Книги по тегу «измена»: ""
Мне сорок два. У меня двое детей, ипотека и двадцать лет брака за плечами. Я думала, что моя жизнь предсказуема и стабильна, пока муж не сказал за ужином: «Я встретил другую». Ей двадцать восемь, она фитнес-тренер, и с ней он «чувствует себя живым».
Он ушёл. А я осталась — не молодая, не стройная, с рассыпавшейся на осколки жизнью. Думала, что в сорок два уже не начинают заново. Думала, что никому не нужна.
А потом в моей жизни появился Виктор. Ветеринар, разведён, с добрыми глазами и лохматым псом. Он не мажор, не миллионер — просто человек, который тоже пережил предательство и не разучился верить.
Мы не торопились. Он не давил. Просто был рядом — в бассейне, в парке, на кухне. И однажды я поняла: жизнь не закончилась. Она только начинается.
Он ушёл. А я осталась — не молодая, не стройная, с рассыпавшейся на осколки жизнью. Думала, что в сорок два уже не начинают заново. Думала, что никому не нужна.
А потом в моей жизни появился Виктор. Ветеринар, разведён, с добрыми глазами и лохматым псом. Он не мажор, не миллионер — просто человек, который тоже пережил предательство и не разучился верить.
Мы не торопились. Он не давил. Просто был рядом — в бассейне, в парке, на кухне. И однажды я поняла: жизнь не закончилась. Она только начинается.
Двадцать три года брака. Любимый муж. Взрослый сын. Жизнь, которую я строила по кирпичику и считала нерушимой.
Пока одна фотография не превратила её в руины.
На снимке мой муж нежно обнимает молодую девушку. Я была уверена, что это его любовница.
Но правда оказалась ещё страшнее.
— Это моя дочь. Ей семнадцать лет. И теперь она будет жить с нами.
В один миг мой дом перестал быть моим. Я не просила становиться второй матерью для его дочери. Не просила расплачиваться за чужие решения. И уж точно не собиралась делать вид, что ничего не произошло.
Впереди неизвестность, которая пугает куда меньше, чем осознание того, что человек, которому ты доверяла больше, чем себе, долгие годы жил двойной жизнью.
Говорят, любовь всё прощает.
Но что, если есть измена, после которой прощение становится предательством самой себя?
Пока одна фотография не превратила её в руины.
На снимке мой муж нежно обнимает молодую девушку. Я была уверена, что это его любовница.
Но правда оказалась ещё страшнее.
— Это моя дочь. Ей семнадцать лет. И теперь она будет жить с нами.
В один миг мой дом перестал быть моим. Я не просила становиться второй матерью для его дочери. Не просила расплачиваться за чужие решения. И уж точно не собиралась делать вид, что ничего не произошло.
Впереди неизвестность, которая пугает куда меньше, чем осознание того, что человек, которому ты доверяла больше, чем себе, долгие годы жил двойной жизнью.
Говорят, любовь всё прощает.
Но что, если есть измена, после которой прощение становится предательством самой себя?
— Олег? Я привезла тебе обед. Ты забыл.
Мой муж резко обернулся. На его лице за секунду сменилось несколько выражений — удивление, досада и то, что я меньше всего ожидала увидеть. Страх.
— Марина? — он шагнул ко мне, заслоняя собой женщину, которая поправляла блузку. — Я же говорил — никаких визитов без предупреждения!
— Я просто обед привезла, — повторила я.
Женщина спокойно сползла со стола, поставила бокал на подоконник и стала поправлять юбку. На ее лице не было ни капли смущения.
— Олеж, я пойду, пожалуй, — сказала она лениво. — Позвони, как освободишься.
И вышла из кабинета, цокая каблуками. Проходя мимо, даже не взглянула на меня. Я для нее не существовала.
«От тебя пахнет борщом, а не духами. Ты просто прислуга в моём доме».
