Читать и слушать книги
Аврора, столкнувшись на пыльной дороге с водителем-нахалом меньше всего ожидала что соседом по даче окажется тот самый грубиян. Сам же дачник, будто бы решил взять ее испытанием на прочность и выжить с соседнего участка. Только Аврора не из тех, кто легко сдается.
Теперь между ними война.
Кто же победит? Или вмешается…влечение?
***
- Да ты просто мне мстишь, неудачник! Скажи: почему у тебя женщины нет? Ты же такой крутой! – она покрутила в воздухе пальцем, насмехаясь. – Коттедж. Внедорожник. При бабках, а живешь один.
Тарас с каменным лицом, молча сверлил взглядом Аврору, едва сдерживаясь чтобы не свернуть нахалке шею.
- А может ты того… не работает твой инструмент? - прошептала Аврора, и демонстративно опустила взгляд на пах соседа.
Теперь между ними война.
Кто же победит? Или вмешается…влечение?
***
- Да ты просто мне мстишь, неудачник! Скажи: почему у тебя женщины нет? Ты же такой крутой! – она покрутила в воздухе пальцем, насмехаясь. – Коттедж. Внедорожник. При бабках, а живешь один.
Тарас с каменным лицом, молча сверлил взглядом Аврору, едва сдерживаясь чтобы не свернуть нахалке шею.
- А может ты того… не работает твой инструмент? - прошептала Аврора, и демонстративно опустила взгляд на пах соседа.
Начинаю лихорадочно соображать, как оправдаться:
— Послушай, тут всё не так, как кажется… Я…
Но не успеваю договорить. Рыжее существо, которое едва достаёт мне подмышку, просыпается, трёт зелёные глаза и выдаёт:
— Сенька, он меня спать с собой заставлял!
Вижу, как у Сеньки кадык дёргается, руки сжимаются в кулаки. В мозгу пролетает: «Ну, мне пиздец».
— Послушай, тут всё не так, как кажется… Я…
Но не успеваю договорить. Рыжее существо, которое едва достаёт мне подмышку, просыпается, трёт зелёные глаза и выдаёт:
— Сенька, он меня спать с собой заставлял!
Вижу, как у Сеньки кадык дёргается, руки сжимаются в кулаки. В мозгу пролетает: «Ну, мне пиздец».
Она упёрлась мне в грудь кулачками:
– Отпустите меня.
– За тобой должок.
– Вы чудовище.
– Серьёзно? – я хмыкнул: – Возможно. Я всегда беру своё.
– Я…
– С тебя ночь. Дальше посмотрим что с тобой делать.
– Я эльф, девушка из гетто – бесправная и беззащитная. Но это не даёт вам право держать меня в плену! – она попыталась оттолкнуть меня.
Притянул её к себе ближе:
– Ты моя пленница. Смирись.
– Отпустите меня.
– За тобой должок.
– Вы чудовище.
– Серьёзно? – я хмыкнул: – Возможно. Я всегда беру своё.
– Я…
– С тебя ночь. Дальше посмотрим что с тобой делать.
– Я эльф, девушка из гетто – бесправная и беззащитная. Но это не даёт вам право держать меня в плену! – она попыталась оттолкнуть меня.
Притянул её к себе ближе:
– Ты моя пленница. Смирись.
— Завтра приедет отец, — муж говорит как бы невзначай, но у меня сбивается дыхание. Этот мужчина… Он перевернул мою жизнь вверх дном.
Я поднимаю глаза на мужа, вижу, что он считал мою реакцию.
Гулко сглатываю, а муж добавляет.
— Он будет не один. С ним приедет его друг. И я хочу, чтобы ты обслужила гостей по полной.
🔥 По плану один сплошной пожар!
🔥 Всех благодарю за Звезду и Библиотеку, вы самые лучшие!
Я поднимаю глаза на мужа, вижу, что он считал мою реакцию.
Гулко сглатываю, а муж добавляет.
