Читать и слушать книги

— Я не шлюха… Я полы тут мою…

— Расслабься, кукла, — хмыкает мужчина, крепче сжимая мою руку. — За ночь кучу бабла поднимешь. Дикий не обидит.

Я просто зашла после смены в душ для клубных девочек, чтобы смыть с себя пролитое спиртное. Вышла в одном белье именно тогда, когда люди Вадима Киреева пришли за девушкой, заказанной хозяином на ночь. Они решили, что это я, и потащили к Дикому — женатому авторитету, которого боялся весь город. Я кричала, что они ошиблись, но никто не стал слушать. А когда сам Дикий понял, что перед ним уборщица, а не одна из его девочек, отпускать меня уже не захотел.

— Яна, ты сама всё видела, — говорит ледяным тоном несостоявшаяся свекровь. — Не позорь нас и сама не позорься, уезжай. Мой сын теперь с Викой. У них будет всё, что ты никогда не сможешь ему дать. Ты для него — не более чем игрушка. Наигрался и выбросил. И если попытаешься вернуться в страну, посмеешь вмешиваться в его жизнь, я устрою тебе ад. У меня есть рычаги и возможности. Генерал мне поможет. У следователя уже лежит заявление на кражу тобой моего колье с изумрудами. Не дам ему ход ещё пару дней. За это время исчезни. Или вместо работы в хорошей клинике, окажешься на нарах в женской тюрьме. Ты меня поняла?
Я молчу. В душе ни боли, ни страха. Лишь глухая, холодная пустота, в которой не осталось ни искры жизни.
— Я поняла, — отвечаю тихо. — Не волнуйтесь. Я уеду.
— И не вздумай звонить Трофиму, — добавляет она. — Он не хочет тебя слышать. У него теперь другая жизнь. Не стоит раздражать его невесту.

— Макар, Макар, малыш, ну куда ты? Стой! — раздается вдруг откуда-то сбоку громкий женский шепот.
Я опускаю взгляд. Прямо у моих ног, уперевшись ладошками в пол, сидит ребенок.
Я беру его на руки, и пацан дергает меня за галстук.
— Эй, полегче, боец, — хрипло произношу я, перехватывая его крошечное запястье.
И в этот момент я поднимаю глаза.
В паре метров от меня, в конце коридора, стоит Эмилия. Белая как мел.
Мой взгляд снова опускается к лицу мальчишки.
Я смотрю на ребенка. Смотрю на бывшую жену. Снова на ребенка.
Мы развелись полтора года назад. Беременность длится девять. Этому парню на вид месяцев восемь. Она забеременела за месяц до развода.
Значит…Я — отец!
***
Бывшая жена думала, что смогла спрятать от меня моего наследника. Но она ошиблась. Я заберу свое. И самое интересное начнется, когда я узнаю, что в комнате, из которой выполз этот мальчишка... спит еще один.

- Я найду эту прыщавую стерву! – прорычал со злостью, ударив кулаком по стене. – Пусть исправляет то, что натворила.
- Как она это исправит? Скажет всем, что ты не виноват?
- Мне плевать, пусть сама выкручивается как хочет. Из-за нее у меня огромные проблемы!
- И как ты ее найдешь? Серую мышь из караоке-клуба. Ты даже имени ее не знаешь.
- Понятия не имею, но даю слово, что найду ее.

Одна встреча с высоченным красавчиком в клубе. Одно видео, которое я сняла для подруги. Я представить не могла, к чему это все приведет.

— Мам, ты не обижайся, но... папе больше подходит Ада, — дочь без всякой жалости вбивает в меня жестокие слова. — Ему с ней будет лучше...
— Угу, — сын вторит сестре. — Ада клевая!
— А как же я? — выдыхаю ошеломленная новостью.
— А что ты, мам? — дочь пожимает плечами будто не произошло ничего особенного. — Теперь ты сможешь пожить для себя...

Всю жизнь я мечтала о большой и дружной семье. Любимый муж, умница дочь и замечательный сын — я была богата.
Прекрасный большой дом, достаток и любимое дело — у меня было абсолютно все о чем может женщина только мечтать.
Все это рухнуло в одночасье.
Все это у меня отняли... предатели!
Только я не позволю относиться к себе, как к отработанному материалу. Выстою и буду счастлива — всем на зло...

