровь гор? Он даже не кавказец, чтобы это было хоть сколько-то приемлемо.
— Ты что несёшь?
— Я ни на чем не настаиваю. Ты можешь уйти, но Лёша останется со мной. Я уже обсудил это с адвокатом. Суд будет на моей стороне.
Когда же он все успел?
Мне тоже нужен адвокат.
Отец очень нахваливал одного своего знакомого, говорил, что в случае чего нужно обратиться именно к нему.
Что ж… Если мне нужно будет вернуться на улицы прошлого, в город, где я родилась, я это сделаю. Все сделаю, чтобы отстоять своего сына.
— Вы к Диме? Он обычно по средам.
У меня похолодели пальцы.
— Простите? — выдохнула я.
— Ну к Димочке, — уточнила она. — Он не часто приезжает. Но по средам — стабильно.
Я стояла с ключом в руке, как дура. Как гостья в собственной жизни.
— Я… — начала я.
Женщина прищурилась.
— А вы кто ему будете?
Я посмотрела на дверь, которую только что открыла.
И поняла: если я сейчас войду, я увижу то, что уже не смогу развидеть.
Я всё-таки толкнула дверь — и услышала изнутри детский голос:
— Пап, ты пришёл?
У меня похолодели пальцы.
— Простите? — выдохнула я.
— Ну к Димочке, — уточнила она. — Он не часто приезжает. Но по средам — стабильно.
Я стояла с ключом в руке, как дура. Как гостья в собственной жизни.
— Я… — начала я.
Женщина прищурилась.
— А вы кто ему будете?
Я посмотрела на дверь, которую только что открыла.
И поняла: если я сейчас войду, я увижу то, что уже не смогу развидеть.
Я всё-таки толкнула дверь — и услышала изнутри детский голос:
— Пап, ты пришёл?
Я — разведёнка с пятилетней дочкой, долгами и работой, которая едва позволяет сводить концы с концами. Шесть лет назад муж выгнал меня, не зная, что я беременна.
Когда мне предлагают подработку на медицинской конференции, я соглашаюсь не раздумывая. Вот только оставить дочь не с кем, и приходится взять её с собой, молясь, чтобы никто не заметил.
На этой конференции я встречаю бывшего мужа и выясняется, что он всё знал. Знал о дочери, но не искал нас.
Когда мне предлагают подработку на медицинской конференции, я соглашаюсь не раздумывая. Вот только оставить дочь не с кем, и приходится взять её с собой, молясь, чтобы никто не заметил.
На этой конференции я встречаю бывшего мужа и выясняется, что он всё знал. Знал о дочери, но не искал нас.
Катя больше не верит в сказки. Ее сказка кончилась синяками и страхом. Она вырвалась из кошмара абьюзивного брака, и теперь ее мир — это работа, сын Егорка и стены, которые она выстроила вокруг своего сердца. Любовь — это боль, а доверие — роскошь, которую она не может себе позволить.
Никита вернулся в город спустя годы. Успешный детский стоматолог, он всю жизнь носил в сердце образ девочки с синими бантами, своей первой и единственной любви — Кати. Случайная встреча с ее бабушкой и маленьким сыном переворачивает все. Он узнает правду о ее жизни.
Их встреча была случайной. Его решение — нет. Никита готов терпеливо, как лучший врач, лечить ее раненую душу. Егорка сразу тянется к доброму «дяденьке-доктору». А Катя боится. Боится снова почувствовать, боится довериться, боится тени бывшего мужа, который не хочет отпускать.
Никита вернулся в город спустя годы. Успешный детский стоматолог, он всю жизнь носил в сердце образ девочки с синими бантами, своей первой и единственной любви — Кати. Случайная встреча с ее бабушкой и маленьким сыном переворачивает все. Он узнает правду о ее жизни.
Их встреча была случайной. Его решение — нет. Никита готов терпеливо, как лучший врач, лечить ее раненую душу. Егорка сразу тянется к доброму «дяденьке-доктору». А Катя боится. Боится снова почувствовать, боится довериться, боится тени бывшего мужа, который не хочет отпускать.
Вика, моя подруга со времен института, стоит растерянная и прячет глаза.
— Марин, у нас девочка на работе постоянно хвасталась своим женихом, рассказывала, что он женат, у него двое детей, но он её любит, снимает квартиру и вот-вот уйдёт из семьи. Сегодня она показала фотографию, — подруга опускает голову. – На фото был твой муж.
Так я стала той самой «женой», от которой хотят уйти и, возможно, оставить ни с чем!
— Марин, у нас девочка на работе постоянно хвасталась своим женихом, рассказывала, что он женат, у него двое детей, но он её любит, снимает квартиру и вот-вот уйдёт из семьи. Сегодня она показала фотографию, — подруга опускает голову. – На фото был твой муж.