— Он будет не один. С ним приедет его друг. И я хочу, чтобы ты обслужила гостей по полной.
🔥 По плану один сплошной пожар!
🔥 Всех благодарю за Звезду и Библиотеку, вы самые лучшие!
Тук‒тук. Я занят! Хм?! Стоять детка!
Так закончилась моя относительно спокойная жизнь, в которой было место лишь учебе, работе, моей большой семье. С этого самого «Хм?! Стоять детка!» началась история «Я, Босс и яйца… Пасхальные яйца!».
Собственно началось всё с нелепой случайности и маленькой лжи.
А закончилось…
Так закончилась моя относительно спокойная жизнь, в которой было место лишь учебе, работе, моей большой семье. С этого самого «Хм?! Стоять детка!» началась история «Я, Босс и яйца… Пасхальные яйца!».
Собственно началось всё с нелепой случайности и маленькой лжи.
А закончилось…
Она любила его больше жизни. Он убил ее, поверив лжи.
Элиана Де Жамбер была верной женой, великим воином и единственной, кто любил герцога Опальных Земель по-настоящему. Но одной ночи хватило, чтобы ложь разрушила все. Обвинённая в измене, она погибла от руки того, кому отдала сердце.
Ее душа не ушла во тьму. Браслеты Верности — нерушимая связь, скреплённая магией и кровью, нашли новый сосуд: хрупкое тело умирающей студентки Академии Магии. Элиана открыла глаза в чужой постели, с чужим лицом и пустым резервом.
Четыре года она выживала. Тренировалась до кровавых мозолей, училась магии заново, прятала свою истинную сущность глубоко внутри. Она стала лучшей на боевом факультете. Но главное испытание ждало впереди.
В Академию прибывает Совет Инквизиции во главе с Герцогом Опальных Земель — ее мужем, её убийцей, человеком, который до сих пор носит на руке их брачный браслет.
Элиана Де Жамбер была верной женой, великим воином и единственной, кто любил герцога Опальных Земель по-настоящему. Но одной ночи хватило, чтобы ложь разрушила все. Обвинённая в измене, она погибла от руки того, кому отдала сердце.
Ее душа не ушла во тьму. Браслеты Верности — нерушимая связь, скреплённая магией и кровью, нашли новый сосуд: хрупкое тело умирающей студентки Академии Магии. Элиана открыла глаза в чужой постели, с чужим лицом и пустым резервом.
Четыре года она выживала. Тренировалась до кровавых мозолей, училась магии заново, прятала свою истинную сущность глубоко внутри. Она стала лучшей на боевом факультете. Но главное испытание ждало впереди.
В Академию прибывает Совет Инквизиции во главе с Герцогом Опальных Земель — ее мужем, её убийцей, человеком, который до сих пор носит на руке их брачный браслет.
Финал истории Элианы и Алистера. Несколько месяцев королева провела, мучаясь от неизвестности, что случилось с ее дочерью и ее любовником. Пока наконец-то Алистер не вернулся, чтобы забрать ее с собой навсегда.
Элиана лежала неподвижно, глядя в потолок. Слезы текли по щекам, но она не вытирала их. Она не имела права плакать. Она не выбирала эту жизнь, она вышла замуж за этого человека, потому что так велел отец. И жила с ним по принуждению, носила его имя, носила его детей. И не было никакого выхода…
— Я здесь, — раздалось совсем рядом, шепотом, едва слышно.
Она повернула голову. Алистер стоял в тени у изголовья кровати — там, где король не мог его увидеть. Его лицо было бледным, глаза горели золотом, губы сжаты в тонкую линию.
Он видел! Он все видел.
— Не смотри на меня, — прошептала Элиана. — Не смотри. Я не хочу, чтобы ты видел меня такой.
— И ты вынуждена терпеть это каждый день?
Она не ответила.
— Завтра, — сказал он. — Завтра все закончится. Я обещаю.
