Читать и слушать книги
Алексия Стужева живёт с редчайшим диагнозом — эмоциональная анестезия. Мир для неё — лишь набор фактов и чисел, люди — функциональные элементы, а сердце — механизм, неспособный чувствовать радость, горе или любовь. После детской травмы она заключила свои эмоции в ледяную тюрьму, создав безупречную жизнь, основанную исключительно на логике и расчёте.
Макар Северов случайно спасает её из разбитой машины во время снежной бури и делает абсурдное предложение: стать его женой на 100 дней. За это время успешный разработчик терапевтических программ обещает невозможное — пробудить в Алексии способность чувствовать. Если ему не удастся растопить лёд вокруг её сердца, они просто разведутся.
История о том, как прошлое определяет настоящее, как математически выверенный мир сталкивается с хаосом чувств, и о том, что настоящее исцеление начинается не с признания болезни, а с принятия возможности полноценной жизни.
Макар Северов случайно спасает её из разбитой машины во время снежной бури и делает абсурдное предложение: стать его женой на 100 дней. За это время успешный разработчик терапевтических программ обещает невозможное — пробудить в Алексии способность чувствовать. Если ему не удастся растопить лёд вокруг её сердца, они просто разведутся.
История о том, как прошлое определяет настоящее, как математически выверенный мир сталкивается с хаосом чувств, и о том, что настоящее исцеление начинается не с признания болезни, а с принятия возможности полноценной жизни.
ПОВЕСТЬ
- Если бы не ты, отец жил бы с мамой! - зло бросает Диана мне в лицо.
- Я с твоим отцом сошлась, когда он уже давно не жил с твоей матерью! - отбиваюсь я, - ты зря лезешь в наши отношения! Мы любим друг друга и у нас семья.
- А вот и нет! - злобно усмехается дочь моего мужа, - папа до сих пор маму любит. Просто не знает, как тебе убогой сказать.
- Это с чего ты взяла?! - возмущаюсь я.
- А вот...
Она бросает на стол фотографии...
- Если бы не ты, отец жил бы с мамой! - зло бросает Диана мне в лицо.
- Я с твоим отцом сошлась, когда он уже давно не жил с твоей матерью! - отбиваюсь я, - ты зря лезешь в наши отношения! Мы любим друг друга и у нас семья.
- А вот и нет! - злобно усмехается дочь моего мужа, - папа до сих пор маму любит. Просто не знает, как тебе убогой сказать.
- Это с чего ты взяла?! - возмущаюсь я.
- А вот...
Она бросает на стол фотографии...
!РАССКАЗ!
Что делать, когда твоя собственная профессия не может помочь тебе обрести главное счастье в жизни? Акушер-гинеколог с многолетним стажем, я каждый день помогаю другим женщинам стать матерями, но сама остаюсь бесплодной. Семнадцать лет брака, и каждый день муж напоминает о своём желании иметь детей.
Но судьба готовит мне испытание, от которого невозможно скрыться. Молодая пациентка появляется на пороге моего кабинета с шокирующим признанием – она беременна от моего мужа. И это только начало её истории. Оказывается, мой супруг задумал немыслимое – он планирует забрать ребёнка и передать его на воспитание… мне.
Что делать, когда твоя собственная профессия не может помочь тебе обрести главное счастье в жизни? Акушер-гинеколог с многолетним стажем, я каждый день помогаю другим женщинам стать матерями, но сама остаюсь бесплодной. Семнадцать лет брака, и каждый день муж напоминает о своём желании иметь детей.
Но судьба готовит мне испытание, от которого невозможно скрыться. Молодая пациентка появляется на пороге моего кабинета с шокирующим признанием – она беременна от моего мужа. И это только начало её истории. Оказывается, мой супруг задумал немыслимое – он планирует забрать ребёнка и передать его на воспитание… мне.
- Даже не мечтай о ней. Тебе до нее, как до звезды. Она – дочь шефа. Стерва еще та.
- Но я все равно ее буду ждать.
Дождется ли Денис Аделину? Что связывает двух молодых и разных по статусу и положению людей? Все это вы сможете узнать, прочитав эту историю…
Вас ждет богатая девушка, романтичный юноша и головокружительный служебный роман.
- Но я все равно ее буду ждать.