Муж сказал это после двадцати лет брака, когда я узнала об измене. В сорок лет я осталась у разбитого корыта: ни денег, ни жилья, только горькое клеймо «разведенка». Но у меня есть сын, который не дал мне сломаться, и я решила бороться.
Мой муж резко обернулся. На его лице за секунду сменилось несколько выражений — удивление, досада и то, что я меньше всего ожидала увидеть. Страх.
— Марина? — он шагнул ко мне, заслоняя собой женщину, которая поправляла блузку. — Я же говорил — никаких визитов без предупреждения!
— Я просто обед привезла, — повторила я.
Женщина спокойно сползла со стола, поставила бокал на подоконник и стала поправлять юбку. На ее лице не было ни капли смущения.
— Олеж, я пойду, пожалуй, — сказала она лениво. — Позвони, как освободишься.
И вышла из кабинета, цокая каблуками. Проходя мимо, даже не взглянула на меня. Я для нее не существовала.
«От тебя пахнет борщом, а не духами. Ты просто прислуга в моём доме».
Муж сказал это после двадцати лет брака, когда я узнала об измене. В сорок лет я осталась у разбитого корыта: ни денег, ни жилья, только горькое клеймо «разведенка». Но у меня есть сын, который не дал мне сломаться, и я решила бороться.
Галя и Гриша была в браке двенадцать лет.
Но... измена. Развод. месть.
И Гоша. Который тринадцать лет мечтал сказать последнее слово...
Но... измена. Развод. месть.
И Гоша. Который тринадцать лет мечтал сказать последнее слово...
– Да ладно тебе, – со смехом произнесла бывшая жена моего мужа. – Подумаешь, пару раз переспали по старой памяти. Что ты теперь сидишь с таким лицом, будто я тебя силой заставила? Я же знаю, что ты меня до сих пор забыть не можешь.
Я перестала дышать. Слова прозвучали отчётливо, но смысл всё равно казался невозможным, настолько чудовищно он не совпадал с той жизнью, в которой я проснулась сегодня утром.
– Я жену люблю, – глухо ответил ей мой муж.
– Какую именно? – издевательски уточнила Наташа. – Бывшую или нынешнюю?
– Лизу я люблю.
Он произнёс моё имя, а меня будто ударили.
Я резко толкнула дверь, не в силах больше это слушать.
– Странные у тебя, Федь, представления о любви, – произнесла я не своим голосом.
Я перестала дышать. Слова прозвучали отчётливо, но смысл всё равно казался невозможным, настолько чудовищно он не совпадал с той жизнью, в которой я проснулась сегодня утром.
– Я жену люблю, – глухо ответил ей мой муж.
– Какую именно? – издевательски уточнила Наташа. – Бывшую или нынешнюю?
– Лизу я люблю.
Он произнёс моё имя, а меня будто ударили.
Я резко толкнула дверь, не в силах больше это слушать.
– Странные у тебя, Федь, представления о любви, – произнесла я не своим голосом.
Девчонки,
если вы сейчас сидите с чашкой чая, в халате, с ребёнком на коленях и думаете: «Ну вот, опять одна» —
прекратите.
Потому что я — та, кем вы можете стать.
Не мамой.
Не женой.
А женщиной, которая чуть не занялась сексом в лифте с соседом-турком, которого зовут как персонажа из сериала на ТВ-3.
Меня зовут Алла. Мне 42. Я мать двоих. Жена одного (но он сейчас в командировке, и, честно, не факт, что вернётся). И, похоже, главная героиня романа, который я не заказывала, но уже читаю с замиранием сердца.
Я шла домой после дня, в котором: — старший сын сдал проект «Почему динозавры не ели брокколи?» (спасибо, Лёва, теперь у меня дома тираннозавр с вилкой в зубах и надписью «я не ем зелень»), — младшая разлила смузи по всей кухне, включая потолок (да, она дотянулась до потолка) . А тут он ! И чем закончиться наша встреча ?
