Читать и слушать книги
Врач медицины катастроф Данелия Морозова всегда действовала строго по протоколу. Ради спасения жизней она уже рисковала карьерой, переживала измену близких и, застирав халат от кофе, гордо шла вперёд - к своей мечте, верному коту Пиксику и новой, бережной любви в лице Николая. Она думала, что заслужила своё тихое счастье и сына Мирона.
Но один страшный миг на скользкой петербургской дороге разрушил этот хрупкий мир. Автокатастрофа безжалостно унесла жизнь мужа, а саму Дану выбросила на порог между жизнью и смертью.
Вопреки всем правилам, влюблённый в неё хирург Кирилл Власов вручную заштопал её разорванное сердце на операционном столе. Он вернул её из тумана небытия назад, к сыну. Кирилл спас её тело, но как вернуть волю к жизни женщине, чей мир превратился в пепел?Ему предстоит дежурить у её постели и по крупицам собирать осколки счастья, которое давно стало его собственной незаживающей раной.Ведь у медицины катастроф есть протокол реанимации. Но есть ли протокол для раненого се
Но один страшный миг на скользкой петербургской дороге разрушил этот хрупкий мир. Автокатастрофа безжалостно унесла жизнь мужа, а саму Дану выбросила на порог между жизнью и смертью.
Вопреки всем правилам, влюблённый в неё хирург Кирилл Власов вручную заштопал её разорванное сердце на операционном столе. Он вернул её из тумана небытия назад, к сыну. Кирилл спас её тело, но как вернуть волю к жизни женщине, чей мир превратился в пепел?Ему предстоит дежурить у её постели и по крупицам собирать осколки счастья, которое давно стало его собственной незаживающей раной.Ведь у медицины катастроф есть протокол реанимации. Но есть ли протокол для раненого се
Разлучённые Майя и Мирон случайно встречаются спустя четыре года... и заархивированные чувства распаковываются...
Ей 22, она интерн на первой практике. Ему 40, он — лучший хирург страны с тёмным прошлым: двадцать лет назад он был «пацаном с третьей линии», решавшим чужие судьбы ножом. Теперь он держит клинику и спасает жизни. Она не боится его — и это бесит его сильнее всего. С первой операции между ними искрит, но он клянётся не трогать подчинённую. Пока однажды ночью она не приходит к нему в кабинет с рассечением на руке — и он понимает, что не сможет остановиться.
Он держал скальпель твёрже, чем собственные чувства. Но она заставила его порезаться...
Он держал скальпель твёрже, чем собственные чувства. Но она заставила его порезаться...
После предательства мужа Ника привыкла рассчитывать только на себя. Она одна воспитывает дочь, руководит юридической фирмой и давно не верит мужчинам, которые красиво говорят о любви. В её жизни есть работа, ответственность и маленькая семья, которую она бережёт больше всего.
Во время поездки в Красноярск Ника встречает Вадима — сдержанного, внимательного мужчину, рядом с которым впервые за долгое время ей хочется снова кому-то доверять.
Но у Вадима есть тайны, о которых Ника ничего не знает. Крупное наследство превращает её в цель для людей, готовых на всё, чтобы его заполучить, а вокруг начинают происходить события, слишком подозрительные, чтобы считать их случайностью.
Ника ещё не понимает, что доверилась мужчине, чья тайна может стоить ей жизни. Пока одни строят планы, другие скрывают правду, а третьи готовы убивать ради денег, вокруг неё затягивается опасная игра, в которой всё труднее отличить любовь от расчёта, а правду — от лжи.
Во время поездки в Красноярск Ника встречает Вадима — сдержанного, внимательного мужчину, рядом с которым впервые за долгое время ей хочется снова кому-то доверять.
Но у Вадима есть тайны, о которых Ника ничего не знает. Крупное наследство превращает её в цель для людей, готовых на всё, чтобы его заполучить, а вокруг начинают происходить события, слишком подозрительные, чтобы считать их случайностью.
Ника ещё не понимает, что доверилась мужчине, чья тайна может стоить ей жизни. Пока одни строят планы, другие скрывают правду, а третьи готовы убивать ради денег, вокруг неё затягивается опасная игра, в которой всё труднее отличить любовь от расчёта, а правду — от лжи.
Белламара — город, где даже воздух пропитан кровью и деньгами. Елена Вассари не планировала становиться главой криминальной империи, но смерть отца оставляет ей только два выбора: править или умереть. Она выбирает первое — холодно, расчетливо и без права на ошибку.