Дождется ли Денис Аделину? Что связывает двух молодых и разных по статусу и положению людей? Все это вы сможете узнать, прочитав эту историю…
Вас ждет богатая девушка, романтичный юноша и головокружительный служебный роман.
Я всегда была идеальной женой! Всю свою жизнь я посвятила дочери и мужу, отложив свою жизнь на потом. Я жила ими и для них! Но в день свадьбы нашей дочери, муж подал на развод и сообщил, что в нашем доме теперь будет жить другая.
- Вера, я не выгоняю тебя, живи. - лицо мужа скривилось в надменной усмешке. - В конце концов, ты тоже имеешь право здесь жить. Да и нам скоро нужна будет помощь с ребёнком, когда Лана родит. Не няню же нанимать!
Помощь с ребёнком? Лана родит?! Он совсем умом тронулся, раз думает, что я буду это терпеть?! Нет, он меня ещё не знает!
Ну уж нет, я не позволю так с собой поступить! И месть моя будет сладкой!
- Вера, я не выгоняю тебя, живи. - лицо мужа скривилось в надменной усмешке. - В конце концов, ты тоже имеешь право здесь жить. Да и нам скоро нужна будет помощь с ребёнком, когда Лана родит. Не няню же нанимать!
Помощь с ребёнком? Лана родит?! Он совсем умом тронулся, раз думает, что я буду это терпеть?! Нет, он меня ещё не знает!
Ну уж нет, я не позволю так с собой поступить! И месть моя будет сладкой!
— Ты кто такая?!
Смотрю на девчушку мелкую, которая восседает в моем кабинете. В моем кресле! Это что вообще такое?!
— Вася я, дочь твоя, — выдаёт с полной серьёзностью.
Чего?!
Какая ещё дочь? Какая Вася? Я детей не заводил… вроде.
— Сюлплиз! — продолжает эта Вася, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Не пележивай, пап, я нолмальная, пливыкнешь быстло.
— Чего…
День начинался обычно. Почти. Пока в своем кабинете я не встретил мелкую девчушку, которая утверждает, что я ее папа. И кто ей вообще эту ерунду сказал?! И куда ее теперь?! А главный вопрос: мать-то кто?!
Смотрю на девчушку мелкую, которая восседает в моем кабинете. В моем кресле! Это что вообще такое?!
— Вася я, дочь твоя, — выдаёт с полной серьёзностью.
Чего?!
Какая ещё дочь? Какая Вася? Я детей не заводил… вроде.
— Сюлплиз! — продолжает эта Вася, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Не пележивай, пап, я нолмальная, пливыкнешь быстло.
— Чего…
День начинался обычно. Почти. Пока в своем кабинете я не встретил мелкую девчушку, которая утверждает, что я ее папа. И кто ей вообще эту ерунду сказал?! И куда ее теперь?! А главный вопрос: мать-то кто?!
— Я видела тебя сегодня утром, — сказала я спокойно. — У детской площадки. С женщиной и ребёнком.
Его улыбка дрогнула, но не исчезла. Вместо этого она стала какой-то механической, застывшей.
— А, это… — начал он, и я буквально услышала, как в его голове прокручиваются возможные оправдания. — Это Кира, она клиентка мастерской. Мы делали проект её квартиры в прошлом году, и она…
— Не надо, — я подняла руку, останавливая поток его слов. — Не оскорбляй меня ложью, хватит. Я видела, как ты её обнимал. Как целовал. Это были вовсе не деловые объятия.
Он замолчал. Медленно опустил коробку конфет на прикроватную тумбочку и сел на край кровати. Не рядом со мной — на самый край, сохраняя дистанцию.
— Как давно? — спросила я, глядя не на него, а на нашу семейную фотографию на стене.
Валя вздохнул.
— Два года, — тихо ответил он.
Его улыбка дрогнула, но не исчезла. Вместо этого она стала какой-то механической, застывшей.
— А, это… — начал он, и я буквально услышала, как в его голове прокручиваются возможные оправдания. — Это Кира, она клиентка мастерской. Мы делали проект её квартиры в прошлом году, и она…
— Не надо, — я подняла руку, останавливая поток его слов. — Не оскорбляй меня ложью, хватит. Я видела, как ты её обнимал. Как целовал. Это были вовсе не деловые объятия.
