Читать и слушать книги
- Ира, Ирочка, это я! Как ты? Прости, позвонил, как смог!
Всхлипы прекратились, будто кто-то выключил звук.
Капитан отнял телефон от уха и с беспокойством посмотрел на экран. Нет, со связью все нормально.
- Милая, это я, ты слышишь? - он повысил голос.
И вдруг среди тишины в трубке раздалось совсем несусветное, то, что не должно было прозвучать никогда:
- Влад, я так не могу. Мне Димкин голос уже слышится, - глубоко вздыхает, - ему нужно рассказать о нас.
Всхлипы прекратились, будто кто-то выключил звук.
Капитан отнял телефон от уха и с беспокойством посмотрел на экран. Нет, со связью все нормально.
- Милая, это я, ты слышишь? - он повысил голос.
И вдруг среди тишины в трубке раздалось совсем несусветное, то, что не должно было прозвучать никогда:
- Влад, я так не могу. Мне Димкин голос уже слышится, - глубоко вздыхает, - ему нужно рассказать о нас.
❗️ЗАВЕРШЕНА❗️
Вертолёт садится на площадку между горами, но не там, где мне нужно. Я выхожу. Вижу ЕГО.
– Что это? Похищение или неудачная шутка? – вздыхаю, смотря на снежные вершины.
– Рад видеть вас, Кара! – улыбается Булатов.
– Я жертва похищения или заложница? – передергиваю нетерпеливо плечами.
– Гостья, – ухмыляется Каро.
– Верните вертолёт и меня туда, где я должна находиться, – хмыкаю сердито.
– Это невозможно, – прищуривается Булат.
– Вы помните, какую должность я занимаю? Через час СМИ разорвёт новость об исчезновении управляющего делами главы региона, – рычу, пытаясь набрать начбеза.
– Связи нет! – улыбается Каро.
– Вы решили добиться меня силой? Забыли? Я старше вас...
– У меня хорошая память. И я не беру женщин силой. Они сами говорят мне “да”, – отвечает Булатов твердо…
Слушая моего похитителя, я еще не знаю, какой квест меня ждет. Но так ли плох этот мужчина и это место, как кажется на первый взгляд?
Вертолёт садится на площадку между горами, но не там, где мне нужно. Я выхожу. Вижу ЕГО.
– Что это? Похищение или неудачная шутка? – вздыхаю, смотря на снежные вершины.
– Рад видеть вас, Кара! – улыбается Булатов.
– Я жертва похищения или заложница? – передергиваю нетерпеливо плечами.
– Гостья, – ухмыляется Каро.
– Верните вертолёт и меня туда, где я должна находиться, – хмыкаю сердито.
– Это невозможно, – прищуривается Булат.
– Вы помните, какую должность я занимаю? Через час СМИ разорвёт новость об исчезновении управляющего делами главы региона, – рычу, пытаясь набрать начбеза.
– Связи нет! – улыбается Каро.
– Вы решили добиться меня силой? Забыли? Я старше вас...
– У меня хорошая память. И я не беру женщин силой. Они сами говорят мне “да”, – отвечает Булатов твердо…
Слушая моего похитителя, я еще не знаю, какой квест меня ждет. Но так ли плох этот мужчина и это место, как кажется на первый взгляд?
— Павел… — выдавила я. — Что ты несёшь? Это же я… это я…
— Да. Именно ты. Гадина, которая пятнадцать лет имела мне мозги. Которая родила не от меня и сделала из меня клоуна на весь город.
— Это ложь! — сорвалось с меня. — Посмотри на него! Посмотри на Диму, он твой, он весь ты, с головы до ног…
— Заткнись! — рявкнул он. — Мне плевать, на кого он похож! Я видел тест! Видел бумагу! И хватит ломать из себя святую. Ты продалась, Марина. Или ты с самого начала просто нашла себе дойную корову? А?
