Книги по тегу «служебный роман»: ""

У Ванессы Уэнрайт всё было под контролем. Престижная работа, семья, любимая помада от Ив Сен-Лоран... А потом в её жизни появляется высокомерный, красивый и до невозможности раздражающий Рик О’Коннелл.
Он занял её место в очереди за кофе, едва не уволил и умудрился купить агентство, в котором она работает. Став полноправным владельцем, Рик ставит под сомнение её компетентность, и Ванессе приходится доказывать, что она достойна своей должности.
За чередой нелепых ситуаций и столкновений характеров между ними вспыхивают чувства, выходящие далеко за рамки деловой этики. Но что победит — любовь или принципы?
«Всё начинается с кофе» — романтическая комедия о том, как офисная война может обернуться настоящей любовью.

В тексте есть:
- противостояние характеров
- немного юмора
- служебный роман
- семейные тайны
- счастливый финал

— Что ты сделал?!
Вроде бы меня взглядом убить пытаются, а я кайф от этого ловлю.
— Всего лишь поженил нас.
Прохожу мимо застывшей Вари, захожу в её дом. Останавливаюсь и, словно вспомнив между делом, добавляю:
— Ах да, у Лизы в свидетельстве о рождении в графе «отец» больше не прочерк, а моё имя.
Оглядываюсь по сторонам.
— Так какую комнату мне можно занять?

***
Восемь лет назад я совершил фатальную ошибку: позволил ей сбежать. Судьба нас снова столкнула, и в этот раз я не собираюсь повторять своих ошибок. Варя может рвать и метать, но спать я сегодня буду в её доме. И завтра — тоже.

Шесть лет Герман Кордин был моим начальником. Год назад я попросила сделать меня партнером — и услышала короткое «нет». Без объяснений.

Тогда я решила закончить самый важный проект бюро и уйти.

Но на решающей встрече заказчик ставит условие: контракт останется у Кордина только в том случае, если руководить проектом буду я. Теперь каждое серьезное решение Германа должно пройти через меня.

Он все еще владелец компании. Все еще талантливый, упрямый и совершенно невыносимый мужчина, привыкший оставлять последнее слово за собой.

Только теперь его последнее слово ничего не решает без моего.

Я думала, самым трудным будет заставить бывшего босса признать, что я права.

Ошиблась.

Гораздо труднее не перепутать власть с доверием, профессиональное уважение — с чувствами, а желание наконец стать равной — с желанием остаться рядом с ним.

— Объясните мне это, Алиса Сергеевна.
Черезов брезгливо двигает по столу тонкую папку. Внутри — банковская выписка. На моё имя. Сумма с шестью нулями, которую я никогда в жизни не держала в руках.
— Хотела денег? Забирай! – он швыряет толстую пачку, и деньги веером рассыпаются по полированному дереву.
Я молча снимаю с шеи пропуск и вешаю его на дверную ручку. Я умею молчать, меня научили ещё в шестнадцать: жертве никогда не верят.
— Знаете, что самое смешное, Константин Александрович? Я ведь вам поверила. Вы правы, дорого это стоило. Только платили не вы.
***
Сначала он заставил меня поверить, что меня могут любить, а потом выгнал, не дав оправдаться. И не подозревая, как это изменит его жизнь…

Он посадил ее на заднее сиденье, и несколько раз проверил, пристегнула ли она ремень безопасности. Он вел себя так, словно Варя – его неприкосновенная собственность! От одной только мысли об этом потемнело в глазах. Наверное, только один Кир может догадываться, как я хотел его уничтожить. Просто раздавить как букашку. Но – я не мог. Спрашивается, почему? Потому что я – начальник, а она – подчиненная? Потому что я не имею права творить дичь?
Что-то не могу припомнить момент, когда Ромка из зачуханного офисного очкарика превратился в местного мачо. Он всегда был для меня тенью. Никем. И тут вдруг произошла удивительная трансформация, и культурный ботаник показал свои клыки.
Я даже не почувствовал удовлетворения, когда уволил их. Да, сейчас понимаю, что сделал это сгоряча, и не подумав. Да я тогда был готов растерзать обоих.
Эта Плюшкина, словно смертельный вирус пробралась в мою кровь, и теперь никак ее не вытащить. Ее из меня уже не вытравить ничем.