Он замолчал. Медленно опустил коробку конфет на прикроватную тумбочку и сел на край кровати. Не рядом со мной — на самый край, сохраняя дистанцию.
— Как давно? — спросила я, глядя не на него, а на нашу семейную фотографию на стене.
Валя вздохнул.
— Два года, — тихо ответил он.
– Я убедился, что больше не люблю тебя. Особенно после нашей с тобой близости. Ты постарела, стала скучной и пресной. От тебя несет старостью. Нам надо развестись.
Он произносит это с такой твердостью, что у меня перехватывает дыхание.
– И дело не в возрасте, а в том, что чувства к тебе окончательно потухли.
— Но как ты можешь говорить подобное после того что было?
— Я хотел проверить, убедился, как женщина ты мне больше не интересна, — он наклоняется ближе и говорит резко. — Пока я был с тобой, то думал только о ней.
27 лет брака. Развод. Я думала, что научилась жить без него, но все меняется одним весенним днем, когда бывший муж появляется снова в моей жизни, но уже со своей новой любовью.
Он произносит это с такой твердостью, что у меня перехватывает дыхание.
– И дело не в возрасте, а в том, что чувства к тебе окончательно потухли.
— Но как ты можешь говорить подобное после того что было?
— Я хотел проверить, убедился, как женщина ты мне больше не интересна, — он наклоняется ближе и говорит резко. — Пока я был с тобой, то думал только о ней.
27 лет брака. Развод. Я думала, что научилась жить без него, но все меняется одним весенним днем, когда бывший муж появляется снова в моей жизни, но уже со своей новой любовью.
– Ягодкина? – вопрошает демон гармонии и порядка с видимым изумлением.
– Егор Васильевич? – бормочу я, в суеверном ужасе пятясь к балконной двери.
Так напугана появлением своего бывшего препода, что готова спрятаться от него под кроватью.
Но что делает этот злодей в моей квартире?
Нет, реально, он преследует меня!
«Изыди, Сатана!» – произношу мысленно, выставив вперед руку.
- Как Вы сюда попали? – спрашиваю вслух дрожащим от волнения голосом.
***
Медведев не давал мне жизни в университете. Он помешал выиграть тендер моей фирме. Он как будто преследует меня, словно злой рок. А теперь еще и поселился буквально через стену.
Но покоряться судьбе я не намерена – выживу своего врага во что бы то ни стало. Если только в него не влюблюсь…
– Егор Васильевич? – бормочу я, в суеверном ужасе пятясь к балконной двери.
Так напугана появлением своего бывшего препода, что готова спрятаться от него под кроватью.
Но что делает этот злодей в моей квартире?
Нет, реально, он преследует меня!
«Изыди, Сатана!» – произношу мысленно, выставив вперед руку.
- Как Вы сюда попали? – спрашиваю вслух дрожащим от волнения голосом.
***
Медведев не давал мне жизни в университете. Он помешал выиграть тендер моей фирме. Он как будто преследует меня, словно злой рок. А теперь еще и поселился буквально через стену.
Но покоряться судьбе я не намерена – выживу своего врага во что бы то ни стало. Если только в него не влюблюсь…
«Я тебя никому не отдам», – обещал он, глядя в заплаканные глаза девушки, в которую вот уже год был тайно влюблен. А потом… ее убили.
Чтобы найти убийцу, Алексей Волков втирается в доверие к Герману – мажору и первому сердцееду на курсе, из-за которого, как он уверен, семь лет назад погибла Лера. Зацепок – нет. Надежд на следствие – тоже. И только он не теряет надежду выйти на след убийцы и воздать ему по заслугам. Однако все идет наперекосяк, когда на их с Германом пути появляется молодая женщина Ирма...
Чтобы найти убийцу, Алексей Волков втирается в доверие к Герману – мажору и первому сердцееду на курсе, из-за которого, как он уверен, семь лет назад погибла Лера. Зацепок – нет. Надежд на следствие – тоже. И только он не теряет надежду выйти на след убийцы и воздать ему по заслугам. Однако все идет наперекосяк, когда на их с Германом пути появляется молодая женщина Ирма...
Выберите полку для книги