Он подошёл ко мне так близко, что я почувствовала запах его кожи. Этот запах был когда-то домом. Утешением. Желанием. А теперь — стал ядом. Он плюнул мне под ноги.
— Скатертью дорога. И этого пацана с собой прихвати. Не хочу, чтобы мой дом больше вонял твоим предательством.
— Ему пять, — прошептала я. — Пять лет, Павел. Это твой сын.
— Не смей! — Он поднял руку — не ударил, но я инстинктивно отшатнулась. — Не смей! Он мне никто. Ноль. И ты — никто. Пошла вон! Ты... и твой ребенок!
— Да. Именно ты. Гадина, которая пятнадцать лет имела мне мозги. Которая родила не от меня и сделала из меня клоуна на весь город.
— Это ложь! — сорвалось с меня. — Посмотри на него! Посмотри на Диму, он твой, он весь ты, с головы до ног…
— Заткнись! — рявкнул он. — Мне плевать, на кого он похож! Я видел тест! Видел бумагу! И хватит ломать из себя святую. Ты продалась, Марина. Или ты с самого начала просто нашла себе дойную корову? А?
Он подошёл ко мне так близко, что я почувствовала запах его кожи. Этот запах был когда-то домом. Утешением. Желанием. А теперь — стал ядом. Он плюнул мне под ноги.
— Скатертью дорога. И этого пацана с собой прихвати. Не хочу, чтобы мой дом больше вонял твоим предательством.
— Ему пять, — прошептала я. — Пять лет, Павел. Это твой сын.
— Не смей! — Он поднял руку — не ударил, но я инстинктивно отшатнулась. — Не смей! Он мне никто. Ноль. И ты — никто. Пошла вон! Ты... и твой ребенок!
Что, если однажды твоя жизнь расколется на «до» и «после»?
Алисе казалось, она сделала правильный выбор: стабильный брак с обаятельным врачом, карьера, дочь… Но прошлое, как тень, преследует её. Марк – бунтарь с душой художника, её первая любовь, которая обожгла сердце и исчезла. Сева – влюблённый в неё парнишка из родного городка, в чьих глазах она видит то, в чём боится признаться даже себе. И муж, с которым идеальная жизнь держится на лжи.
Когда судьба сталкивает их всех в водовороте страстей и горьких открытий, Алиса понимает: нельзя бежать от себя. Тайны, ночи в объятиях запретной любви, предательства и жертвы — её жизнь напоминает бурю, где каждая волна бьёт больнее прежней.
Алисе казалось, она сделала правильный выбор: стабильный брак с обаятельным врачом, карьера, дочь… Но прошлое, как тень, преследует её. Марк – бунтарь с душой художника, её первая любовь, которая обожгла сердце и исчезла. Сева – влюблённый в неё парнишка из родного городка, в чьих глазах она видит то, в чём боится признаться даже себе. И муж, с которым идеальная жизнь держится на лжи.
Когда судьба сталкивает их всех в водовороте страстей и горьких открытий, Алиса понимает: нельзя бежать от себя. Тайны, ночи в объятиях запретной любви, предательства и жертвы — её жизнь напоминает бурю, где каждая волна бьёт больнее прежней.
Алекс заносит меня в прихожую. Ощущение, что я наконец-то дома, затапливает.
— Ты до сих пор дрожишь, кто тебя обидел? — спрашивает бывший муж, поставив меня на ноги. Становится напротив.
Я оказываюсь между ним и стеной.
Я не могу рассказать Алексу о своих страхах. О мужчине, который переходит границы дозволенного.
А ещё не могу отказаться от желания найти успокоение в объятиях бывшего.
Да, он ревновал. Жутко. Да, он выжигал меня до тла.
Но только с ним я чувствую себя живой и защищённой.
— Лучше поцелуй, — шепчу я и на губы обрушивается страстный горячий поцелуй, от которого подгибаются пальчики на ногах.