‼️ЗАВЕРШЕНО‼️
— Всё, Цветкова, завод теперь мой. Собирайте свои пожитки!
Я поднимаю глаза от квартального отчёта и вижу его. Двухметровый амбал стоит в дверях моего кабинета и рейдерским захватом присваивает себе цементный завод.
— Да как вы смеете! — кричу я, хватая со стола папку с отчётами. — Я здесь двадцать лет работаю главным бухгалтером!
— Двадцать лет? — Гром удивлённо поднимает брови. — Понятно почему выглядите на все шестьдесят, Цветкова. Прямо мафусаилов век. Рухлядь! А у нас, знаете, молодые кадры нужны. Студентки, с дипломами, с горящими глазами и кхм..сердцами. А вы своё уже отработали. Отдыхайте, бабуля!

Бандит с большой дороги решил понизить меня с главного бухгалтера до офис-менеджера. А я разведенка, тащу на себе сына и все расходы. Конечно, я была против и готова убить этого Гада-ГРОМОВА, пока не оказалась с ним одна в застрявшем лифте…

Парень бросил меня в международный женский день, не желая тратиться лишний раз. Будучи одинокой, особенно обидно ощущать свою финансовую никчёмность. Поэтому, когда мне предлагают поучаствовать в авантюре, способной закрыть мой кредит, я ныряю в неё с головой.
Но я совсем не ожидаю, что вечно холодный босс, чьё бельё мне предстоит сфотографировать для выполнения задания, окажется на самом деле страстным мужчиной, от которого мне будет чрезвычайно сложно сбежать.

Останавливаюсь у подножия кровати, ослабляю узел галстука и до хруста в костях сжимаю в ладони телефон.
— Тимофей Романович, пожалуйста... – всплывает в памяти возбужденный, с придыханием голос. Жаркие всхлипы, широко раскрытые бирюзовые глаза, в которых плещется стыд в перемешку с желанием.
Вспоминаю прошедшую ночь в мельчайших подробностях и не могу сдвинуться с места. Хотя понимаю, что должен как можно скорее уйти.
Только продолжаю смотреть на свою зависимость, сладко спящую на белоснежной, измятой постели, на белокурые локоны, разметавшиеся по подушке, пухлые губы, сводящие с ума.
Глупая невинная девочка, поверившая в сказку.
Хватаю пальто, кожаный портфель, выхожу из спальни и медленно спускаюсь по ступеням. Внизу меня уже ждет водитель.
Подхожу к дверям и сухо произношу:
— Остаешься здесь, я уже вызвал себе такси. Когда Анна проснется, отвезешь ее в аэропорт. И сообщи, что я больше не нуждаюсь в услугах личной помощницы… Она уволена...

В моих руках не планер, не документы, а ребёнок.
Но, может, маленький босс, который сейчас гордо восседает у меня на руках, дёргая за хвост, привык присутствовать на совещаниях и ударом маленькой ладошки о стол призывать к тишине собравшихся?
Вхожу в кабинет.
Босс тут же устремляет на меня взгляд, а потом концентрирует его на малыше. Его брови взлетают вверх.
— Это что?
Интересная формулировка в отношении ребёнка.
— Ваш сын.
— Кто? Ты что, от меня родила?
Совсем не такой реакции я ждала. Босс должен был сказать что-то вроде: “Иди сюда, мой мелкий карапуз” и усадить ребёнка на колени, а уж точно не приписывать его мне.
Он что, этого малыша впервые в жизни видит?
— Если этот ребёнок не ваш и не мой. То чей? — задаю вопрос в лоб.
— Тебе лучше знать, это ты его притащила.
Босс в чем-то прав, но есть несколько но…

— Суворова. Управление боевой подготовки. Приказ министра. Учения. Старт завтра, шесть ноль-ноль.
Он оборачивается.
Высокий, под два метра. Брюнет, зеленые глаза и седина на висках.
Он усмехается.
— Кажется, вы ошиблись этажом. — Кивает на дверь. — Кухня внизу.
— На кухне кормят, — говорю. — А я приехала вас морить голодом семь суток.
Кидает на меня свой генеральский взгляд. Не вышло.
— Слушай сюда. — Он подается вперед. — Ты начиталась бумажек в теплом кабинете и приехала ко мне в часть играть в войнушку. Я командую пятнадцать лет.
***
— Будешь выполнять все, что скажет Анна Александровна. Или сдашь должность к обеду. Понятно?
— Понял, товарищ заместитель министра, — говорит он на весь кабинет.
Завтра я заставлю его машину работать на всю катушку.
Всю — до последнего болта, до последнего рядового, до него самого.
Если, конечно, он не решит устроить саботаж.
В романе вас ждут:
— неунывающая героиня формата Пышка;
— противостояние характеров;
— неподдельные чувства