Внезапно в ее жизни появляется человек, не принадлежащий этому миру. Марко Валенти — певец с голосом, способным остановить сердце.
Внезапно в ее жизни появляется человек, не принадлежащий этому миру. Марко Валенти — певец с голосом, способным остановить сердце.
Аманда, пережившая домашнее насилие и предательство, оказывается на распутье. Она вынуждена начать жизнь с чистого листа, и в этот непростой момент на ее пути появляется Джон — человек, который становится для нее опорой и поддержкой.
Через тернии судебных разбирательств и личных переживаний Аманда находит в себе силы двигаться вперед. Постепенно она и Джон сближаются, и между ними зарождается глубокое чувство. Но сможет ли Аманда открыть свое сердце для новой любви после пережитой боли?
Через тернии судебных разбирательств и личных переживаний Аманда находит в себе силы двигаться вперед. Постепенно она и Джон сближаются, и между ними зарождается глубокое чувство. Но сможет ли Аманда открыть свое сердце для новой любви после пережитой боли?
Гурам не отпускает Яну. Ему нужны мои клубы, моя подпись, моя жизнь. У Яны в руках информация, способная уничтожить обоих. Она не сломалась — и я не имею права сломаться тоже, потому что впервые мне есть ради кого выживать.
Я умею убивать, но теперь мне нужно научиться спасать. Её. Себя. Нас.
Что окажется важнее — отомстить или спасти?
Я умею убивать, но теперь мне нужно научиться спасать. Её. Себя. Нас.
Что окажется важнее — отомстить или спасти?
Она выполнила приказ с грацией балерины и точностью солдата. Каждый шаг был выверен. Когда она остановилась передо мной, я увидел, как чуть дрогнули её ресницы. Страх? Нет. Предвкушение. Тот самый электрический разряд, который пробегает по коже, когда ты стоишь на краю пропасти и знаешь, что падение будет не гибелью, а полётом.
— Ты опоздала на двенадцать секунд, — констатировал я, не отрывая взгляда от её лица.
Елена побледнела. Её пальцы слегка сжались в кулаки вдоль тела.
— Простите, Андрей Викторович. Пробки на Третьем транспортном...
— Обстоятельства не имеют значения, — перебил я мягко, но твёрдо. — Имеет значение только результат. И твоё состояние. Ты нервничаешь.
Это было утверждением, а не вопросом. Я видел, как учащённо билась жилка на её шее. Видел, как расширились зрачки.
— Да, — выдохнула она.
— Почему?
— Потому что... потому что я хочу всё сделать правильно.
Я медленно обошёл стол и встал перед ней. Расстояние между нами сократилось до минимума.
— Ты опоздала на двенадцать секунд, — констатировал я, не отрывая взгляда от её лица.
Елена побледнела. Её пальцы слегка сжались в кулаки вдоль тела.
— Простите, Андрей Викторович. Пробки на Третьем транспортном...
— Обстоятельства не имеют значения, — перебил я мягко, но твёрдо. — Имеет значение только результат. И твоё состояние. Ты нервничаешь.
Это было утверждением, а не вопросом. Я видел, как учащённо билась жилка на её шее. Видел, как расширились зрачки.
— Да, — выдохнула она.
— Почему?
— Потому что... потому что я хочу всё сделать правильно.
Я медленно обошёл стол и встал перед ней. Расстояние между нами сократилось до минимума.
Он опасен, ему принадлежит часть города, из которого мне теперь не вырваться. Он принуждает меня… работать. На него. Его личной помощницей. Настолько личной, что я должна жить в его доме.
Её отправляют в горы — формально на лето к дальнему родственнику, по факту — продать в жёны человеку, которого она никогда не видела. Он живёт один в укреплённом доме на перевале, не спускается в город, не разговаривает с людьми. В деревне его называют «зверем». Она приезжает и обнаруживает не чудовище, а мужчину, который сломался после войны и запер себя в добровольной клетке. Она не боится его молчания — и именно это ломает его стену быстрее, чем любые слова. Но у него есть брат, который приходит с проверки и который смотрит на неё так, что у неё перехватывает дыхание.
Она приехала как пленница. Осталась как единственная, кто смог приручить зверя. А потом пришёл его брат...
Она приехала как пленница. Осталась как единственная, кто смог приручить зверя. А потом пришёл его брат...
Выберите полку для книги