Границы, которые я выстраивала все эти месяцы, рушатся. Мы будто не бывшие, словно не было развода.
Но это лишь отступление. Я успокоюсь и завтра вернусь в свою прежнюю жизнь без него.
А сегодня… Сегодня он мне необходим. Мне нужна пауза. Я не хочу дрожать, бояться, что кто-то вломится в мой дом в своём маниакальном желании обладать. Я хочу гореть в страсти бывшего
— Ты до сих пор дрожишь, кто тебя обидел? — спрашивает бывший муж, поставив меня на ноги. Становится напротив.
Я оказываюсь между ним и стеной.
Я не могу рассказать Алексу о своих страхах. О мужчине, который переходит границы дозволенного.
А ещё не могу отказаться от желания найти успокоение в объятиях бывшего.
Да, он ревновал. Жутко. Да, он выжигал меня до тла.
Но только с ним я чувствую себя живой и защищённой.
— Лучше поцелуй, — шепчу я и на губы обрушивается страстный горячий поцелуй, от которого подгибаются пальчики на ногах.
Границы, которые я выстраивала все эти месяцы, рушатся. Мы будто не бывшие, словно не было развода.
Но это лишь отступление. Я успокоюсь и завтра вернусь в свою прежнюю жизнь без него.
А сегодня… Сегодня он мне необходим. Мне нужна пауза. Я не хочу дрожать, бояться, что кто-то вломится в мой дом в своём маниакальном желании обладать. Я хочу гореть в страсти бывшего
Ирина и Альберт были вполне обычной молодой парой программистов, которые вначале хорошо зарабатывали, но потом вдруг Альберт стал приносить денег всё меньше и меньше. Довольно долго Ирина терпела, а потом ей предложили поучаствовать вместе с командой в проекте, который сделал её весьма состоятельной. Она счастлива, что может сделать мужу сюрприз, но нашлись те, кто хочет забрать себе силой всё заработанное командой. Ей, как и её партнёрам приходится бежать, оставив мужа в неведении.
В другой стране, с другой личностью, она встречает мужчину, который ей нравится. Вот только кто он на самом деле, и почему тоже скрывается? И может ли она променять своего Алика на новую любовь?
В другой стране, с другой личностью, она встречает мужчину, который ей нравится. Вот только кто он на самом деле, и почему тоже скрывается? И может ли она променять своего Алика на новую любовь?
– Свиридова, опять у меня под ногами путаешься?
Грозный голос заставляет меня вздрогнуть. Задеваю стаканчик кофе, брызги летят на раскрытую книгу, заливают блокнот. А ведь мне через пять минут проводить встречу книжного клуба…
Передо мной стоит Павел Ткачев – моя первая любовь и самое большое разочарование в жизни. Мы встречались в школе, пытались сойтись в универе, но после его предательства крупно поссорились. Он сжигает меня взглядом.
– Ботаны отобрали мой зал? – произносит с усмешкой. – Посмотрим, как быстро ты вылетишь из этого кафе.
Судьба столкнула нас третий раз. Та же дата, схожие декорации, вот только я больше не скромная наивная девочка. И не дам себя снова обмануть.
Грозный голос заставляет меня вздрогнуть. Задеваю стаканчик кофе, брызги летят на раскрытую книгу, заливают блокнот. А ведь мне через пять минут проводить встречу книжного клуба…
Передо мной стоит Павел Ткачев – моя первая любовь и самое большое разочарование в жизни. Мы встречались в школе, пытались сойтись в универе, но после его предательства крупно поссорились. Он сжигает меня взглядом.
– Ботаны отобрали мой зал? – произносит с усмешкой. – Посмотрим, как быстро ты вылетишь из этого кафе.
Судьба столкнула нас третий раз. Та же дата, схожие декорации, вот только я больше не скромная наивная девочка. И не дам себя снова обмануть.