— Тормози, ковбой, а то я сейчас в обморок от романтики упаду!
— В обморок падать не надо, особенно передо мной. Особенно на колени.
Я приехала в Заречье на две недели. Всего-то продать родительский дом и уехать.
Но у Вселенной оказалось другое чувство юмора.
Сначала я упала в лужу на глазах у всей деревни. Потом меня вытащил оттуда местный тракторист. Красивый, наглый, с руками, от которых хочется забыть все свои планы.
Он думает, что сможет меня перевоспитать. Научить жить в деревне, доить козу и собирать куриные яйца.
Но я — столичная львица, и меня так просто не укротить.
Хотя... кто сказал, что за две недели нельзя влюбить в себя одного упрямого тракториста? Или он не тракторист?

Ты когда-нибудь доверяла человеку, а потом узнавала, что он тебя предал? София — да.
Она верила брату. Верила матери. Верила невестке.
А потом её вера разбилась. Вместе с жизнью.

София знает, что такое быть непонятой, обвинённой, преданной. Она прошла через это.
Она помнит, как потеряла всё: доверие, семью, свободу и себя.

А потом она проснулась в том самом утре — за несколько часов до рокового поворота.
Теперь у неё есть второй шанс. Есть память.
И есть твёрдое намерение — больше никогда не быть жертвой.

И те, кто думал, что она слабая, очень скоро поймут, как ошибались.

Я хотела всего одну ночь.

Без фамилий. Без телефонов. Без обещаний увидеться снова.

Марк оказался именно тем мужчиной, которого опасно запоминать: взрослым, уверенным и слишком привлекательным, чтобы утром не пожалеть о собственных правилах.

Но жалеть мне пришлось совсем о другом.

Через несколько часов после нашей ночи я вошла в кабинет нотариуса и увидела его за столом напротив.

Мужчина, которого я собиралась больше никогда не встречать, только что стал владельцем половины отеля, доставшегося мне от матери.

Теперь у нас по пятьдесят процентов.

Один кредит.

Сорок пять дней до решения банка.

И совершенно разные планы на будущее.

Я хочу продать свою долю и вернуться в Москву. Марк намерен сохранить отель любой ценой. Чтобы разобраться, кто из нас прав, нам придется работать вместе, принимать решения и каждый день помнить о ночи, которую нельзя повторять.

Вот только чем лучше я узнаю своего случайного любовника, тем меньше понимаю, чего боюсь сильнее: поте

Я мечтала о нем целый год, и вот он украл меня с моей собственной свадьбы. Только вот этот безумец жаждет отомстить моей семье, и я оказалась втянута в его жестокие игры. Его рука все сильнее сжимается на моей шее – он ломает меня день за днем. Кто выиграет в этом противостоянии: ненависть или любовь?


– Ты второй мужчина, с кем я танцевала в жизни, – зачем-то призналась я.
Взгляд Марка вновь стал хищным.
– Во всем остальном я буду первым, не сомневайся.
Мне стало страшно, потому что в этот миг я поняла, что он не шутит, и поверила в его слова. Я попыталась было отстраниться, но его руки лишь сильнее обвились вокруг моей талии. Стало понятно, что мне не сбежать.

— Мам...
Арман стоит у панорамного окна, прижав ладошки к стеклу, и смотрит вниз, на людей.
— Да, солнышко?
— А у всех детей есть папы?
Замираю с чашкой в руках, боясь пошевелиться.
— Почему ты спрашиваешь?
— Просто... у Марка есть папа. У Тимура тоже. И у Саши! Они за ними в садик приходят... — сын поворачивается ко мне. — А мой папа где?
Мужчина, которого я любила больше жизни, однажды посмотрел мне в глаза и сказал, что никогда меня не любил. И исчез.
Он так и не узнал, что в тот день ушел не только от меня, но и от собственного сына.
А спустя годы возвращается снова, снося все, что я строила годами. Да только ему больше нет места в нашей жизни.