Меня зовут Алла. Мне 42. Я мать двоих. Жена одного (но он сейчас в командировке, и, честно, не факт, что вернётся). И, похоже, главная героиня романа, который я не заказывала, но уже читаю с замиранием сердца.
Я шла домой после дня, в котором: — старший сын сдал проект «Почему динозавры не ели брокколи?» (спасибо, Лёва, теперь у меня дома тираннозавр с вилкой в зубах и надписью «я не ем зелень»), — младшая разлила смузи по всей кухне, включая потолок (да, она дотянулась до потолка) . А тут он ! И чем закончиться наша встреча ?
— Кто такая Элина? — голос срывается, когда я смотрю на светящийся экран его телефона.
Там горит сообщение: «Я беременна. Хватит морозиться».
Глеб смотрит на меня с откровенной, нескрываемой злостью. Никаких оправданий или раскаяния.
— Это правда? Она от тебя беременна?
— Всё гораздо сложнее, — бросает он предельно жестко.
— Что может быть сложнее?!
Мы долгих три года мечтали о малыше, а теперь и другая женщина ждет от него ребенка.
Там горит сообщение: «Я беременна. Хватит морозиться».
Глеб смотрит на меня с откровенной, нескрываемой злостью. Никаких оправданий или раскаяния.
— Это правда? Она от тебя беременна?
— Всё гораздо сложнее, — бросает он предельно жестко.
— Что может быть сложнее?!
Мы долгих три года мечтали о малыше, а теперь и другая женщина ждет от него ребенка.
Максу тридцать лет. Он тренер по танцам. Человек движения, грации и физического совершенства. С ним я чувствовала своё тело заново. Каждую мышцу, каждый сустав.
Наши встречи начинались с тренировок. Макс учил меня танцевать сальсу. Он ставил мои руки, исправлял осанку, показывал, как двигаться бёдрами. Его прикосновения во время занятий были профессиональными, но в них всегда сквозило скрытое напряжение.
Однажды после особенно интенсивной тренировки, когда мы оба были покрыты потом, он остановил музыку.
— Достаточно, — сказал он, дыша тяжело. — Теперь ты готова.
— К чему? — спросила я, вытирая лицо полотенцем.
— К настоящему танцу, — улыбнулся он.
Он подошёл ко мне, взял за талию. Его руки были сильными, цепкими.
— Следуй за мной, — прошептал он.
Мы начали двигаться. Сначала медленно, потом быстрее. Его тело прижималось к моему, передавая ритм через кожу. Я чувствовала каждый мускул его спины, каждое движение бёдер. Это был танец, который перерос в нечто большее.
Наши встречи начинались с тренировок. Макс учил меня танцевать сальсу. Он ставил мои руки, исправлял осанку, показывал, как двигаться бёдрами. Его прикосновения во время занятий были профессиональными, но в них всегда сквозило скрытое напряжение.
Однажды после особенно интенсивной тренировки, когда мы оба были покрыты потом, он остановил музыку.
— Достаточно, — сказал он, дыша тяжело. — Теперь ты готова.
— К чему? — спросила я, вытирая лицо полотенцем.
— К настоящему танцу, — улыбнулся он.
Он подошёл ко мне, взял за талию. Его руки были сильными, цепкими.
— Следуй за мной, — прошептал он.
Мы начали двигаться. Сначала медленно, потом быстрее. Его тело прижималось к моему, передавая ритм через кожу. Я чувствовала каждый мускул его спины, каждое движение бёдер. Это был танец, который перерос в нечто большее.
— Посмотри на себя! Кому ты нужна со своими габаритами? Домашняя тумбочка. Через три дня сама приползёшь на коленях! — кричал мне вслед муж.
Не приползла. Забрала чемодан, ушла в ночь и выжила. Сама.
Навела порядок в жизни, родила дочку и заперла сердце на сто замков. Я была уверена, что справлюсь в одиночку и мужчины мне больше не нужны. Пока однажды в дождливый вечер я не встретила того , кого я меньше всего ожидала увидеть...