Элиана лежала неподвижно, глядя в потолок. Слезы текли по щекам, но она не вытирала их. Она не имела права плакать. Она не выбирала эту жизнь, она вышла замуж за этого человека, потому что так велел отец. И жила с ним по принуждению, носила его имя, носила его детей. И не было никакого выхода…
— Я здесь, — раздалось совсем рядом, шепотом, едва слышно.
Она повернула голову. Алистер стоял в тени у изголовья кровати — там, где король не мог его увидеть. Его лицо было бледным, глаза горели золотом, губы сжаты в тонкую линию.
Он видел! Он все видел.
— Не смотри на меня, — прошептала Элиана. — Не смотри. Я не хочу, чтобы ты видел меня такой.
— И ты вынуждена терпеть это каждый день?
Она не ответила.
— Завтра, — сказал он. — Завтра все закончится. Я обещаю.
Два месяца.
Прошло ровно два месяца с той ночи.
Игнат уехал в предрассветном тумане, оставив ей обещания и жар своих рук.
Взамен жизнь преподнесла ей этот дар, который сейчас казался непосильной ношей.
Ульяна писАла любимому письма.
Каждую неделю она относила на почту конверт, исписанный мелким, красивым почерком.
Девушка рассказывала, как скучает, как ждёт его возвращения, как видит его черты в каждом прохожем.
Она ещё не знала, как написать об ЭТОМ.
Как сказать парню, который сейчас привыкает к жёсткой дисциплине и кирзовым сапогам, что он станет отцом?
Прошло ровно два месяца с той ночи.
Игнат уехал в предрассветном тумане, оставив ей обещания и жар своих рук.
Взамен жизнь преподнесла ей этот дар, который сейчас казался непосильной ношей.
Ульяна писАла любимому письма.
Каждую неделю она относила на почту конверт, исписанный мелким, красивым почерком.
Девушка рассказывала, как скучает, как ждёт его возвращения, как видит его черты в каждом прохожем.
Она ещё не знала, как написать об ЭТОМ.
Как сказать парню, который сейчас привыкает к жёсткой дисциплине и кирзовым сапогам, что он станет отцом?
Договорной брак для меня — изначально был простой сделкой.
Коммерция в чистом её виде . Никаких нелепых иллюзий я не питала.
Всё очень просто. Две подписи на бумагах, чёткие границы с двух сторон и взаимная выгода — этот сценарий я выстроила сама, чтобы жить спокойно.
Я точно знала правила.
Только меня никто не предупредил, что этот брак станет — не просто контрактом, а настоящим минным полем.
И я не знаю, что будет, если однажды, я наступлю не туда.
Коммерция в чистом её виде . Никаких нелепых иллюзий я не питала.
Всё очень просто. Две подписи на бумагах, чёткие границы с двух сторон и взаимная выгода — этот сценарий я выстроила сама, чтобы жить спокойно.
Я точно знала правила.
Только меня никто не предупредил, что этот брак станет — не просто контрактом, а настоящим минным полем.
И я не знаю, что будет, если однажды, я наступлю не туда.
Их души встречаются в другой реальности, пока тела после аварии лежат в коме.
Страх, отчаяние, надежда и конечно же любовь. Они строят свой мир в другой реальности, чувствуют каждое прикосновение любимых рук, каждый поцелуй обжигающий кожу. У них есть счастливая жизнь, дом, сад, даже собака. И страх... Страх проснуться и все потерять...
Что, если твоя любовь — просто сон? А если сон — единственное, что осталось?
Страх, отчаяние, надежда и конечно же любовь. Они строят свой мир в другой реальности, чувствуют каждое прикосновение любимых рук, каждый поцелуй обжигающий кожу. У них есть счастливая жизнь, дом, сад, даже собака. И страх... Страх проснуться и все потерять...
Что, если твоя любовь — просто сон? А если сон — единственное, что осталось?
Выберите полку для книги