Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

Мама мужа посматривала на меня с тревогой, пока разгружались. А когда мы с ней остались одни, то заговорили практически одновременно:

- Я должна тебе сказать! – негромко произнесла свекровь, опустив покаянно голову.

- У нас беда. – Не стала я ходить вокруг да около.

- Что с Русланом? – осела на табурет Анна Назаровна.

- Он живёт с другой женщиной, – ответила я, не пытаясь смягчить новость.

- Ты знаешь? — выдохнула свекровь и продолжила, — именно это я хотела тебе сказать уже неделю, да не знала как.

Мой новый сосед на две недели — мужчина, которого не стоит впускать в дом.
Ленка — подруга, каких поискать: я согласилась приютить ее знакомого, а она подсунула мне хищника в клетку.
Я не знаю его имени, меня пугают его шрамы. Но когда он смотрит на меня своей скучающей усмешкой, все внутри переворачивается.
Кажется, я готова рискнуть и подпустить его ближе... чем бы это ни кончилось.

Я застала своего парня за изменой и думала, что хуже предательства быть не может. Но вскоре меня похитили и привезли к опасному мужчине, которому бывший парень задолжал огромную сумму. И чтобы спасти свою жизнь, он решил расплатиться мной. Теперь моя судьба зависит от мужчины, который привык получать всё, что хочет.

— Опять ты, рыжая, — сказал он без особо удивления, скорее констатируя факт. Как будто я стала частью его привычного распорядка: утро, кофе, соседка с претензиями.
Это «опять ты» кольнуло сильнее, чем если бы он накричал. Но если я сейчас промолчу, если просто вернусь к себе, это будет означать, что мои границы — это что то необязательное, что можно отодвинуть.
— Да, опять я пытаюсь работать, — ответила я ровно, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, без надрыва. — А вы опять включили музыку.
Он чуть наклонил голову, будто прислушивался не ко мне, а к чему то ещё — к самой музыке, к шуму в своей квартире.
— Это не вечеринка, — сказал он, будто это всё объясняло. — Просто слушаю.
— Да мне плевать, — выпалила я, и в этот раз в голосе прорвалась та злость, которую я так старательно прятала. — Мне важно, чтобы у меня было тихо. Ты не понимаешь, что твоя музыка раздражает?
Вдруг в его взгляде мелькнуло что то, чего я не ожидала увидеть, — не раздражение, а скорее хищный интерес.

После двадцати лет брака Оля узнаёт: у мужа есть другая.
Она улетает в Турцию, чтобы просто выдохнуть, но встречает Макара — красивого и опасно нежного мужчину, рядом с которым снова чувствует себя желанной.
Кажется, судьба даёт ей второй шанс, но один звонок разрушает всё.
Сможет ли Оля снова поверить мужчине, если сердце уже однажды разбили?

- Надеюсь, эти три недели пройдут очень быстро, — говорю, смотря с вызовом в его глаза. Тимур явно недоволен, сложившейся ситуацией, но у него нет выбора, впрочем, как и у меня. - И мы не поубиваем друг друга, — добавляю с милой улыбкой и отправляю ложечку мёда к себе в рот. Несколько капель остаются на моих губах, и я собираю их кончиком языка.
- Если ты будешь меня слушаться и не нарушать приказов, то да, — отвечает Тимур, с явным усилием стараясь не перевести свой взгляд на мои губы.
Что он сказал? Слушаться и не нарушать приказы?
Ох и зря ты это. Ох, зря-я.
- Решил поиграть в старшего брата?— ухмыляюсь я, и встав из-за стола, проходя мимо него, специально касаюсь рукой его плеча и чуть склонившись добавляю. - Братик.
- Послушай, ты!- Тимур перехватывает мою руку, и оборачивается. - Не провоцируй меня, девочка...
Я провела шикарную ночь с красивым парнем и сбежала от него на утро, а через два дня узнала, что он мой будущий сводный брат, который делает вид, что не помнит меня

- Это все было ошибкой, понимаешь?
Горюнов делает к Веронике несколько шагов.
- Вероника послушай меня!
- Я не хочу тебя слушать, Николай! Все кончено! Мы расходимся!
- Мы никуда не разойдемся, Ника! Я не знаю что ты там себе придумала! Ты больна, тебе нужно должностное лечение! Считаешь что у твоего ФСБШНИКА деньги есть? Ах он же теперь крутой сыскарь!
- Прекрати, Николай! Ты спал с моей сестрой все эти годы! Вика погибла…. Знаешь, я не верю в совпадения, и случайности!
Красивое лицо Горюнова темнеет. По нему идут желваки, он делает шаг вперед и неожиданно больно хватает Веронику за горло, прижав к стене.
- Ты моя и я тебя не отпущу!
В его глазах такая ненависть, а в бок Веронике упирается что то острое. Кажется это конец и она это понимает, прекрасно понимает.

— Я хочу съесть тебя всю, девочка, — выдохнул свёкор, решительно наступая.
— О, похоже, у нас тут намечается дегустация поинтереснее шашлыка… — заметил нас его друг, уверенно подходя ближе.
— Так-так-так, — протянул второй друг свёкра, и на его лице расплылась хищная ухмылка. — Я, значит, там с шашлыками у огня потею, а вы уже вовсю пробуете самое вкусное? Слегка возмущен отсутствием командного духа!

После жаркого утра на даче со свёкром и его друзьями настало время шашлыков, но вместо вкусного мяса они посчитали, что самое вкусное блюдо — это я. Мне бы бежать, но стоит ли, когда под мужскими взглядами я действительно чувствую себя самой аппетитной и привлекательной женщиной?

Она была жестокой принцессой, смеявшейся над ничтожным пажом. Он был заложником, терпевшим её унижения годами. Но время всё расставило по местам. Теперь он — завоеватель, захвативший её королевство и сломавший её волю. Он взял её в жёны, чтобы мстить: унижать, обладать, превратить в покорную куклу. Но Элинора не сдаётся. Она учится ненавидеть, выживать и ждать. Между ними — война тел и душ, где грань между любовью и ненавистью стирается. Сможет ли она победить чудовище, которого сама создала? Или круг жестокости замкнётся на её сыне?

Я детский психолог. Полная, неудобная для чужих стандартов и слишком принципиальная, чтобы продаваться за деньги.

Он — опасный мужчина, привыкший получать всё силой.
Его маленький сын замолчал после смерти матери. И почему-то впервые доверился именно мне.

Я поклялась держать профессиональную дистанцию. Только как это сделать, если ребёнок ищет рядом со мной безопасность, а его отец смотрит так, будто впервые в жизни встретил женщину, которую не сможет отпустить?

Главное правило моей профессии — не влюбляться в родственников пациентов.
Жаль, что сердце никогда не читало этический кодекс.