Так я стала той самой «женой», от которой хотят уйти и, возможно, оставить ни с чем!
❤️ РОМАН ЗАВЕРШЕН ❤️
❤️ ПЕРВЫЕ ДНИ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ❤️
– Дядя Матвей, а приходи к нам на блины.
– Маша! Неудобно приглашать без мамы.
– А мама не против. Она просто виду не показывает.
Матвей Волков – местный царёк и глава района – год отравлял мне жизнь. Для него я – столичная выскочка.
Он считает меня занозой в одном месте. Я считаю его тираном.
Но почему, когда моя дочь называет его папой, у меня внутри всё обрывается и склеивается заново?
❤️ ПЕРВЫЕ ДНИ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ❤️
– Дядя Матвей, а приходи к нам на блины.
– Маша! Неудобно приглашать без мамы.
– А мама не против. Она просто виду не показывает.
Матвей Волков – местный царёк и глава района – год отравлял мне жизнь. Для него я – столичная выскочка.
Он считает меня занозой в одном месте. Я считаю его тираном.
Но почему, когда моя дочь называет его папой, у меня внутри всё обрывается и склеивается заново?
— Ну, такой он человек…
— Он? Он?! — мне захотелось его ещё раз огреть, на этот раз по голове, чтобы мозги на место встали. — Он здесь вообще ни при чём, если так разобраться! Он, возможно, такой, какой есть. Привык так жить и ждать, что все его пожелания будут исполнять. А вот ты… — стараясь унять дрожь в пальцах и бушующую злость, я швырнула доску на стол, от греха подальше. — А ты что за человек? Ты не понимаешь, как жалко выглядишь?
— На фоне Золотова? — хмыкнул Антон, быстро справившийся с удивлением и шоком. — На его фоне, милая моя, многие выглядят жалко. И я, и ты, и большая часть населения нашей страны.
— Я? — не знаю, что во мне тогда вытеснило злость, но уж лучше бы я его всё же разделочной доской по башке шандарахнула, чем ляпнула своим языком: — Да он ко мне яйца катил! И тебя специально выпроводил, якобы за напитками, чтобы мне на уши присесть.
— Он? Он?! — мне захотелось его ещё раз огреть, на этот раз по голове, чтобы мозги на место встали. — Он здесь вообще ни при чём, если так разобраться! Он, возможно, такой, какой есть. Привык так жить и ждать, что все его пожелания будут исполнять. А вот ты… — стараясь унять дрожь в пальцах и бушующую злость, я швырнула доску на стол, от греха подальше. — А ты что за человек? Ты не понимаешь, как жалко выглядишь?
— На фоне Золотова? — хмыкнул Антон, быстро справившийся с удивлением и шоком. — На его фоне, милая моя, многие выглядят жалко. И я, и ты, и большая часть населения нашей страны.
— Я? — не знаю, что во мне тогда вытеснило злость, но уж лучше бы я его всё же разделочной доской по башке шандарахнула, чем ляпнула своим языком: — Да он ко мне яйца катил! И тебя специально выпроводил, якобы за напитками, чтобы мне на уши присесть.
- Наша дочь больна. Ей срочно нужна операция. Проведи у себя в клинике, умоляю!
Я готова была рухнуть на колени перед предателем, что бросил нас с малышкой, но он смерил меня ледяным взглядом.
- Твоя дочь больна, Оксана! Твоя! Я с тобой развожусь и теперь у меня есть только сын от женщины, что я люблю!
- Но он тебе даже не родной! Роза... Она умрёт, если ты не поможешь!
Он оттолкнул меня и прошёл мимо. В это мгновение в душе вспыхнуло самое настоящее пламя. Спокойного развода ты не получишь, бывший! Я заставлю тебя страдать!
Я готова была рухнуть на колени перед предателем, что бросил нас с малышкой, но он смерил меня ледяным взглядом.
- Твоя дочь больна, Оксана! Твоя! Я с тобой развожусь и теперь у меня есть только сын от женщины, что я люблю!
- Но он тебе даже не родной! Роза... Она умрёт, если ты не поможешь!
Он оттолкнул меня и прошёл мимо. В это мгновение в душе вспыхнуло самое настоящее пламя. Спокойного развода ты не получишь, бывший! Я заставлю тебя страдать!
Юная Наташа мечтала о красивой и сказочной жизни, а попала в настоящий ад, устроенный ее мужем. Встретив на студенческой вечеринке человека из своего давнего прошлого, она не предполагала, что он станет ее последней надеждой на новую жизнь.
Выберите полку для книги