Не приползла. Забрала чемодан, ушла в ночь и выжила. Сама.
Навела порядок в жизни, родила дочку и заперла сердце на сто замков. Я была уверена, что справлюсь в одиночку и мужчины мне больше не нужны. Пока однажды в дождливый вечер я не встретила того , кого я меньше всего ожидала увидеть...
— Ты чего такая грустная, Ир? — его голос звучит тихо, с лёгкой хрипотцой.
— Всё хорошо, — я отворачиваюсь, чтобы он не видел моих слёз.
— Я вижу. Мой сын опять уехал, да?
— Он всегда уезжает, Лёнь. Это нормально.
— Это не нормально, — он подходит ближе. — Ты заслуживаешь большего, чем бегать за ним.
— Например? — я поднимаю на него глаза, и в них — надежда, которую я боюсь признать даже себе.
— Например, остаться здесь. Со мной.
Я замираю. Он — отец моего мужа. Старше меня. И единственный, кто за эти годы сказал мне, что я — не просто мебель в чужом доме.
— А если я останусь? — шепчу я.
— Тогда у тебя будет лето. Настоящее. Тёплое. И я рядом.
Муж уехал к любовницам. Свёкор остался со мной. И теперь мне предстоит выбрать: вернуться к тому, кто меня предал, или остаться в объятиях того, кто подарил мне надежду.
Даже если эти объятия — запретные.
— Всё хорошо, — я отворачиваюсь, чтобы он не видел моих слёз.
— Я вижу. Мой сын опять уехал, да?
— Он всегда уезжает, Лёнь. Это нормально.
— Это не нормально, — он подходит ближе. — Ты заслуживаешь большего, чем бегать за ним.
— Например? — я поднимаю на него глаза, и в них — надежда, которую я боюсь признать даже себе.
— Например, остаться здесь. Со мной.
Я замираю. Он — отец моего мужа. Старше меня. И единственный, кто за эти годы сказал мне, что я — не просто мебель в чужом доме.
— А если я останусь? — шепчу я.
— Тогда у тебя будет лето. Настоящее. Тёплое. И я рядом.
Муж уехал к любовницам. Свёкор остался со мной. И теперь мне предстоит выбрать: вернуться к тому, кто меня предал, или остаться в объятиях того, кто подарил мне надежду.
Даже если эти объятия — запретные.
Выберите полку для книги
О чем пишут в книгах об измене?
В книгах об измене авторы исследуют различные аспекты этого сложного явления:
Причины, по которым люди изменяют своим партнерам.
Эмоциональные и психологические последствия измены для всех участников ситуации.
Социальные и моральные нормы, связанные с изменой.
Возможность прощения и примирения после измены.
Чем они волнуют?
Книги об измене волнуют читателей по нескольким причинам:
Измена - это распространенное явление, с которым сталкиваются многие люди. Чтение книг об измене может помочь читателям почувствовать себя менее одинокими и понять, что они не единственные, кто переживает подобные трудности.
Книги об измене могут помочь читателям лучше понять природу любви, верности и предательства.
Чтение книг об измене может помочь читателям проработать свои собственные переживания, связанные с изменой, и найти пути исцеления.
Почему нам нужно читать такие книги?
Есть несколько причин, почему вам может быть полезно читать книги об измене:
Книги об измене могут помочь вам лучше понять себя и свои отношения.
Чтение книг об измене может помочь вам справиться с болью и обидой, вызванными изменой.
Книги об измене могут помочь вам научиться прощать и двигаться дальше.
Чтение книг об измене может помочь вам стать более сострадательным и понимающим человеком.
Что в них интересного?
Книги об измене могут быть очень интересными по нескольким причинам:
Они часто рассказывают о сложных и неоднозначных персонажах, которые сталкиваются с трудными жизненными ситуациями.
Книги об измене могут быть очень эмоциональными и захватывающими.
Чтение книг об измене может помочь читателям расширить свой кругозор и лучше понять мир вокруг себя.