Подруги говорили мне, что яркий летний курортный роман не переживет осень... Я не верила им. Но ошибалась. Ведь любимый изменил мне, предал мои чувства и посмеялся над ними. Через несколько лет мы случайно встретились, и что же? Он не узнал меня, начал флиртовать и предложил отношения! Что же мне теперь делать? Просто исчезнуть? Раскрыть свою личность и отказать? Или вновь начать встречаться... чтобы отомстить за прошлое?
Маша отворачивается от своего отца, который о ней не знает, прикрывает глаза.
Но даже из-за беседки, где стою, чтобы меня не заметил Сергей, я вижу, что она хитрит, подглядывает.
— Раз, два, три, четыре, пять! Иду папу я искать! — заявляет дочь, и мои ноги подгибаются.
Она знает… Она нашла мой тайный сундучок с фотографиями…
Что сейчас будет?
Пока Сергей не успел опомниться, дочь резко оборачивается к нему и заявляет:
— Я нашла тебя, папа. Вижу, что у тебя есть уже одна дочь. Но ничего. Она нам не помешает. Не страшно, что она на тебя не похожа. Мы примем её к себе. Ты нам очень нужен. У мамы шкафчики перекосились на кухне. Кран капает. Будем жить все вместе, а ты будешь все чинить. Умеешь? — спрашивает дочь, заглядывая в глаза своему отцу.
Но даже из-за беседки, где стою, чтобы меня не заметил Сергей, я вижу, что она хитрит, подглядывает.
— Раз, два, три, четыре, пять! Иду папу я искать! — заявляет дочь, и мои ноги подгибаются.
Она знает… Она нашла мой тайный сундучок с фотографиями…
Что сейчас будет?
Пока Сергей не успел опомниться, дочь резко оборачивается к нему и заявляет:
— Я нашла тебя, папа. Вижу, что у тебя есть уже одна дочь. Но ничего. Она нам не помешает. Не страшно, что она на тебя не похожа. Мы примем её к себе. Ты нам очень нужен. У мамы шкафчики перекосились на кухне. Кран капает. Будем жить все вместе, а ты будешь все чинить. Умеешь? — спрашивает дочь, заглядывая в глаза своему отцу.
Лифт начинает подниматься. На панели сменяются этажи и вдруг… кабинка дергается и останавливается.
— Твою же душу в колесах на турусе! — рычит сосед, отчаянно нажимая на кнопку. — У меня созвон! Едь, чтоб тебя!
На затылке у меня выступает пот, в груди поднимается паника. Я не клаустрофобка. Но я ненавижу, когда рядом со мной кричат.
— Прекратите кричать, — еле выдавливаю из себя я. — Это не поможет.
— Да ну? Мы, может, из-за тебя и остановились! Превысили допустимый вес, м?
Что?
У меня даже приступ ужаса отступает. Он сейчас буквально обвинил меня, что лифт встрял из-за меня?
Я шагаю к придурку и заряжаю ему пощечину.
Однажды застряв в лифте с противным соседом и дав ему по лицу, я постаралась сделать так, чтобы больше никогда его не увидеть. Кто же знал, что он окажется моим новым боссом?..
— Твою же душу в колесах на турусе! — рычит сосед, отчаянно нажимая на кнопку. — У меня созвон! Едь, чтоб тебя!
На затылке у меня выступает пот, в груди поднимается паника. Я не клаустрофобка. Но я ненавижу, когда рядом со мной кричат.
— Прекратите кричать, — еле выдавливаю из себя я. — Это не поможет.
— Да ну? Мы, может, из-за тебя и остановились! Превысили допустимый вес, м?
Что?
У меня даже приступ ужаса отступает. Он сейчас буквально обвинил меня, что лифт встрял из-за меня?
Я шагаю к придурку и заряжаю ему пощечину.
Однажды застряв в лифте с противным соседом и дав ему по лицу, я постаралась сделать так, чтобы больше никогда его не увидеть. Кто же знал, что он окажется моим новым боссом?..
Выберите полку для книги